Часть 35

— Доброе утро.

— Доброе утро, Шахматист. Ты сегодня выглядишь бодро, — мисс Ополчение прищурила глаза, прикрытые банданой, и сделала шаг назад, чтобы дать возможность полуотряду пластиковых солдат пройти мимо, каждый из которых нес посылку. Судя по яркой чернильной печати, они недавно прошли проверку в почтовом отделе Вышки. Шахматист издал одобрительный звук, а затем махнул солдатам, чтобы они продолжали идти без него.

— Да, пожалуй, так и есть, — он улыбнулся, но яркий блеск в его глазах не соответствовал скромному ответу. У Шахматиста тоже были заняты руки: несколько рукописных папок с бумагами лежали на одном из его тяжелых чемоданов, заполненных пенопластом. Герой использовал их для переноски и хранения своих лучших моделей, что, возможно, в какой-то мере объясняло его настроение. — Для Рождества еще рановато, как мне кажется. Я как раз иду в свою мастерскую, если хочешь поговорить об этом.

— Отлично, Штурм будет в шоке. Пошли.

По дороге в мастерскую Шахматиста они вели легкую беседу, в основном о визуальном дизайне любимых пушек мисс Ополчение. Все, что было создано её силой, обычно приобретало зеленоватый оттенок, но, когда Шахматист проявлял инициативу, он иногда просил её смоделировать для него несколько моделей, чтобы лучше понять, как раскрасить оружие для своих пешек. Мисс Ополчение пару раз задумывалась, не использует ли Шахматист свои пешки для поддержания разговора, но со временем вооружение пешек становилось все более детальным, так что, возможно, это просто пристрастие Технаря. Или просто увлечение.

Вскоре они добрались до мастерской Шахматиста, и мисс Ополчение устроилась на одном из удобных стульчиков, пока Шахматист и его пешки занимались укладыванием своих новых творений. Стены мастерской Шахматиста были заставлены полками, аккуратно заставленными разнообразными материалами, которые требовала его сила. Десятки маленьких бутылочек с краской, стеллаж с деталями и шлангами для аэрографа, стойки с кисточками, трафаретами и ножами для рукоделия — все было хорошо организовано, возможно, даже лучше, чем в лаборатории Оружейника… но, опять же, у Шахматиста не было отсеков с инструментами и изобретениями, встроенных в подвесные потолки и стены, пока рабочее пространство не стало напоминать скорее чулан, чем комнату. То, что Шахматист хранил и выставлял вещи в удобной, логичной манере, было, пожалуй, лучшим аргументом против того, что он — настоящий Технарь.

— Итак, выкладывай. Обычно ты не так радуешься нескольким новым моделям.

— Ну, причина в том, что эта не для моего арсенала. Точнее, для него, но это не то… ах, неважно. Вот, смотри, — он поставил бронированный кейс на самое чистое место своего рабочего стола и открыл его. Если не считать защитных пенопластовых блоков, он был почти пуст, только в центре стояла одна-единственная фигура. Шахматист извлек из гнезда красочный экземпляр и с гордостью поставил его на стол. Мисс Ополчение моргнула и наклонилась поближе. Это была не обычная пешка Шахматиста, а маленькая статуэтка какого-то чудовища, многоголового, похожего на нескольких животных, слившихся воедино.

— И… на что я смотрю? — спросила она.

— Это химера. Моя дочь подарила мне её, — в этот момент он почти сиял. — Сама нарисовала и сделала — вот почему она выглядит намного лучше, чем мои, ха!

— Логично, с её-то силой…

— О, я не об этом. Есть разница между умением рисовать и умением наносить краску на вещи. Я однозначно отношусь к последней категории, но Тейлор рисует уже много лет. Смотри — видишь шею и морду дракона? — он взял сухую кисточку, чтобы использовать её в качестве указки, и указал, где красная чешуя головы ящера переходит в золотую. — Она имитировала здесь источник света для огненного дыхания. Здесь видны блики и тени.

— Впечатляет, — согласилась она и присмотрелась к модели повнимательнее. Тут её осенила мысль, и она снова посмотрела на Шахматиста. — Я немного удивлена, что она вообще попала тебе в руки. Я почти на сто процентов уверена, что в научно-исследовательском отделе хотели проверить, нет ли силовых взаимодействий между тобой и Кисточкой.

— О, они хотели. И я сказал им, где они могут провести свои проверки, — его голос прозвучал резко. — Это подарок, а не оружие. Я не позволю никому прострелить в нем дырки. Вообще-то я принес модель сюда только потому, что хочу покрыть её лаком, а здесь я храню всё самое лучшее.

— Я понимаю, но сомневаюсь, что СКП отнесется к этому с пониманием. Ты можешь навлечь на себя неприятности, Шахматист.

— Директор уже знает, что я упрям как баран, и я знаю кое-что о том, как быть неуступчивым. Они хотят надавить, а я могу надавить в ответ так же сильно, — он вышел из-за стола, чтобы взять с полки баллончик с чем-то, а затем начал собирать материалы для аэрографа. Мисс Ополчение лишь с улыбкой покачала головой. Предыдущая карьера Шахматиста дала ему представление о бюрократии, но более грубой, чем хотелось бы руководству — или службе по связям с общественностью. Она решила вернуть разговор на более безопасную почву.

— Так что ты имел ввиду? Для Рождества еще рановато — у тебя день рождения?

— Э-э-эм… не совсем. Думаю, на самом деле это извинение. Там была записка и кисточка, они тоже в кейсе, — Шахматист сел обратно и начал собирать аэрограф неуклюжими движениями. — Извинения. Как будто есть что-то, за что я бы её не простил.

— Молодые склонны думать, что даже небольшие ошибки могут стать концом света. За что она хотела извиниться? — Мисс Ополчение достала из кейса сложенную записку и взглянула на нее. Она перечитала её несколько раз, чтобы убедиться в реальности увиденного. — «Хорошая собака»… украла твою кредитку.

— Это кое-что объясняет.

—…хочу ли я знать об истории браузера?