Том 4 Глава 4.07 Сумрак

— Алло. Андре Джанноне слушает.

— Здравствуйте, Андре. Мы надеемся, что вы сможете нам помочь. По поводу аренды в Кедровом Граде.

— Откуда у вас этот номер?

— У нас свои источники. «Мортари Констракшн» занималась строительством Кедрового Града, и они дали нам имя… Андреа Джанноне? Возможно нам нужна ваша дочь?

— Я Андреа, произносится как Андре. Короче, нет нужды объяснять, что я не женщина. На моей родине это мужское имя.

— Отлично. Андре, вы из тех кто занимался сдачей площадей в аренду?

— Ваши данные устарели. Я отошёл от дел, поищите кого-нибудь ещё.

— Можете дать контакты кому позвонить?

— Нет. Сейчас в Кедровом Граде нет работы, и я не хочу давать номер, потому что не знаю, кто сейчас этим занимается.

«Не хочу давать номер вместо не могу», — отметила я. — «Не хочет, хотя даже не спросил, кто звонит?»

— Беглый поиск в Интернете показал, что в Кедровом Граде куча свободных мест. Люди это заметили и заинтересовались, почему так.

— Откуда мне знать.

— Вы там живёте.

— Я держусь отдельно от всех. Поищите в другом месте и прекратите докучать старику.

— Мистер Джанноне, я понимаю, вы напуганы. Не отвечайте, если думаете, что вас прослушивают. Дело в том, что мы герои.

На другом конце повисла тишина. Испугался прослушки или был шокирован?

— Мы герои. Корпоративная команда с планами на заселение. Мы знаем, что в городе есть места и знаем, что вы всё ещё в деле. Если всё получится, мы планируем присматривать за вами и другими людьми в Кедровом Граде.

— Что? Корпоративная команда?

— Героев, мистер Джанноне. Мы зовёмся Аузур. Аурум и лазурь, золото и синева — так проще запомнить. Мы ещё увидимся, если, конечно, не наступим кому-нибудь на мозоль.

— На мозоль? Чего?!

Я обвела взглядом остальных и заметила, что Тристан поступил так же. Наши взгляды пересеклись. Интересно, подумал ли он о том же, что и я. Что пояснение Шалости по поводу названия команды только привносит путаницу.

— Юрисдикции, мистер Джанноне. Было бы не плохо, если бы мы застолбили территорию сразу по прибытии, вместо того чтобы конкурировать с другими героями за зону влияния.

— За что конкурировать? Тут ничего нет! Никого вокруг. Это пустырь. Все, кто могли, уехали, а остальные просто хотят, чтобы их не тревожили.

Заметил ли он противоречие в своих же словах? О том, что нет ни жителей, ни свободного жилья?

— Возможно, сейчас там пустырь, мистер Джанноне, — тон Шалости навёл меня на мысль, что она работала в продажах, — но обещаю вам, Аузур может это изменить. Другие герои хотят это изменить. Что бы ни случилось, в район заселятся герои звёздной величины. Надеюсь, это будем мы, и мы сможем расчистить путь, чтобы все, кто ушел, смогли вернуться.

Откровеннейший, почти болезненный оптимизм Шалости был грубо прерван.

— Вы превратите это место в поле битвы.

— Мы хотим решить всё по-хорошему. Поверьте, Аузура ведёт дела аккуратно.

На том конце в течение нескольких секунд раздавалось нечленораздельное шипение.

— Я не тот, кто вам нужен. Больше не звоните мне.

Мистер Андре Джанноне повесил трубку.

— Кензи, давай, — Тристан положил руку на спинку её кресла.

Камера сместилась и сфокусировалась на маленьком домике в конце пригородной застройки. У домика были высокие окна и вывеска с надписью «на втором этаже сдаётся квартира».

— У меня плохое предчувствие, — прервала Шалость мрачное молчание.

— Мы сейчас можем с ней говорить? — спросила Света.

— Нет, но… — Кензи нажала несколько клавиш. Звонок завершился, и телефон тут же зазвонил снова.

— Вот и вы, — сказала Шалость — Прекрасно. Этого вы и добивались?

— Посмотрим, — ответил Тристан. — Человек, которому ты звонила, собирается на прогулку.

Мистер Джанноне был одет в пиджак поверх того, что могло быть тонким свитером или водолазкой. Тщательно зачёсанные назад волосы придавали ему бравый вид несмотря на седину, однако из-за сутулой осанки он выглядел старше своих лет. Шагал он быстро и, я бы сказала, с проворством.

— Подключаюсь, — сообщила Кензи. — Видео будет позже, сейчас только звук.

— Прелестно! Я смогу прослушать и просмотреть его встречу?

— Как и договаривались, — ответил Тристан. — Мы собираемся передавать информацию о злодеях и крупной злодейской сети по ходу сбора улик. Будем надеяться, что ваша команда, как ты выразилась, не будет наступать нам на мозоли. Прикус говорил, что ты охотнее других твоих товарищей по команде вмешиваешься в подобные мероприятия. Причём не учитывая наше мнение.

— Хм. При особом желании я могла бы присмотреться к этому делу, но маловероятно. Прямо сейчас вряд ли получится. И без того много дел.

— Война? — предположила я.

— По большей части она.

— По какой большей? Насколько всё плохо? — заволновалась Света.

— Без понятия. Такое чувство, что на переговоры настроены очень немногие. Особенно при намёках на то, какой жестокой может выдаться эта война. Земля Хет не дремлет.

— Думаешь, войны не избежать? — переспросила Света. Её голос звучал всё беспокойнее.

— Дипломаты и большинство высокопоставленных людей с обеих сторон борются c этим. Но, кажется, к тому всё и идёт. Неотвратимо, да.

Подбородок Светы немного опустился, она опустила глаза. Я потянулась к ней и остановилась, услышав тихие постукивания, следующие одно за другим.

Руки и ноги Светы не двигались. Так я догадалась, что её щупальца стукаются о внутреннюю поверхность тела подобно могучим ударам пленника по стенам темницы.

— Я надеюсь на то, что мы продолжим двигаться равномерным, сдержанным темпом, обменяемся первыми ударами, после чего обе стороны отступят, — сказала Шалость. — Меня беспокоит, что произойдёт что-то взрывное. Ещё один сломанный триггер, атака радикалов конца света с Земли Х, атака Четвёртой Секты, или какой-нибудь глупец из нашего мира попытается захватить там территорию. Продолжать можно долго. Происшествие послужит причиной чего-нибудь затяжного.

Я приблизилась к Свете так, чтобы оставаться у неё на виду. Приблизилась медленно. Мне хотелось спросить Свету, можно ли прикоснуться к ней, но я не хотела задавать вопрос вслух, поскольку заметили бы остальные и Шалость в том числе.

— Четвёртая Секта? — переспросил Тристан — Я мог о них слышать раньше?

Света заметила меня и вытянула руку. Я взяла её ладонь в свою, а другой обняла за плечи.

— Их можно назвать культом, но я не уверена, что это правильный термин. Они — меньшинство с сильным политическим влиянием. Нацелены на войну, чтобы истощить собственное население которое слишком долго «плодилось и размножалось». Трудно вникнуть в подробности этого цикла. Самые верные союзники Гимель на Земле Хет — это те, кто хочет помешать войне, чтобы ослабить Четвёртую Секту.

— Тебе не кажется, что если они дойдут до точки кипения, то выкинут что-нибудь? — спросил Тристан.

— Не мне одной. Вышестоящим людям тоже. Одним из тех за кем мы присматриваем.

— Мы ведь справимся? — Тристан взглянул на Свету. — Мы чуточку лучше по силам. Превосходно укомплектованы.

— У нас преимущество, но не такое значительное, как ты думаешь, — сказала Шалость — На нашей стороны те, кто умеет выявлять или видеть паралюдей, и они твердят нам, что тот мужчина обладает силами, но не афиширует их. У той женщины были силы, про которые нас никто не предупредил. Многие из них воспользовались своими способностями, чтобы занять должность в правительстве.

— Может, хватит про войну? — спросила Света. Странно было слышать от неё столь резкий вопрос, при отсутствии напряжения в её позе, её дыхании.

— Хватит, — согласился Тристан.

— Извините, что так прерываю.

— Мне без разницы, душка, — ответила Шалость. — Можем поговорить о других вещах. Хорошо бы отвлечься.

— Мистер Джанноне в центре города. Кажется он знает куда идти, чтобы поговорить со злодеями, — доложил Тристан.

— Прелестно, — сказала Шалость. — Миленькая глупость — то, что надо, чтобы отвлечься.

Глупость. Мы воспринимали эту ситуацию на полном серьёзе, пытались спасти Кедровый Град и его людей. Мы пытались разрушить преступную организацию до того, как она расширит своё влияние слишком далеко, и не поглотит всё. Со всеми нашими проблемами, когда на кону стояла жизнь одного члена команды, мы жертвовали собой и посвящали себя делу в долгосрочной перспективе.

«Глупость»???

Для того, кто пытался предотвратить войну с другой вселенной? Я могла отнестись с пониманием, но и Шалость могла бы подбирать слова более уважительно.

Я решила не обращать на неё внимания и будь что будет.

Джанноне вошёл в бар. В первую очередь подумалось, что у нас не получится заснять ни видео, ни аудио.

Однако через несколько мгновений он появился вместе со Скакуном.

—…не причастен к этому.

— Андре, если не хочешь быть причастен, не заходи в бар, обсуждать дела. Не озвучивай свои проблемы в пределах слышимости десятка людей с силами. Поговорим в моём офисе

— Не особо лучше, если меня увидят входящим в твой офис, — Андре Джанноне сопротивлялся тому, чтобы его вели под руку. Скакун прекратил попытки и пожилой человек закончил: — Спасибо.

— Будем вежливы, — сказал Скакун. — И в том, о чём мы говорим, и в поведении на людях.

Люди в баре наверняка посматривали в окна.

— Они позвонили мне. Что я должен был сказать? Если дело дойдёт до суда…

— Давай не будем о суде.

— А что, если?..

— Этому не бывать. У судов слишком много дел, чтобы возиться с такими, как ты. Даже с такими, как мы.

— Вы также говорили, что герои не побеспокоят, а скольких мы уже видели и слышали?

— Андре. Слушай. Если они решат повозиться с мелкими преступлениями, то придут за мной, другими злодеями. Они не пойдут за напуганными горожанами. Даже если и решат, что кто-нибудь что-нибудь натворил, то только потому, что его заставили.

К концу фразы тон Скакуна сменился. Стал беззаботным и явно шутливым. Интересно, как подать это в суде, если Джанноне будет предъявлено обвинение. Я отпустила Свету и подошла к доске, чтобы записать вопрос. Что-нибудь для будущей беседы с Натали или кем-то вроде неё.

— Мне ни к чему эти хлопоты, — произнёс Андре Джанноне.

— Понимаю. Мы уже приняли меры. Собираем информацию, собираем подмогу. Ещё немного и мы посвятим тебя в курс дел.

— Что мне делать, если они опять позвонят?

— Взять трубку. Повторить сказанное ранее. Сообщить, что нет мест. Делай, что должен, но не сдавай им жилья. И не показывайся в баре. Звони мне.

— Хотелось бы вестей от вас раньше, чем от них.

— Звони мне. Так, как представились звонившие?

— Что-то про голубизну и золото.

— Златочлен?

— Нет. Не знаю. Может быть.

Я ощутила своего рода смущение и удовлетворение. Шалость была отличным продажником, возможно, лицом фирмы. Но точно не маркетологом. Её способ описать Аузур не отличался запоминаемостью.

— Может быть Аузур? — спросил Скакун.

— Точно.

— Хорошо, я знаю, кого расспросить, чем они занимаются. Это хорошо. Полезно.

— Кого это ты знаешь? — спросила Шалость, будто Скакун мог её услышать, но тот, конечно же, продолжил речь:

— В следующий раз запоминай. Вот всё, что от тебя нужно. Оставь мне решать, стоит беспокоиться или нет.

С этими словами он положил руку на плечо Андре Джанноне. Простой способ выразить поддержку, а заодно направить собеседника той же дорогой, которой он пришёл.

— Я до сих пор выполнял свою часть уговора, — сказал Андре, сопротивляясь тому, чтобы его направляли.

— А ещё получаешь поблажки, которых нет у твоих соседей. К тебе не стучат в дверь. У тебя есть арендаторы.

— Может, никто и не стучит, но звонки я получаю.

— Звонок. Один, — подчеркнул Скакун. Держа руку на плече у Андре, он придал ему нужное направление. — А мы принимаем меры, чтобы избежать нежелательного внимания. Скоро всё уляжется.

— Хорошо, — Андре посмотрел на Скакуна — И мне не нужно беспокоиться?

— Тебе не о чем беспокоиться.

Андре ушёл, а Скакун остался. Он стоял, оттянув большими пальцами карманы пиджака. Камера взяла хороший ракурс, чтобы передать его эмоции. Широкую, уверенную улыбку.

Улыбку для людей, которые могли смотреть на него из окон через улицу. Но при этом он что-то пробормотал себе под нос. Настолько тихо, что даже камера Кензи не смогла уловить.

— Можешь расшифровать это для нас? — попросил Тристан.

— Агась!

Распознавание заняло какое-то время. Скакун не вернулся в бар, вместо этого он направился в здание напротив, где, собственно, располагался его «офис».

— Что, чёрт возьми, случилось? — послышалось из динамиков шипение Скакуна.

— Случились мы, — прокомментировал Крис.

— Спасибо за помощь, Шалость, — поблагодарил Тристан.

— Всегда пожалуйста, сладкий. Я уж начала беспокоиться, что мы зря потревожили пожилого человека, но после всего этого… зря ли?

— Есть основания полагать, что не зря.

— Дай знать, если понадобится что-нибудь ещё.

— Спасибо, — ответил Тристан.

Разговор завершился прощанием, и звонок закончился. Окна закрылись, части компьютерного куба Кензи погасли.

— После обеда на патрулирование выйдет ещё одна группа. При необходимости мы могли бы её отозвать, но ребят рекомендовал Прикус, — сказал Тристан. — Виктория? Ты справишься?

— Со мной будет двоюродная сестра. Просто на случай, если меня там ждут с зениткой наготове.

— Ракетной? — поинтересовался Крис.

— Какой угодно, — сказала я.

— Они начинают приспосабливаться, — заметил Тристан. — Ведут разведку, запрашивают помощь?

— Смотря как далеко зайдёт разведка. Натали сказала, что кто-то взломал штаб-квартиру Хранителей, нацелившись на мою мать.