Часть 41

Лай, донесшийся прямо над Вышкой, застал Тейлор врасплох, хотя и не так сильно, как сопровождавших ее Стражей — Рыцаря и Стояка. Бегло оглядев перила, она убедилась, что да, это была Солнышко — она спустилась к основанию штаб-квартиры Протектората, и да, она парила на гигантском ландыше. Тейлор вздохнула: с ней по-другому не бывает.

Она быстро обратилась с просьбой к Стражам, пока они были слишком растеряны, чтобы отказать ей, а затем прижала одну руку ко рту и крикнула: — Ты забыла придумать, как спустится обратно, глупая волчица? — С ней всегда так, — сказала она Рыцарю, когда подросток протянул ей блокнот и карандаш. Применив свои якобы кейповские способности к созданию оживающих рисунков, Тейлор быстро набросала кошку на листке и прикрепила бумагу к перилам. Это был хороший набросок сделанный на скорую руку, лично по её мнению; в последнее время она много практиковалась в создании эма. Солнышко снова заскулила далеко верху, так что Тейлор подняла бумажный лист и перевернула его вверх ногами, а затем прикрепила обратно к перилам. Затем она отошла в сторону и стала терпеливо ждать, пока оба Стража тихо сходили с ума от того, что Солнышко медленно прыгала по главной опоре Вышки, пока ей не удалось перелезть через перила.

— Привет, Солнышко, добро пожаловать об… Солнышко?, — ни радостного лая, ни самодовольного цоканья языком, которого ожидала Тейлор, не было слышно. Вместо этого Солнышко смотрела на нее печальными собачьими глазами, а через мгновение прижалась к Тейлор всем своим мохнатым телом и зарылась мордой в её живот. Волчица издала низкий скорбный звук и отказалась поднимать голову. Тейлор опустилась на колени и обняла волчицу. Саншайн уткнулась мордой в плечо девушки, и Тейлор провела пальцами по красным отметинам, расходящимся по спирали на плечах её подруги. Ей было… страшно? Она боялась за нее, ведь теперь они не останутся незамеченными в городе? Тейлор вспомнила лето, всего несколько месяцев назад, и свою собственную отчаянную просьбу.

… глупенькая волчица, Солнышко. Тебе не за что извиняться.

/-/

Выбраться из Вышки и вернуться к обычной жизни было непросто, по крайней мере, Тейлор так считала. Отец, конечно, был против, потому что если Барыгам пришла в голову идея напасть на нее после того, как они увидели её в новостях, когда она просто занималась своими делами, то неизвестно, что может случиться теперь, когда Солнышко пошла и сделала… что-то с Барыгами. Ох, и все это из-за нападения на нее и Шахматиста дома. Это могло привести к пожару, за которым Тейлор не хотела наблюдать. Лучше сосредоточиться на том, чего она может добиться, вместо того чтобы беспокоиться о делах, которые находятся вне её прямой досягаемости, рассудила она. Например, пополнить корзину святилища чарами на продажу, договориться о прекращении огня с фракциями города, не являющимися Барыгами, и как можно скорее повесить на стену своего «кабинета» новый глянцевый автограф Легенды 4×6 в рамке. Все это было в равной степени первоочередными задачами. К второстепенным относились: спросить у старой миссис Хенрик, можно ли ей одолжить её кухню, позвонить Кайден, чтобы узнать, как дела, и зайти на ПХО, чтобы посмотреть, сколько времени понадобится кому-то, чтобы сделать гифку, на котором Солнышко прыгает в объятия Легенды.

Даже несмотря на все «оправдания», возникали закономерные «протесты», и они начинали истощать терпение Тейлор. Возвращаться домой было небезопасно, там наверняка повсюду будут репортеры («Но меня уже показывали в новостях»). Барыги могут отомстить («Ты думаешь, они обойдут Солнышко? А разве Протекторат не был там, чтобы справиться с ними? Хочешь сказать, ты плохо справился?»). Возможно, есть и другие злодеи, желающие воспользоваться ситуацией («Сколько их осталось?»). У СКП были вопросы к ней и Хорошей Собаке («Мы здесь уже около 10 часов, а вы ни о чем таком не говорили, так что они вряд ли могут быть важными, но задайте их ей прямо сейчас. Ты не говоришь по-собачьи? Я тоже, к чему ты клонишь?»). В конце концов, ей пришлось уступить.

— Мистер Бесстрашный, я понимаю вашу озабоченность и признаю вашу позицию, но помните, что я — смотритель некоммерческого предприятия и нейтральной зоны, где действует перемирие, и у меня есть обязательства, которые я должна выполнять; главное из них сегодня — дождаться, когда Они Ли заглянет ко мне до вечера. Поэтому я должна попросить вас… — Тейлор расправила плечи и устремила взгляд в затененные шлемом глаза героя. — Вы собираетесь заставить меня опоздать?

Через 30 минут они с Солнышком вылезали из транспорта СКП, который был любезно предоставлен, чтобы подбросить их до дома Тейлор. Тейлор и Солнышко проигнорировали полицейскую ленту и позволили патрульному СКП объяснить офицерам, почему им разрешено здесь находиться. — Раньше мне не очень нравилась идея ночевки, но сейчас, наверное, будет лучше, если мы останемся в Святилище. Что скажешь, Солнышко?

Она одобрительно кивнула и даже помогла Тейлор упаковать несколько сумок. Одежда для холодной погоды, нижнее белье, несколько основных туалетных принадлежностей, школьная сумка — все это было достаточно легко собрать и погрузить в подседельную сумку велосипеда. Сложнее было выбрать между художественными принадлежностями, что взять с собой, а что оставить, но у Тейлор в Святилище было ещё много тяжелых принадлежностей для рисования и каллиграфии, поэтому она достала из глубин под кроватью старый рюкзак и набила его только тем, что могло дополнить уже имеющееся: пара чернильниц, несколько запасных баночек для мытья кистей, несколько нераспечатанных тюбиков масляной краски. Остальное место в сумке заняли скудные пожитки волчицы — её щетка, игрушка-пищалка и фрисби, и эта сумка осталась лежать на плечах Тейлор. Последним пунктом в списке упаковки было свернуть пару одеял и подушку вместе со спальным мешком, а затем умолять Солнышко, пока волчица не согласилась с преувеличенным недоумением нести плюшевый сверток на спине.

Оставалась лишь одна небольшая задача, прежде чем они смогут уйти. Тейлор обшарила нетронутые шкафы на кухне в поисках нескольких ингредиентов, затем выскочила через заднюю дверь и подкралась к дому Хенриков. Старая миссис Хенрик ответила на её стук после нескольких звонков.

— О! Тейлор, милая, входи! Мы так волновались, ночью был ужасный переполох, вы не пострадали? — старушка провела их внутрь, хотя Солнышко решила остаться в гостиной пожилой пары, чтобы следить за груженым велосипедом Тейлора через окно. Тейлор последовала за миссис Хенрик и сделала все возможное, чтобы заверить её в своем благополучии.

— Простите. Прошлой ночью на наш дом напали Барыги, но с нами все в порядке. Мы с Солнышком останемся в Святилище «Отпечатков Лап» на несколько дней, так что если папа позвонит, скажите что я буду там.

— Что… ты не сказала отцу?

— Я сказала его коллеге по работе! А раз уж «компания» подбросила меня сюда, значит, они теперь соучастники, и он не сможет пожаловаться, — запротестовала Тейлор. Надеюсь, я не ошиблась. Она тряхнула головой, чтобы прогнать мысли о том, как многочисленные отряды Шахматиста массово слетаются к Святилищу в приступе отцовского беспокойства. — В любом случае, простите, что так неожиданно, и я выйду через черный ход, чтобы меня не увидели репортеры, но не могли бы вы одолжить мне вашу кухню?

— О… конечно, Тейлор. Что ты хочешь приготовить?

Тейлор последовала за соседкой на кухню, объясняя, какие ингредиенты ей нужны. — У меня есть гость, которого я должна встретить позже, поэтому я хотела сделать пирог с матча. Это займет около 30 минут. И я обязательно выйду через черный ход, чтобы репортеры не увидели, как я выхожу из вашего дома.

— Ба! — ворчливый голос прервал её, когда она оказалась на кухне Хенриков и увидела старого мистера Хенрика, сидящего за столом с чашкой кофе. — Стервятники, все они. Рад видеть тебя, юная леди, мы рады, что ты в порядке.

— Джордж уже заставил нескольких из них «замолчать», — с улыбкой отозвалась миссис Хенрик. — Вот, давай разогреем духовку, а я помогу тебе с пирогом. В сумке есть место? Я положу немного сладостей для вас с Солнышком, возьмите их с собой, — Тейлор почти услышала, как Солнышко навострила уши. Лучшие соседи, серьезно.

/-/