Том 5 Глава 3
「Золото и львы II」
Король героев, облачённый в золотую броню – «судия» Гильгамеш – стоял там же, где и прежде, на крыше церкви.
Крыша была утыкана Благородными Фантазмами, как подушечка для иголок, и обвалилась в нескольких местах, но установленный на ней защитный барьер, вероятно, был очень мощным, поскольку её всё ещё пусть и с натяжкой, но можно было назвать крышей.
Обычный наблюдатель сравнил бы это зрелище с красивым танцем.
Тина и другие маги, наблюдавшие за сценой с помощью заклинания дальновидения, зачарованно смотрели на Сэйбера, с невообразимой скоростью танцующего на грани между жизнью и смертью.
Это было сражение королей, но силы явно были неравны. Золотой король стоял на возвышении, в то время как другой король изо всех сил старался потеснить его. Если провести другое сравнение, то всё выглядело так, словно великий король подверг суду более скромного правителя.
Но именно поэтому он и продолжал наступать. Если они оба являлись королями, то ответ на вопрос, кто из них был сильнее, мог измениться со временем и учётом обстоятельств. Их битва превратилась в борьбу за звание лучшего правителя, в самую маленькую в мире войну, всего лишь между двумя духовными основами королей.
Разумеется, один из них был вооружён бесчисленными Благородными Фантазмами, что он собрал за время правления и что создали его подданные. Другой же, напротив, имел в своём распоряжении лишь семь «помощников».
Золотой король и судья обрушивал на Сэйбера атаки, не проявляя при этом ни малейшей слабины в свой защите. Тем не менее, король, у которого, как однажды сказал кто-то, в груди билось «сердце льва», продолжал свой натиск, двигаясь всё быстрее и постоянно пребывая на волоске от гибели.
Сверхчеловеческая скорость.
Сверхчеловеческое было вполне обычным явлением в битве между Героическими душами. Но даже с учётом этого проворность Сэйбера была необычайной.
Скорость, которой наделяли основные способности Героической души. Скорость, увеличенная с помощью магии.
Скорость, которую можно было лишь причислить к некой «божественной защите», связанной с рассказами о его подвигах и дарованной ему Троном.
Соединив их все вместе, он стремительно прокладывал свой путь между зданиями, которые стали его полем боя, с необыкновенной даже для Героической души скоростью, петляя и медленно, но верно сокращая дистанцию.
Наступление Львиного сердца, стоило ему начаться, было подобно буре, жатвенной косой проносящейся по воде и суше. Бесподобная скорость его продвижения была столь велика, что по легенде «лишь военачальник, получивший дар защиты от ветра, наконец-то смог его остановить».
Невероятно, но Львиное сердце, который по преданиям мчался по полю боя в три раза быстрее любого обычного воина, наконец-то подобрался достаточно близко к противнику, чтобы нанести удар мечом.
— Значит, тебе хватило наглости предстать предо мной?
Словно заявляя, что это лишь начало, золотой король отпрыгнул назад, открыв огонь из Врат Вавилона в попытке увеличить расстояние между ним и Сэйбером.
Но его усилия дали Сэйберу идеальную возможность.
— Экс… калибур!
Меч Сэйбера засиял, и дуга от его взмаха превратилась в огромную полосу света, которая устремилась к находившемуся в воздухе золотому Арчеру.
— Не так быстро!
Гильгамеш призвал перед собой множество щитов и развеял полосу света.
— Подумать только, ты попытался нанести мне удар жалкой подделкой реликвии планеты. Не будь мы сейчас в разгаре твоего суда, я бы покарал тебя за такую глупость смертью, шавка! Хм?..
Когда свет исчез и парящие щиты рассеялись, золотой король увидел, что Сэйбера перед ним уже не было. Приземлившись, он ощутил невероятную магическую энергию за своей спиной, чуть ниже на скошенной части крыши. Золотой Арчер развернулся и прищурился, увидев Сэйбера с поднятым для удара мечом.
— Экс… калибур!
Вторая полоса света устремилась вверх по скату крыши. Как и в первый раз, её встретило множество щитов… но этот удар был на порядок мощнее предыдущего. Свет врезался в щиты, подняв золотого короля в воздух на несколько метров.
— Да как ты смеешь…
Сквозь щели между щитами золотой король увидел, что Сэйбер держал в руках один из Благородных Фантазмов, выпущенных из Врат Вавилона.
— Я же сказал, что одолжу их, разве нет?
Сэйбер, всё ещё сжимая длинный меч, тотчас же скользнул прямо под своего врага, находящегося в воздухе, и вновь окутал свой клинок ослепительным сиянием. Когда он в первый раз высвободил настоящее имя своего Благородного
Фантазма, декоративный меч, который изначально был при нём, разлетелся на куски с одного удара. Однако Благородный Фантазм, окутанный аурой из Эпохи богов, остался цел после второго высвобождения и даже сохранил свои свойства.
Он высвободил магическую энергию и послал третью полосу света.
Золотой король развернул щиты под собой и заблокировал атаку, но его подбросило ещё выше в воздух.
Затем по нему ударила четвёртая полоса света.
Не давая противнику опомниться, Сэйбер вслед за четвёртой полосой отправил пятую, а затем шестую, целясь прямо вверх с крыши церкви.
Но самым пугающим было то, что интервалы между ударами стремительно сокращались. Когда количество ударов подобралось к двадцати, они слились в один огромный нескончаемый поток света, устремлявшийся с земли в ночное небо.
Словно говоря, что это тоже была одновременно бесконечная серия ударов и одна-единственная непрекращающаяся атака.
За несколько минут до этого. Парковка перед больницей. Немногим ранее.
На парковке, расположенной между больницей и главной улицей.
Местность была очищена от людей, в результате чего на довольно обширной парковке почти не было машин. Поэтому Джон во время полёта, в который его отправил удар демонического лучника, не встретил никаких препятствий, прежде чем проломить своим телом входные двери больницы.
Атака на Джона послужила сигналом для остальных офицеров полиции, и они ринулись в бой, вкладывая все силы. Все они держали в руках самые разные Благородные Фантазмы. «Фальшивки» — всего лишь реликвии, утратившие изначальное таинство и магическую энергию, но чьи легенды были переписаны Кастером.
Было бы честно сказать, что полицейские использовали всевозможные уловки, которые только могли придумать – финты, скрытные атаки из слепых точек и много чего ещё. Справедливости ради можно было даже упомянуть, что их командная работа заметно улучшилась со времени битвы с Ассасин в полицейском участке.
И всё же Арчер, укравший Благородный Фантазм Берсеркера и получивший силу демона, даже не пытался уклониться от них или отразить своим оружием. Он принимал на себя каждый клинок и снаряд, но они на него как будто не действовали.
— Чёрт… Он что, такой же, как и тот Мёртвый Апостол Джестер?.. – скрипнул зубами один из офицеров.
Воспоминание о поражении, которое им нанесли в полицейском участке, промелькнуло в их головах. Оказавшись в ситуации, которая также могла обернуться для них неудачей, члены Клана Калатин даже не думали бежать. Если они отступят, то тогда потеряют свой raison d’être (Фр. «Смысл существования» — прим. перев.) -«правосудие».
Как и Джон, они ни на секунду не забывали чуть ли не гипнотические слова их начальника. Однако благородной смерти они тоже не хотели. Полицейские продолжали думать, как остановить монстра.
А пока они думали, гротескный Арчер наступал.
Полицейские пробовали бить по жизненно важным частям тела, но их атаки останавливала ткань, которую носил лучник. Они пытались атаковать его обнажённые руки и ноги и даже чувствовали, как их оружие поражало цель, однако силы фальшивых Благородных Фантазмов явно не хватало, чтобы нанести противнику ощутимый вред.
Помимо ткани, которая полностью сводила на нет все атаки полицейских, показатели тела Арчера, должно быть, тоже были необычайными. Если учесть, что он ещё впитал силу демона – правда, офицеры полиции не понимали, как именно лучник это сделал – то они предположили, что это также привело к увеличению его выносливости и сопротивляемости магической энергии.
В таком случае… была ли у их противника вообще какая-нибудь слабость?
В то время как слово «сдаться» всё чаще проносилось в головах полицейских, гротескный лучник уверенно подвигался вперёд шаг за шагом.