Глава 113: Адское времечко.
Глава 113: Адское времечко.
Временами в Аэрбе проявлялись напрягающие меня мелочи, обычно напрягающие из-за того, что не было понятно, почему оно вообще есть такое. Поначалу я в большинстве случаев просто принимал как есть, поскольку меня больше беспокоило выживание, чем задавание выскакивающих у меня в голове вопросов, а ещё я больше был сфокусирован на больших экзистенциальных вопросах вроде «где я» и «что всё это значит». Но с ходом времени и моего привыкания к Аэрбу я в конце концов добрался до того, чтобы обращать внимание на эти мелочи, и пытаться разобраться с ними.
Каменные дома в Комфорт сбивали меня с толку. Сами по себе дома из камней имеют смысл, когда под рукой много доступного камня, и имеется достаточно дешёвый цемент, чтобы это не слишком влияло на стоимость. С крышами, крытыми соломой, ситуация похожая, если живёшь в зоне, где нужно чем-то прикрывать дом, и у тебя есть куча соломы или каких-то стеблей. Проблема была в том, что эти дома из камней с крытыми соломой крышами стояли рядом с вполне обычными стенами сухой кладки и крышами из дранки, и это поднимало серьёзные вопросы насчёт мира. У меня было несколько возможных объяснений:
* Технологическое и экономическое развитие было в переходной стадии, так что каменные здания остались с более ранних времён, а сухую кладку использовали для новых строек.
* Здания из камня — некий символ, некое социальное, культурное или политическое заявление. Я понятия не имел, о чём, но неплохой вариант — «возвращение к старине», особенно если метод строительства устаревший.
* Камень и солома — местные, и работа местных рыночных сил, которые в итоге достигли равновесия с тем, что массово телепортировали откуда-то ещё. Это может иметь смысл, если каменные дома построены из побочного продукта, который никто не станет (или сможет, или экономически сможет) намеренно производить снова, что означает, что строительство каменных домов не может продолжаться, не став значительно дороже.
В итоге я нашёл ответ в книге заклинаний, которую мы забрали в тату-салоне в Драгоценности Пустыни. Как оно оказалось, существует татуировка, которую возможно создать с правильными магическими чернилами, которая создаёт каменный дом, с крытой соломой крышей. К сожалению, создаваемые ей дома не особо хороши в перспективе, и лет через пять начинают разваливаться — цемент рассыпается, солома гниёт, и деревянные балки перекашиваются. Ни одна из этих проблем не магическая по своей природе, они возникают просто из-за скверной постройки создаваемого татуировкой дома. Все эти проблемы возможно исправить, но если уж собираетесь делать весь этот дорогостоящий ремонт в придачу к стоимости татуировки, то лучше изначально построить дом по обычному, с сухой кладкой. Экономически разница что-то вроде той, что между съёмом и покупкой, вопрос в том, хотите сделать инвестицию, которая окупится в перспективе, или вам нужно более дешёвое жильё на короткий срок.
Так что когда мы прибыли в регион, который, как я позже узнал, называют Янтарные Земли, я немедленно заметил, что все строения — из тех же камней с той же соломенной крышей. То есть — базовый лагерь, временное место, скорее всего созданной с конкретной целью в последние несколько лет. Я не видел никаких дорог, ведущих из этого места, что означало, что большой корабль — один из немногих способов попасть сюда. Всё это говорило за себя. Паллида говорила, что Гемма взяла свой отгул из Мощи и Движения месяц назад, что тоже говорило за себя. В совокупности с тем, что говорил Мастерс о том, что ситуация накаляется, картинка складывалась довольно мрачная. Эта компания реагировала на нечто недавнее, нечто, для чего они нуждались в или хотели иметь базу операций поодаль от всего.
Единственной структурой, которая представляла из себя не камень и солому, был маленький форт, незаметный изнутри корабля. Дизайн форта был максимально простым, кубической формы, с каменными стенами, которые у меня ассоциировались с дизайном магов стали. Наверху — небольшие зубцы, и окна-бойницы, но никаких украшений. Всё же, я полагал, что узнаю его по одной из наших кампаний. Он был из школы магических баз, про которую можно сказать «клёвые практические эффекты, но никакого боевого применения». Я, как ДМ, любил такие в качестве метода траты денег, поскольку игроки могли сливать своё золото в нечто подобное без возникновения имбаланса в игре.
— Здание магическое — сказал Грак, взглянув на него.
— Можете осматривать, сколько хотите — сказал Хешнел. — Собрание проведём там, когда будете готовы. Я проинструктировал Гур Дела убрать самые опасные обереги, оставив только те, против которых вы, вероятно, возражать не будете. Здесь есть обереги против широкого набора реликвий, ни одной из которых, вероятно, у вас с собой нет. Если нужно будет убрать какие-то ещё обереги, дайте знать.
Это была ловушка, и не та, в которую, на мой взгляд, кто-то из нас попадётся. Намеренно просить убрать обереги — значит указать на наши способности, что означает, что нам придётся или оспаривать место, или требовать убрать все обереги от реликвий, или показывать, что у нас на руках.
— Мне понадобится какое-то время — сказал Грак. — Полчаса.
— Как пожелаете — сказал Хешнел. — Нам всем следует воздержаться от того, чтобы говорить что-то значимое, пока не окажемся внутри форта. Есть несколько методов наблюдения, от которых есть защита только за оберегами, и плюс пара маломобильных членов.
— Есть что-то, что вы можете рассказать пока что? — спросила Амариллис. — Некая фоновая информация? Что-то, что кто-то наблюдающий уже знает?
Взгляд Хешнела мелькнул ко мне.
— Кто из вас лидер группы?
— У нас демократия — сказала Фенн. Я скривился, услышав горечь в её голосе.
— Демократия из скольких членов? — спросил Хешнел. Я не был уверен, то ли он не заметил её тон (что казалось нереальным), то ли просто отмахнулся от этого.
— Восьмерых — сказал я. — Двое наших членов остались дома.
— И где это? — спросил Хешнел.
Пока Грак осматривал обереги и магию форта, а мы переговаривались, вокруг нас собралась вся его компания. Впечатление такое, что у нас тут состоится импровизированное собрание перед собранием, в котором можно попытаться оценить друг друга, что, в общем-то, неплохая идея сейчас, когда время не поджимает.
— Полагаю, формально мы Совет Аркес, часть Республики Миунун — сказала Амариллис.
— Новое место? — спросила Гемма. — Туунгское?
— Я о нём не слышал — сказал Хешнел, бросив на неё взгляд. — Туунгское?
— Их там всего кучка — сказала Гемма. — Но одна из них самка, и лет через десять-двадцать будет больше. Хотя нацией пока не назвать, разве что зарождающейся.
— И где оно находится? — спросил Хешнел.
— На острове Поран — ответила Амариллис, вернув вожжи беседы в свои руки. — Это незначительный островок в Калтрийском Море, неподалёку от территории Ха-лунде.
— У вас англициннский акцент — сказал Хешнел, нахмурившись.
— Изначально — Амариллис кивнула.
— Могу я взглянуть на ваше лицо? — спросил Хешнел. — Разговаривать в закрытом шлеме — не то, как ведут беседу.
Это вызвало для Амариллис определённую сложность. Очевидно, она хотела оставить доспех, чтобы защититься от внезапной атаки, но помимо этого она хотела оставить его потому, что если она его снимет, то у Валенсии будет меньше прикрытия, чтобы скрыть её.
— Он думает, что знает тебя — сказала Валенсия.
— Её голос знаком — сказал Хешнел, чуть кивнув.
Амариллис медленно сняла шлем, придержав его у бока. Её волосы были затянуты в тугой плоский пучок, и часы в латах заставили её слегка вспотеть. Несмотря на всё это, она всё равно выглядело привлекательно, что меня слегка раздражало.
— Далия? — спросила Паллида. Её глаза расширились.
Ленсси несколько раз рассекло воздух своими усиками.
— Нет — ответил Хешнел. — Она никогда не была столь сурова. Эта девушка просто крайне похожа на неё.
— Далия? — спросила Амариллис, переводя взглядом между ними. — Дочь Утера?
— Сходство есть — сказал Хешнел, кивнув. — Или вы таки она?
— Нет — сказала Амариллис. Она нахмурилась. — Я что-то упускаю.
— О — сказал я. — Эм, Далия на самом деле не пропадала, она просто тайно стала сквайром Утера.
Амариллис уставилась на меня.
— И… Когда ты это узнал?
— Мастерс сказал — ответил я. — Извини, я забыл, что ты не могла слышать.
— Далия выжила? — спросила Амариллис. — Она была Хелио?
— А позже — Красной Маской — сказал я.
— Да вы, бл*, издеваетесь — сказала Амариллис.
— Он на самом деле ошибается — сказала Паллида. — Она действительно пропадала, просто где-то на месяц. А потом объявилась как Хелио, этот обман продлился пару недель, прежде чем Утер её расколол.
Она наблюдала за Амариллис.
— Но Хелио… — начала Амариллис. — Нет, это неважно.
Она выглядела так, словно отчаянно хотела получить ответы на вопросы, но не хотела тратить времени.
— Я не она.
— Однако некая связь есть? — спросил Хешнел.
— Я Амариллис Пенндрайг — сказала Амариллис. — Самый прямой живой потомок Утера Пенндрайга.
Она встала во весь рост, максимально царственно. Единственной причиной, почему впечатление особо не изменилось, было то, что она изначально стояла в хорошей позе, так что выпрямление в полный рост мало что изменило.
— Я думала, вы мертвы? — спросила Паллида.
— Очевидно, нет — сказал Хешнел, нахмурившись. — Похоже, у нас появились новые вопросы.
— У нас тоже есть вопросы — сказала Фенн. — Например, для начала, что вы собираетесь делать с Джунипером.
— С этим придётся подождать, пока мы не окажемся внутри — сказал Хешнел. — Есть вещи, которые мы не можем безопасно обсуждать вне стен нашей комнаты собраний.
Он взглянул на Грака, продолжающего расхаживать вокруг с поднятым жезлом.
— Сколько ещё?