Глава 67: Рука помощи.

    Второй урок Фаллатера проходил в сарае, в основном потому, что там было много свободного пространства. Ропи был со мной для подстраховки, но помимо него — Амариллис, Фенн, и Грак (как бы там с ним ни было), и нас с Фаллатером разделяло приличное пространство. Валенсия была в подвале, прикована к котлу, а двоим миньонам Фаллатера Амариллис неохотно разрешила сходить в город.

    — Я не знал, что буду учить такое количество — с улыбкой сказал Фаллатер.

    — Только меня — сказал я. — Мне нужно меньше объяснений, чем кому-либо. Я бы хотел, чтобы вы провели меня через процесс исправления моей руки, и с позиции теории, и конкретного процесса, вместе со связанными рисками.

    Я был в полном доспехе, запятнанном белым там, где он вчера поглотил удары. Всеклинок был в моей руке, в форме кинжала.

    — Баш на баш — сказал Фаллатер. — Расскажите мне о вашей интригующей способности обучаться. Она приобретённая, или врождённая?

    — Врождённая — сказал я.

    Навык повышен: Ложь, ур.2!

    После разгестальта Обмана Ложь и Скрытность пришлось качать с нуля, но к счастью у Фенн Ложь была за тридцатник, так что благодаря Симбиозу у меня Ложь была выше десятки, пока она рядом. К тому же то, что я сказал, не было действительно ложью; зависит от определения «рождения». Я был достаточно уверен, что моя душа существует только с момент моего появления на самолёте над Землями Восставших.

    — И к каким доменам применим ваш талант? — спросил Фаллатер. — Только магия, или и другие зоны тоже?

    — Применимо к конкретным доменам, не все из которых я обнаружил — сказал я. Навык Лжи снова поднялся. И опять же это была, технически, правда, учитывая что несколько моих навыков оставались для меня тайной. — Впрочем, магия чаще.

    Фаллатер кивнул.

    — Вы можете делать то, чего очевидно не знали, или ограничены только тем, что вам адекватно объяснили?

    — Пока что вопросов достаточно — ответил я. — Скажите мне, как магия кости пересекается с магией души.

    Фаллатер помедлил, глядя на меня, затем кивнул себе.

    — Мои вопросы не просто для удовлетворения моего любопытства — сказал он. — Вы не учились в афинее, и ваше знание магии кости может не совпадать с тем, что преподают там.

    — Это правда — признал я, чуть поёрзав на стуле. Большую часть того, что я знаю о магии кости, я узнал из «Путеводителя по магии кости для чайников». — Да, я обладаю неким уровнем знаний вне того, что мне говорили или чему учили, и чего не мог просто экстраполировать из базовых принципов.

    Фаллатер кивнул.

    — То есть вы не индоктринированы догмой афинеев — сказал он. — Вероятно, это к лучшему. В моё время между Гильдией Сущности Души и Афинеем Кости и Плоти была напряжённость. Они не хотели признавать, что их искусство — расширение нашего. Вы знакомы с концепцией аспектов?

    Я кивнул. Насколько я знал, аспекты магии кости один к одному соответствуют системным статам, по крайней мере в PHY и MEN.

    — Они указатели в направлении информации, записанной в душе — сказал Фаллатер. — Магия кости, в основе своей, всего лишь краткосрочное добавление чьей-то души к своей.

    — Эм… — произнёс я. В этом объяснении есть ряд дыр, учитывая то, что я знаю.

    — По вашим собственным словам, я самый сведущий маг души, оставшийся в мире — сказал Фаллатер. — Но пожалуйста, — добавил он, ухмыляясь острыми зубами — объясните, в чём я неправ.

    Я вздохнул. Терпеть не могу Сократовы диалоги.

    — Большинство костей, которые используют маги души, берутся…

    — Термин «душа» неточен — сказал Фаллатер. — Вы, вероятно, думаете о маленькой белой штуке, вытягиваемой из сердца или головы после смерти? — он указал сперва себе на висок, затем на грудь. — Это анима экса, физическое воплощение души, уникальное для смертных рас, но не синонимичное с анима ипса.

    Я нахмурился.

    — Может, я наивен, но в этом нет смысла. Вы говорите, что душа продолжает существовать в костях, даже когда кто-то отправляется в ад?

    — Нет — сказал Фаллатер. — Я говорю, что все доступные мне методы свидетельствуют, что доступ к душе сохраняется после смерти, даже в случае тех, чей переход в посмертное существование засвидетельствован инферноскопом.

    Я услышал движение за моей спиной.

    — Если это правда… — начала Амариллис.

    — Это правда — ответил Фаллатер.

    — Тогда должны быть метафизические следствия этого — сказала Амариллис. — Если душами находящихся в адах можно манипулировать методами Аэрба, мы…

    — Нельзя — сказал Фаллатер.

    — Почему? — спросила Амариллис.

    — Принцип планарного разделения — сказал Фаллатер. — Это было весьма обсуждаемой темой в Гильдии Сущности Души, до её низвержения и смерти девяноста процентов её членов, когда была создана карантинная зона Манифеста.

    Его лицо на секунду стало задумчиво-тоскующим.

    — Очевидно, в Амореукс я не мог проводить исследований планарного разделения, и мне не позволили захватить в тюрьму копию исследовательских документов, но все доступные свидетельства указывают, что душа неспособна пересечь границу планов. — Он помахал рукой. — Большая часть этого не имеет отношения к обсуждаемой теме.

    — Ха-ха — сказал я, приподняв свою деформированную руку.

    — О костях можно думать, как о посредниках — сказал Фаллатер. — Если душа — комплексная, чрезвычайно длинная книга, то кости — мужи, что изучают эту книгу и дают ответы тем, кто их ищет. Каждый из них обладает глубокой связью с душой, и общается по своей теме.

    — Но когда сжигаешь кость, это влияет на душу — сказал я. — Так что это не похоже на хорошую метафору, на мой взгляд.

    — Метафоры редко бывают хорошими — пожав плечами, сказал Фаллатер. — Мы — я говорю «мы», но по вашему свидетельству осталось немного тех, к кем я мог бы осведомлённо обсудить эту тему — не понимаем в точности, что происходит при использовании магии кости. Впечатление такое, что она воздействует на донора и реципиента на уровне души, результатом чего становятся другие эффекты, однако механизм этого непрозрачен, несмотря на множество проведённых тестов.

    — Каких тестов? — спросил я. Фаллатер усмехнулся.

    — Не думаю, что вы оцените эти научные исследования — сказал он. Он наблюдал за мной, и я старался ничего не выдавать, но понятия не имел, насколько успешно. — Я дал вам достаточно, скажите мне больше о вашей способности и о том, как она работает. То, что я вам сообщил — улучшило ли это измеримо ваши способности в магии души?

    — Нет — ответил я. И тут же сообразило, что надо было помедлить перед ответом, или дать неопределённый ответ. Быстрое «нет» говорило о том, что я осознаю, когда моя способность работает, а это была информация, утечки которой я не хотел. (Ну, по крайней мере я понял, что произошла утечка. Было в Фаллатере что-то, что пугало меня, помимо того, что я о нём знал, что-то, что заставляло меня думать, что он основательно читает меня по всему, что я говорю и делаю, и я беспокоился, что выдаю что-то даже не замечая этого).

    — Я определённо хотел бы взглянуть, когда вы сможете исправить свою руку — сказал Фаллатер, чуть наклонившись на своём стуле. — Я вас настолько напрягаю, что вы будете сопротивляться?

    — Нет — сказал я. Если это ловушка, мы можем просто убить его. Шансы того, что моя попытка заменить одну кость в левой руке окажется столь катастрофичной, что понадобится обращаться к нему за спасением были очень-очень низкими, особенно учитывая, как он ставил бы на этот момент. Так что пока я не запутаюсь в своей душе или не окажусь пойман в ней, и ни то-ни другое не кажется вероятным, он нам не понадобится, а если что-то из этого произойдёт, то его помощь будет столь ненадёжна, что нам будет проще его убить. — Я не прошу вас описывать процесс, поскольку это лишает смысла вашу просьбу, и я хотел бы неких рабочих отношений с неким уровнем (quid pro quo, на Аэрбе есть такое выражение?) «баш на баш», но каких рисков мне следует ожидать, если сделаю что-то не так? — спросил я.

    — Ваши руки человеческие, и не идеально симметричны — сказал Фаллатер. О быстро провёл тонким языком по острым зубам. — Душа вынослива, и должна выдержать вашу попытку, но я готов признать, что всякое возможно, учитывая, что вы используете версию искусства со сверхъестественной поддержкой. В этом случае, худшее что произойдёт — вы потеряете руку, но это не что-то, чего нельзя исправить правильной магией души.

    — Угу — сказал я. Хренушки. — Ещё какие-то возможные проблемы?

    Фаллатер улыбнулся мне.

    — О, если говорить о возможностях, их множество — сказал он. — Вы используете силу — уникальную?

    — Да — сказал я, прежде чем осознал, что это ложь. Ещё Артур.

    — Вы используете уникальную силу, которой обладаете только вы, чтобы взаимодействовать с корнем всей магии — сказал Фаллатер. — Возможности бесконечны, учитывая наши обоюдные зоны незнания. Возможно, вы попытаетесь скопировать паттерн одной кости, и вместо этого прихватите нервы руки, случайно вытащите их и не сможете вернуть обратно. Это, должен признать, является возможность, как и многие другие сценарии.

    — Но это должно быть исправимо — заметил я.

    — В душе лишь идея тела — сказал Фаллатер. — То, что отображено в душе, не тело, но то, что душа считает паттерном, коему тело должно соответствовать. Любой нанесённый вами урон, даже полное удаление концепции тела, может быть исправлен мастером.

    Это заставило меня нахмуриться. Я понимал его позицию, но в моём случае это не пройдёт, и это было хорошо.

    — Амариллис, Фенн, дайте мне два часа, и если я не вернусь из души, постарайтесь привести меня в чувства.

    * * *