Глава 12 — Крыша.

В отеле царит хаос.

Воздух разрывается от выстрелов. Запах крови и пороха сгущает атмосферу. Крики и быстрые шаги эхом отдаются от высоких потолков. Байя стоит рядом с Нираги, в ее руке пистолет.

Нираги стреляет без колебаний. Его винтовка изрыгает смерть, тела падают друг за другом. Его ухмылка становится шире с каждым выстрелом.

«Не медли», — кричит Нираги сквозь шум, его голос тревожно спокоен. «Мы должны найти ведьму, верно?»

Байя поднимает пистолет, ее рука дрожит. Сердце колотится о ребра. Перед ней девушка прислонилась к стене, руки подняты, слезы текут по ее щекам.

«Я ничего не сделала, пожалуйста…»

Палец Байи сгибается вокруг курка. Она чувствует, как взгляд Нираги прожигает ее. Пистолет дрожит в руке. Нираги делает шаг за ней, прижимаясь своим телом к ​​ее спине. Его рука обхватывает ее, заставляя выровнять пистолет.

«Сделай это», — дышит он ей в ухо. «Ты обещала, не так ли?»

«Я…»

Большой палец Нираги проводит по костяшкам пальцев. «Она все равно умрет».

Раздается выстрел. Не ее. Девушка падает, между глаз зияет дыра. Нираги опускает пистолет.

«Видишь? Легко».

Дыхание содрогается, когда рука Нираги отпускает ее пистолет. Он поднимает винтовку и стреляет снова и снова. Люди кричат. Байя наблюдает, как губы Нираги изгибаются в довольной улыбке, его глаза блестят.

Кто-то проносится мимо. Пистолет Нираги стреляет. Мальчик падает на землю, схватившись за живот. Он пытается отползти, кровь размазывается по полу под ним.

Байя с ужасом наблюдает, как Нираги преклоняет колени, на коленях, хватает мальчика за волосы и дергает его голову назад. Рот мальчика открывается в безмолвном крике.

«Он не ведьма», — пытается сказать Байя.

«Может и нет», — Нираги приставляет свое оружие к челюсти мальчика, «но это весело».

Быстрый выстрел. Тело мальчика обмякает.

«Ты больной», — выдыхает Байя.

«И ты здесь со мной. Кем это тебя делает?»

Ее живот скручивает. Руки липкие от пота и трясутся, но она держит пистолет поднятым. Нираги наклоняется ближе, его губы касаются ее виска. «Ты обещала мне сделать все, что угодно. Я говорю тебе убить всех, кого ты увидишь».

Он отходит, его винтовка направлена ​​в сторону оставшейся толпы. Жители Пляжа разбегаются. Нираги смеется, когда кто-то стучит в стеклянные двери. Он поднимает винтовку и стреляет, разбивая стекло и человека за ним.

В ее мыслях всплывает образ Татты. Надеюсь он в безопасности. На данный момент, кажется, он единственный, кто не предал ее, помимо Арису и Усаги.

«Как думаешь, Чишия наблюдает за всем где-то наверху?» — спрашивает Нираги.

Байя замирает.

«Не волнуйся, его мы тоже убьем. Тебе выпадет честь». Он хватает ее за запястье и тянет к следующему коридору.

Из бокового коридора выбегает девушка с ножом в руке. Нираги даже не останавливается. Он стреляет ей в грудь. Ее тело падает на пол.

Байя сглатывает тошноту, скручивающую ее внутренности. Взгляд снова устремляется к дверям. Безнадежно. Выхода нет.

«Не отставай», — говорит Нираги. Он тянет ее к лестнице.

За ними пол усеян телами. Кровь расписывает мрамор длинными темными полосами.

«У тебя хорошая цель.», — говорит Нираги через плечо. «Иди за мной».

Она продолжает делать, как он говорит, но стараясь застрелить как можно меньше людей. Они направляются на крышу здания, ту самую, на которой она стояла с Чишией, Куиной, Арису и Усаги несколько часов назад. Она поймала взгляд Усаги в вестибюле, которая, должно быть, сейчас ищет Арису. С ними все будет хорошо, успокаивает она себя.

Байя не знает, знала ли Куина о предательстве, которое запланировал Чишия, поэтому пока не может сделать вывод об этом.

«Стреляй отсюда, чтобы не пришлось тащить все тела к огню», — командует Нираги. Он начинает говорить в рацию что-то о том, чтобы все выбежали наружу.

Крики доносятся издалека. Она слышит, как Нираги бормочет что-то время от времени, постоянные выстрелы из его пистолета летят в воздухе. Байя тоже делает вид, что стреляет, но намеренно промахивается каждый раз.

Ее разум кружится. Она могла бы выстрелить в Нираги прямо сейчас. В голову. Он не выживет. Но есть вероятность, что он заметит и выстрелит в нее. Что он заподозрит что-то еще до того, как она успеет направить на него свое оружие.

После всего она решает. Если она выстрелит ему в голову, это не будет больно. Она не может стрелять в одну конечность за другой, прежде чем наконец закончить его страдания последним выстрелом, потому что у него тоже пистолет и он ранит ее. Нужно сделать это с заранее подготовленным планом. Когда оружие будет только у нее.

«Вот он», — внезапно говорит Нираги себе под нос, достаточно тихо, чтобы слышала только она. «Стреляй».

Байя поворачивает голову.

Чишия.

Она тут же вскакивает, заряжает пистолет и направляет его на него.

«И где ты прятался?» Нираги тоже встает.

«О, тут полно мест, где я могу спрятаться».

«Ты действуешь мне на нервы, ты знаешь это?»

Он толкает Байю в бок, как бы давая ей сигнал сделать это. «Думаешь, что ты чертовски умен.».

«Но я и есть умный», — с легкостью отвечает Чишия.

«Наш основной источник питания был переключен с самого начала этой игры. Электричество, которое мы всегда использовали от этих электрогенераторов, было переключено на электроснабжение отеля. Это означает, что тот, кто управляет игрой, пробрался на Пляж и контролирует его электроснабжение из-под земли».

«Что, черт возьми, ты несешь?»

Байя выпрямляется. Она стоит твердо, расставив ноги на ширину плеч. Сейчас или никогда. Может быть, Чишия должен быть тем, кого сначала должны подстрелить в ноги, а потом в голову. Он не очень хороший боец, она это знает. С пулей в его умном мозгу он ничто.

Нираги усмехается. «Ты намекаешь, что я ведьма?Извини, но ты ошибаешься. Мы были заняты все это время. Спасибо тебе».

«Только у исполнителей есть информация о том, как работает электросеть Пляжа. Я также знаю, что только у руководителей есть ключ к доступу в подвал. И я убью всех руководителей, чтобы добраться до ведьмы, начиная с тебя».

Но это всего лишь вопрос времени.

Мы можем остановить его навсегда, убив его.

Я рассчитываю на вас, Арису и Байя.

Его слова звучат в ее голове. Постоянные обещания убить Нираги, «помочь» ей, придумать план. Он все испортил.

Теперь он хочет испортить ей всё, убив Нираги, хотя она так ясно дала понять, что хочет сделать это сама.

«Ты думаешь, мы не сможем убить тебя прям здесь?» — угрожает Нираги.

«Ага.»

Чишия пригнулся. Бежит вперед и достает из кармана…

Карты. Взгляды Байи и Нираги следят за сокровищами. Ее дыхание прерывается.

Он знал, где они были. Все это время. Ему просто нужно было предать их троих, чтобы подтвердить свою теорию.

Она начинает быстро нажимать на курок, снова и снова, следуя за Чишией, как по следу.

Тем временем он достает что-то еще. Какой-то водяной пистолет… она почти смеется над ним, пока он не направляет его на Нираги и не стреляет.

Пламя охватило его грудь.

Тело военного откидывается назад, руки размахивают, пока огонь поглощает его. Яркий свет отражается в его диких глазах, его рот открывается в безмолвном крике, когда он теряет равновесие.

Байя наблюдает, как тело Нираги качается на краю здания. Его винтовка выскальзывает из рук, громко стукнувшись о крышу.

Руки хватаются за пустой воздух, ища, за что ухватиться. Нога царапает край крыши.Он падает.

Раздается тошнотворный стук.

В течение долгого времени ни она, ни Чишия не двигаются.

Он стоит с поднятой рукой, самодельный огнемет свободно болтается в его пальцах. Выражение его лица спокойное, как всегда, хотя глаза слегка обостряются, когда он смотрит на нее.

«Ты ублюдок», — выдыхает она.

Голова Чишия наклоняется, губы слегка изгибаются. «Пожалуйста».

Ее руки сжимают пистолет. «Я должна была это сделать».

«О?» Он делает шаг к ней, его обычный ленивый шаг теперь стал как-то резче. «У тебя был шанс. Возможность сделать точный выстрел и не раз». Долгая пауза. «Но ты струсила».

Ее палец дергается на курке. «Я бы так и сделала». Выражение лица Чишии осталось неизменным.

«Возможно. Но в конце концов тебя бы убили».

Ее сердце бешено колотится, словно она все еще стоит посреди отеля, рука Нираги лежит на ее руке, заставляя убивать.

Она делает шаг вперед, пока между ними не остается едва ли один фут. «Ты не имел права».

Взгляд Чишии метнулся вниз к пистолету в ее руке, затем снова к ее лицу. Он не дрогнул. «Ты не собиралась нажимать на курок».

«Ты ничего обо мне не знаешь», — рычит она.

Его пальцы касаются ее запястья, направляя его вверх, пока кончик пистолета не начнет упираться ему в грудь.

Ее палец лежит на курке, но рука дрожит. Просто сделай это. Но она этого не делает.

«Ты это спланировал», — обвиняет девушка.

Чишия приподнимает бровь. «Не все».

«Ты использовал меня».

«Ты позволила себя использовать», — поправляет он.

«Я хотела убить его», — тихо говорит Байя. «Он заслуживал худшего».

«Тогда тебе следовало сделать это самой». Голос Чишии мягкий, почти насмешливый. «Но ты не сделала».

Его глаза сверкают под светлыми волосами. Она прижимает пистолет еще сильнее к его груди. Курок все еще касается ее пальца, дразня ее.

«Ты думаешь, я не выстрелю?»

«Я думаю, что ты не знаешь, чего хочешь».

Дыхание Байи прерывистое, грудь поднимается и опускается в такт неровным ударам сердца. Рука дрожит еще сильнее, не от страха перед ним, а от осознания того, что, несмотря ни на что, она не убьет его.

«Ты знал, чего я хочу и ты украл это у меня. Ты знал, что Нираги сделал со мной», — шипит она, гнев снова вскипает в ней. «Ты использовал меня. Так же, как и он».

«В отличие от него, я не заставлял тебя ничего делать. Ты сама это выбрала».

«Я выбрала?» — она смеётся, смех горький и болезненный. «Все, что он сделал — это твоя вина! Все!»

«Ты могла убить Нираги. Могла нажать на курок, когда у тебя был шанс, но ты этого не сделала. Ты не такая безжалостная, как думаешь».

Эти слова так сильно ранят, что у нее вырывается : «Ты ненавидишь себя, но все равно остаешься эгоистом. Это жалко. Таскать зеркало как свою ношу? Смешно. Несмотря на то, что ты поймал меня на краже этих органов, ты так ничего и не сделал. Это потому, что ты такой слабый или потому, что тебе наплевать даже на своих пациентов? Ты просто напуганный трус, не так ли?»

Улыбка кривится на его губах. «Правда? Тогда объясни, почему ты все еще стоишь здесь, слушая, как я говорю. Я не заставлял тебя быть здесь. Ты можешь уйти в любое время. Я не держу тебя, как Нираги», — говорит он. «Ты слишком стараешься в жизни. Бескорыстие никуда не приведет тебя в этом мире».

«Ты завидуешь», — шепчет она. Вот оно, наконец. Странная смена эмоций на лице. Вспышка чего-то еще в его глазах, достаточно, чтобы заставить ее понять, что ее случайный выбор слов — верный. Он завидует.

«Миру плевать на вашу мораль, поверь мне».

«Ты думаешь, что я слаба, раз мне не все равно, но ты… ты боишься. Боишься что-либо почувствовать, потому что думаешь, что это сделает тебя уязвимым, но ты уже уязвим. Ты заперт в своей голове, притворяясь, что все это не имеет значения. Притворяясь, что ты можешь сбежать от всего таким образом».

«Называй это как хочешь», — его рука соскальзывает с ее запястья и он кладет ее в карман, когда поворачивается, чтобы уйти.

«Тебе правда было наплевать? — говорит она ему вслед. — На то, чтобы предать нас?»

Он останавливается. Его голова слегка поворачивается, но недостаточно, чтобы видеть лицо. Он продолжает идти.

Внезапный прилив раздражения накрывает ее. Она резко бросается вперед, прижимая пистолет к его спине. «Ответь мне».

На мгновение все замирает. Его плечи поднимаются и опускаются в такт дыханию.

«Отвечай мне!» — требует Байя, ее голос дрожит. Она хочет, нет, ей нужно знать. «Ты использовал нас. Ты знал, что мы делаем, знал чем рискуем и ты бросил нас, как будто мы ничто!»

Чишия молчит еще немного. «Ты не поняла», — говорит он. «Мне просто нужно было, чтобы ты сыграла свою роль и ты это сделала».

«Сыграла свою роль? Так значит, я всего лишь пешка? Даже после того, как мы вместе прошли ту червовую игру? Даже после… всего?»

«А разве не в этом дело? Все — пешки. Ты просто интереснее остальных».

Она снова хочет застрелить его, прямо здесь и прямо сейчас.

«Зачем ты на самом деле убил Нираги?» Ее голос становится глухим шепотом.

Теперь он смотрит ей прямо в лицо. «Это очевидно ».

«Ты знал, что он не ведьма. Он был со мной из-за тебя. Ты… ты все-таки пытался меня спасти?»

«Он мешал мне,» все, что говорит Чишия.

Байя стоит на месте, пытаясь понять все это. Она не знает, что должна чувствовать.

«Я тебя ненавижу», — говорит она. «Ты все испортил. Ты сказал, что позволишь мне убить его…»

«Ты справишься», — отвечает Чишия, не утруждая себя взглядом. Затем окончательно исчезает.

Байя осталась одна. Город раскинулся под ней, тихий и пустой. Одинокая слеза скатилась по ее щеке, она упала на ту же руку, что держит пистолет.

Вскрикнув, она стреляет в то место, где стоял Чишия всего несколько секунд назад. Снова и снова. Каждый выстрел — это еще одна слеза, текущая по щекам.

Ее разум — вихрь, кружащийся между осознанием того, что она сделала, того, что она собирается сделать и того, что она никогда не сможет исправить. Пустота растет в груди, боль от предательства ранит глубже, чем любая пуля.

Сколько бы раз она ни стреляла, как бы сильно она ни нажимала на курок, это ничего не меняет. Теперь Нираги — призрак, который будет преследовать ее вечно, призрак, который видел те ее части, которые никто никогда не видел, призрак, которого она даже не смогла убить.

Слезы текут сильнее. Она чувствует себя глупо. Она чувствует себя слабой. Она чувствует, что потеряла все, хотя у нее никогда ничего не было.

Ее зрение затуманивается, а дыхание перехватывает, когда тишина крыши охватывает ее. Она прекращает стрелять, ее руки безвольно падают по бокам. Пистолет выскальзывает из пальцев и падает на землю под ней. Она делает шаг назад. Тело опускается на холодную, твердую крышу.

Она вытирает лицо тыльной стороной ладони, пытаясь стереть слёзы, но это бесполезно. Ущерб нанесен. Слова Чишии, действия Нираги, всё.

Мысли снова закручиваются. Она должна была сделать больше. Она должна была убить Нираги сама, как и обещала. Но она этого не сделала. Она струсила, как и сказал Чишия. И вот она здесь, потерянная в море сожалений, у которой не осталось ничего, кроме последствий ее выбора и навсегда изменившегося сердца.