Глава 13 — Что осталось.
Легкие Байи горят от дыма, каждый вдох разрывает ее горло, словно битое стекло. Резкий запах дерева и мертвой плоти грозит опустошить все, что осталось в ее теле.
Отель рушится вокруг нее. Пламя пожирает элегантные обои и антикварную мебель, превращая некогда прекрасный вестибюль в нечто неузноваемое. Стекло падает с разбитых люстр. Пол под ее ногами содрогается от каждого далекого взрыва.
Кто-то поджег отель и она поняла это слишком поздно. В панике девушка спустилась с крыши, оказалась прямо посреди здания и побежала в главный корпус, но никого не нашла — кроме мертвых тел. Теперь она заблудилась, пытаясь найти выход.
Над ней со стоном раскалывается огромная балка, падая вниз, рассыпая искры.
Она едва не подскальзывается, когда бросается в сторону.
Ее рука выбрасывается вперед, хватаясь за край разбитой колонны, чтобы удержаться на ногах. Острый конец врезается в ее ладонь, но она не замечает этого. Она едва может видеть сквозь дым и едва различает тусклый красный свет аварийных огней.
Что-то вдалеке похоже на выход. Это всего в нескольких сотнях футов от нее. Она может дойти.
Впереди движется фигура.
Байя замирает.
Ее рука инстинктивно падает на пистолет на боку. Шаги эхом разносятся по коридору. Фигура шатается на свету.
Ужас поглощает ее целиком.
«Нираги», — выдыхает она.
Он подходит ближе, протаскивая свое тело сквозь дым. Его торс голый, полный крови, которая наполовину высохла, наполовину течет. Остатки его рубашки прилипли к лицу, закрывая половину ожогов.
«Ты все еще здесь», — замечает он.
«И ты… жив», — выдыхает она.
Рот Нираги растягивается в подобии улыбки. Кровь сочится между его зубов. Он держит винтовку.
Байя отступает назад, жар поглощает их. Пламя ползет по краям потолка. Еще одна опорная балка трескается и рушится позади Нираги.
Выстрел.
Спустя долгое время она набирается смелости нажать на курок.
«Ты хорошо стреляешь», — говорит Нираги.
Пуля пронзает его бок, но это все. Это не будет для него смертельно, особенно после того, как выяснилось, что он смог выжить, получив ожоги и упав с крыши.
Руки Нираги сжимают бок. Его лицо искажается от боли, но темная улыбка не исчезает. Кровь сочится сквозь пальцы, скапливаясь между костяшками.
«Ты наконец-то это сделала. Тебе потребовалось достаточно много времени».
Руки Байи трясутся вокруг пистолета. Глаза слезятся из-за дыма, вызывая слезы, которые она отказывается проливать.
«Я должна закончить это».
«Ты не сможешь».
Палец Байи крепче сжимает курок.
Ее грудь вздымается, а взгляд устремляется на кровь, стекающую по его боку.
«Мне плевать на тебя», — выплевывает она.
Улыбка Нираги становится шире. «Обманщица. Ты меня не убьешь. Я думаю, мы на самом деле… похожи. Кайто и его друзья связывают нас…»
«Мы совсем не похожи», — стреляет Байя, снова попав в бок.
«Разве нет?» Нираги стонет от боли. «Ты нажала на курок, не подумав. Как я тебя и учил». Он запрокидывает голову назад со смехом, который эхом разносится по нескольким коридорам. «Ты не убьешь меня», — повторяет он. «Ты чувствуешь себя слишком виноватой за то, что не помогла мне раньше. Ты думаешь, что, может быть… Я стал таким человеком из-за этого. Может быть, если бы ты помогла, этого бы не случилось».
Она глотает воздух, но в трахею попадает только дым, что вызывает кашель.
Он почти прав.
Она чувствует себя виноватой из-за того, что не помогла ему тогда.
Но это не ее вина, что он превратился в этого больного человека.
«Нет. Ты использовал меня. Ты обращался со мной как с вещью. Мы совершенно не похожи и я не пощажу тебя».
В течение секунды они просто стоят там — пистолет Байи направлен в грудь Нираги, его кровь растекается между ними.
Выстрел. Снова.
Пуля вонзается в пол в дюйме от ног Нираги.
«Я же говорил, что ты этого не сделаешь».
«Заткнись.»
«Ты не слабая. Ты никогда не была слабой. Вот почему ты все еще жива». Его взгляд режет «Так почему ты не можешь нажать на курок?»
«Потому что…» — ее голос срывается. «Потому что я не хочу быть такой, как ты».
Глупая, глупая, глупая! Такие, как он, заслуживают смерти. Убей его. Но это то же самое, что и с Чишией. Она все время представляла, как убьет их, а когда у нее появляется шанс, она им не пользуется.
Рядом рушится еще одна балка.
«Ты здесь умрешь, если не уйдешь», — говорит Нираги.
«А ты что?» — резко спрашивает она.
Улыбка Нираги меркнет. Он открывает рот, но прежде чем он успевает что-либо сказать, пол прогибается. Байя спотыкается.
Рука Нираги резко вытягивается вперед и хватает ее за запястье.
«Уходи!» — голос Нираги становится резче. «Сейчас!»
Байя смотрит на него, ее пульс гремит в ушах. Пол под ними яростно содрогается.
«Ты заботишься обо мне что-ли?» — шепчет она.
«Забота», — цитирует он. «Не путай выживание с заботой».
«Это ты держишься за меня».
«А ты та, кто не уходит. Знаешь, я думаю, что… ты слишком заботишься обо мне».
«Что?! — вырывается она. — После всего, что ты со мной сделал?»
«Я думаю, тебе понравилось, как легко это было. И по крайней мере, ты была в безопасности рядом со мной. А ещё, ты думаешь, что можешь меня исправить». Он снова жалко смеется.
«Тебя невозможно исправить», — холодно говорит она, затем ее глаза резко поднимаются вверх, и в этот момент трескается массивная балка.
Дерьмо.
Ее тело мечется вперед прежде, чем разум успевает это понять : ее рука взлетает, хватая руку Нираги как раз в тот момент, когда балка падает вниз. Она врезается в пол.
«Вставай!» — рычит она.
Нираги отшатывается. Кровь размазывается по его боку, где пальцы Байи впиваются в его кожу. Он поднимает голову к ней.
«Ты пытаешься меня спасти? Это мило».
Она всаживает ему в бок пистолет и вонзает его в рану так сильно, что у него подгибаются колени. «Нет. Я просто не хочу рисковать тем, что ты выйдешь отсюда живым. В ту секунду, как мы выйдем, я убью тебя сама».
Его лицо бледнеет от боли. «Ты можешь убить меня сейчас».
«Я похороню тебя, — продолжает она, — чтобы ты никогда не смог сбежать».
Еще одна балка падает позади них. Воздух обжигает горло. Тело Нираги напрягается под ее хваткой. «Ты серьезно?» — хрипло говорит он.
«Ты ведь идёшь, да?»
Рука Нираги крепко сжимает ее запястье, сжимая до синяков. «Ты сумасшедшая».
«Как и ты».
«Не настолько. Просто пристрели меня уже…»
«Закрой рот и двигайся!»
Нираги шаркает вперед. Он не слаб — он все еще способен идти — но потеря крови делает его вялым. Его рука сжимает запястье девушки, пока они идут сквозь дым.
Резкий треск разносится по зданию. Пол под ними дрожит и ноги Байи подшатываются.
Рука Нираги обвивает ее и тянет назад как раз в тот момент, когда рушится огромный кусок потолка.
«Пожалуйста.»
Байя отталкивает его. «Не трогай меня».
Дым заполняет зал, делая невозможным обзор. Жар обжигает легкие.
«Где, черт возьми, выход?»
«Там», — выдавливает Байя. В конце коридора маячит металлическая дверь.
Они бросаются бежать. Байя поддается вперед, ныряя под обломки. Нираги следует за ней.
Позади раздается взрыв. Жар ударяет в спину. Байя падает на пол, в голове звенит. Тяжёлый вес обрушивается на неё сверху.
В ушах гудит. Перед глазами все кружится. В горле привкус дыма и крови.
«Вставай», — рычит Нираги.
«Я сказала, не трогай меня» Байя отталкивает его и, пошатываясь, идет к двери.
Ее рука врезается в ручку. Дверь распахивается. Холодный воздух врывается внутрь.
Байя спотыкается и выходит наружу, рука Нираги все еще сжимает ее запястье. Она разворачивается, вырываясь из его хватки.
«Чишия, — внезапно говорит Нираги передразнивая, — ты убил его?»
Вместо того чтобы ответить, она, спотыкаясь, отходит от отеля и не останавливается, пока не убедится, что они в безопасности, даже если здание взорвется.
«Похоже, что…нет», — он отвечает на свой же вопрос. «Вау».
«Заткнись!» — снова кричит она, вырывая винтовку из его рук.
Выстрел.
Пуля задевает плечо Нираги, отбрасывая его назад с резким стонами боли.
Выстрел.
Еще одна пуля попала ему в ногу.
Выстрел.
Пуля вонзилась в землю в нескольких дюймах от его сердца.
Нираги позволяет себе лечь на спину, глядя на небо, пока Байя стреляет вокруг него. «Сохранишь мои органы, чтобы продать их на черном рынке?»
«Твои несчастные органы никому не сдались».
Пуля пронзила его запястье. Следующая попала в плечо.
«Б-байя?!» — отдалённый, неуверенный крик.
Она прекращает стрелять, но продолжает крепко держать оружие, когда оборачивается. Как только она узнает силуэт, словно видит свет в темноте. «Татта!»
Он почти обнимает ее. Они крепко сжимают друг друга. «Я увидел, что ты стоишь рядом с ним», — говорит Татта, учащенно дыша, — «и я собиралась подбежать к тебе, но тут он начал стрелять! Мне пришлось спрятаться!»
«Я рада, что ты это сделал». Она уткнулась головой ему в плечо. Сжав губы, она сдерживает рыдание, но слезы все равно текут. Они смачивают рубашку Татты и снова пачкают ее щеки. «Ты в порядке?»
«Да», — шепчет он. «Я был с Арису и Усаги. Они оба выжили, Байя! Большинство руководителей тоже. Я не видел никого из военных, кроме Нираги, так как он, по-видимому, с тобой…ой».
Она медленно отстраняется. «Что?»
Взгляд Татты по-прежнему прикован к Нираги.
Точнее к пустому месту, где он лежал три секунды назад.