Глава 45. Предательство

Когда Кингсли, Гарри, Рон и Гермиона — последние трое всё ещё в пижамах — появились в холле больницы Святого Мунго, там царил настоящий хаос. Гражданские, спотыкаясь и толкая друг друга, отчаянно рвались к двери за спинами вновь прибывших, сбивая с ног прихрамывающих и самых маленьких в своей панической попытке выбраться наружу. В дальнем конце коридора раздавался жестокий хохот, за которым следовали вспышки разноцветных заклятий, неизменно находивших своей целью беззащитных больных.

Гермиона тут же оказалась отрезана от друзей, увлечённая потоком людей, пытавшихся добраться до выхода. Кто-то с силой ударил её в плечо, и она не смогла ничего сделать, кроме как позволить людской волне протащить себя несколько метров. Она слышала, как Гарри зовёт её, крики паники и зловещий хохот. Крепче сжав палочку, Гермиона повернулась боком, стараясь занимать как можно меньше места, и попыталась двигаться против потока перепуганных больных, рвавшихся наружу. Ей удалось продвинуться на пару метров, и, встав на цыпочки, она вовремя увидела, как зелёный луч ударил в мужчину с головой, обмотанной бинтами, мгновенно лишив его жизни. Ошеломлённая Гермиона наконец выбралась из толпы и оказалась в конце коридора, где Кингсли и Гарри сражались с четырьмя замаскированными Пожирателями смерти. Рон, напротив, сумел обогнуть сражающихся и теперь бежал вверх по лестнице, во весь голос зовя Девани.

— Релашио! — с силой взмахнув палочкой, крикнул один из Пожирателей смерти. Оранжевый луч устремился прямо к Кингсли.

— Сальвио Гексиа! — произнёс аврор, и перед ним вырос невидимый щит, покрытый прозрачной водянистой плёнкой, поглотившей заклятие Пожирателя.

Другой огненно-красный луч стрелой полетел в Гарри, который сумел увернуться, бросившись в сторону. Заклятие врезалось в стену рядом с Гермионой, пробив бетон и осыпав коридор осколками и пылью. Взрывной волной Гермиону отбросило на стоявшие возле лестницы носилки. Быстро поднявшись, она увернулась от «Авада Кедавра» и направила палочку на носилки.

— Ложитесь! — крикнула она и взмахнула палочкой, словно мечом, в сторону носилок. — Оппуньо!

С пронзительным скрипом носилки взмыли в воздух и понеслись прямо на Пожирателей. Они пролетели над головой Гарри, едва не задев ухо Кингсли, и со всей силы врезались в троих тёмных магов, впечатав их в стену. Четвёртый Пожиратель, увидев, что численный перевес не на его стороне, бросился к лестнице, но Кингсли успел поразить его «Петрификус Тоталусом». Тот рухнул на ступени, словно камень, и, не в силах пошевелиться, жёстко прокатился вниз, пока не распластался у подножия лестницы. Гермиона перепрыгнула через него на бегу и устремилась на следующий этаж, за ней последовали Гарри и аврор. Она преодолела первый лестничный пролёт, пронеслась через площадку и преодолела последние десять ступеней, оказавшись на первом этаже здания.

Разогнавшись, Гермиона ворвалась в широкий коридор и получила бы в грудь случайно пролетевшим «Ступефаем», если бы чья-то рука не схватила её за рубашку — вообще-то за рубашку Драко — и не швырнула на пол. Задушив стон, Гермиона упала на блестящий пол, от которого резко пахло дезинфицирующим средством, и посмотрела на мужчину, оказавшегося рядом. Это был мужчина средних лет с растрёпанными седеющими волосами и круглыми карими глазами, которые показались Гермионе знакомыми. На нём были спортивные штаны и сандалии с носками.

— Девушка, вы не видели Деви? — отчаянно спросил он, схватив её за плечи. — Моя дочь здесь работает, я не могу её найти.

Что-то в глубине сознания Гермионы связало его слова с колдомедиком. Наверное, это был отец Девани, но, если память её не подводила, он был сквибом. Он не мог воспользоваться магией, чтобы сражаться, и даже защитить себя не мог.

— Я только что пришла, — ответила Гермиона, краем глаза заметив, как Гарри пробежал мимо и опрокинул носилки, поставив их перед ними, чтобы защитить от заклятий и проклятий, летевших во все стороны. — Но с вашей дочерью наверняка всё хорошо. Я сама найду её, а вы как можно скорее выбирайтесь отсюда…

— Без моей дочери я никуда не уйду, — решительно заявил мужчина.

В этот момент очередное заклятие ударило в носилки, проделав в их середине огромную дыру, словно на них плеснули едкой кислотой. Гермиона поняла, что отговорить отца Девани не удастся, да и времени на это не было, поэтому решила сама позаботиться о его безопасности. Крепко сжав палочку, она выглянула из-за носилок и послала «Эверте Статум» в первого попавшегося ей Пожирателя. Тут же снова пригнулась за жалким укрытием, оставшимся от носилок, и посмотрела на отца Девани.

— Послушайте меня внимательно. Нам нужно выбраться отсюда, — серьёзно сказала она. — Не отходите от меня и будьте начеку.

Мужчина молча кивнул, и Гермиона жестом велела ему следовать за ней. Бросив быстрый взгляд в коридор, она побежала к открытой двери справа. Сквиб последовал за ней как раз в тот момент, когда «Бомбарда» разнесла в щепки то, что осталось от носилок. Он вбежал в пустую комнату вслед за Гермионой, белые носки мелькали над сандалиями. Не теряя времени, Гермиона выглянула из двери, оценивая обстановку. Коридор был заполнен аврорами и Пожирателями смерти, а некоторые больные пытались добраться до выхода или до лестницы на следующий этаж. Один из них, несомненно поражённый каким-то заклятием, двигался по коридору, размахивая руками по кругу, словно плыл, и одинаково задевая и Пожирателей, и авроров. Рона нигде не было видно, зато Кингсли и Гарри смешались с аврорами в серебристых мантиях и вместе с ними сдерживали Пожирателей.

— Девани на этом этаже нет, — пробормотала девушка, поворачиваясь к мистеру Апелдти. — Значит, она на втором или выше. Я постараюсь провести вас к лестнице целым и невредимым. Будьте осторожны.

Мистер Апелдти кивнул, крепко сжимая в руках швабру, которую, очевидно, нашёл где-то в служебном помещении. Гермиона обеспокоенно подумала, правильно ли поступает, но, не успев толком обдумать это, снова выбежала в коридор.

— Инкарцерус! — крикнула она, продолжая бежать к сражавшимся. Из ниоткуда появились толстые белые верёвки, обвязали одного из Пожирателей, и тот тяжело рухнул на пол, оказавшись обездвижен. — Лакарнум Инфламаре!

Гермиона направила палочку, и из пола вырвалась полоса пламени, поджигая мантию другого Пожирателя. Сначала тёмный маг даже не заметил этого, но огонь быстро пополз вверх по его одежде, добравшись до пояса. С пронзительным криком боли он бросился бежать и столкнулся с другим Пожирателем, передав ему пламя. Однако даже тогда он не остановился и на полной скорости понёсся прямо на Гермиону и мистера Апелдти. Она подняла палочку, но прежде чем успела атаковать Пожирателя, мистер Апелдти уже сбил его с ног коротким, сокрушительным ударом шваброй. А когда тот оказался на полу, отец Девани принялся колотить поверженного Пожирателя своей шваброй.

— Это тебе за то, что посмел тронуть мою дочь, паршивец! — яростно кричал мистер Апелдти, обрушивая швабру, которая в его руках явно превратилась в смертельно опасное оружие, на спину горящего Пожирателя.

Решив, что отец Девани прекрасно справляется без её помощи, Гермиона снова сосредоточилась на сражении. В её сторону полетел синий луч, но она мгновенно остановила его защитным заклинанием. В нескольких метрах от неё Кингсли в одиночку сражался с тремя Пожирателями, стараясь не наступить на неподвижные тела двух авроров. Гарри сумел вывести одного Пожирателя из строя и теперь сражался с другим, которому помогала пожилая женщина, бросавшая из дверей своей палаты ночные горшки и называвшая Пожирателей «негодяями и хулиганами».

— Круциатус!

— Карпе Ретрактум! — одновременно крикнула Гермиона, пригибаясь, чтобы увернуться от проклятия. Её заклятие подбросило в воздух Пожирателя, напавшего на неё, и тот сбил с ног одного из противников Кингсли, открыв проход к лестнице на второй этаж.

— Мистер Апелдти! — позвала Гермиона.

Сквиб всё ещё колотил несчастного Пожирателя.

— За мной!

Мужчина серьёзно кивнул, тяжело дыша от напряжения, и, подняв обгоревшую швабру, словно копьё, бросился вслед за девушкой, сбивая с ног всех, кто оказывался в пределах досягаемости его импровизированного оружия.

Гермиона наступила на руку одного из упавших Пожирателей, пытавшегося вернуть себе палочку, и перепрыгнула на первые ступени лестницы. Мистер Апелдти ткнул шваброй в лицо тёмному магу, а затем последовал за девушкой наверх. Чем выше они поднимались, тем отчётливее Гермиона слышала крики и взрывы на следующем этаже. Первое, что она увидела, вылетев в коридор, была группа детей, сбившихся в кучу за несколькими носилками, превращёнными в баррикаду. Дети отчаянно плакали и дрожали каждый раз, когда очередное заклятие ударяло в преграду.

— Каве Инимикум! — крикнула Гермиона, взмахнув палочкой, и над детьми словно опустился невидимый покров — прозрачная защита, поглощавшая заклятия. Она поискала глазами Пожирателя, нападавшего на детей, но мистер Апелдти уже опередил её и бежал на тёмного мага, размахивая дымящейся шваброй.

— Мистер Апелдти! — отчаянно закричала Гермиона и подняла палочку, собираясь атаковать Пожирателя, но ещё до того, как начала произносить заклинание, поняла, что не успеет остановить тёмного мага. — Ступ…

— Петрификус Тоталус! — раздался другой голос.

На пол рухнуло окаменевшее тело, но это был не мистер Апелдти, а Пожиратель смерти. Изумлённая Гермиона увидела, как из-за поверженного врага появился Рон, крепко сжимавший палочку в руке. Его красная пижама была ему коротка и разодрана на коленях.

— Рон! — воскликнула Гермиона, бросаясь к нему. — Ты в порядке?

— Девушка! — мистер Апелдти уже оказался рядом с рыжеволосым. — Ты видел мою дочь? Её зовут Девани, и…

Рон молча кивнул. Его лицо исказилось от боли, и он указал на комнату слева. Мистер Апелдти проследил за его пальцем и посмотрел на приоткрытую дверь, застыв от ужаса. С Девани что-то случилось.

— Рон, что… — начала Гермиона, но отец девушки уже бросил швабру и, белый как мел, бросился к комнате.

— Я эвакуировал детей, — сдавленным голосом сказал Рон. Гермиона заметила, что его глаза полны слёз и он нервно дрожит. — Когда Пожиратель напал на неё сзади… я… ничего не смог сделать… не успел…

Гермиона открыла рот, но не нашла в себе мужества спросить, мертва ли девушка.

— Авада Кедавра…

— Эверте Статум! — крикнул чей-то голос, и Пожиратель, уже начавший произносить смертельное проклятие, врезался в ближайшую стену, покрывшуюся трещинами. Гермиона вздрогнула и увидела бегущего к ним Шона Фосетта. Его лицо оставалось бесстрастным, но глаза горели яростью.

— Это не лучшее место для разговоров!

Гермиона тут же схватила Рона за запястье и потащила в сторону, уводя его с линии огня. Она втолкнула рыжеволосого в комнату, где находились Девани и мистер Апелдти, и лишь мельком успела увидеть девушку, лежавшую на носилках. Её лицо было покрыто пылью после какого-то взрыва, а одна рука безжизненно свисала с края кровати. Мистер Апелдти тряс её за плечи, без сомнения пытаясь привести дочь в чувство. Отказываясь осознавать увиденное, Гермиона снова повернулась к сражению и яростно принялась бросать заклятия бок о бок с преподавателем Защиты от тёмных искусств.

— Что вы здесь делаете? — спросила она, уворачиваясь от заклятия, пролетевшего так близко, что её волосы взметнулись.

— Я аврор, а людей у нас сейчас явно не хватает, — ответил он, совершив сложное четырёхфазное движение палочкой. В сторону Пожирателей, находившихся в дальнем конце коридора, устремился мощный шар фиолетового света, сбивший их с ног.

В этот момент в углу коридора раздалось хлопанье, и появились близнецы Уизли и Тонкс.

— Монтис Оккултус! — крикнула Тонкс, пригибаясь, чтобы увернуться от проклятия. — Атакуют Монтис Оккултус! Святой Мунго — приманка!