Глава 1721: Шаги Истории

Глава 1721: Шаги Истории

Эффи, словно исполинская статуя, изваянная из полированной стали, вознеслась над истерзанными пустошами. Ее колоссальная фигура, сотканная из безупречных линий атлетизма, мерцала под беспощадными лучами солнца – божество войны, восставшее навстречу мерзостям, рожденным кошмаром. Белое полотно Звездного Осколка, как символ надежды, трепетало на ветру, словно паруса на грозном корабле.

Расширение двух Воспоминаний до таких гигантских размеров потребовало от Эффи колоссального напряжения эссенции, но результат стоил каждой потраченной капли. К сожалению, этого нельзя было сказать об остальном ее арсенале. Лишь немногие из ее Воспоминаний могли угнаться за масштабом ее Трансформации, и даже те, которые могли, были слишком слабы, чтобы оправдать затраты драгоценной энергии. А ведь у Эффи были и другие, более важные способы использовать свою эссенцию.

С завершением Трансформации она высвободила свою Вознесенную Способность. Мгновенно, каждый солдат на дне пересохшего русла реки – по крайней мере, те, кто мог ее видеть – почувствовал, как их сердца забились в диком ритме. Их тела и дух воспрянули, а их сила, скорость, ловкость, выносливость и стойкость взмыли до невиданных высот.

В этом и заключалась ирония трансформации Эффи: невозможно было не заметить стометрового колосса, особенно такого величественного, как она. Ее Вознесенная и Трансцендентная Способности сплетались в идеальном танце, и каждый, кто находился на поле битвы, мог видеть ее в любой момент, даже в разгаре жесточайшей схватки. Лишь бы она оставалась в авангарде.

Громогласный рев, подобный подземному толчку, взметнулся со дна реки, и тысячи воинов – простых смертных и Пробужденных – закричали в экстазе:

– Воспитанная Волками!

– Святая Афина!

– Зверь Войны здесь!

В их голосах звучали твердость и мрачная решимость, как отголоски древних битв.

Когда они смотрели на нее, Эффи чувствовала, как ее эссенция медленно, но верно возвращается к ней, словно волны, облизывающие берег.

«Ну, хоть у кого-то хорошее настроение», – подумала она, усмехнувшись про себя.

Она перевела взгляд с ликующих солдат на горящий город. С высоты своего роста Эффи могла видеть зловещие трещины Врат Кошмара, окружающие его, словно семь ужасных башен, устремленных к небу. Одна из Врат, самая высокая, пронзала небесный покров, возвышаясь даже над ней самой.

В колышущемся море Кошмарных Существ двигались несколько гигантских фигур. Великий Дьявол был не единственным порождением, выпущенным семью Вратами; были и другие Хранители Врат. Двое из них оказались даже Титанами.

«Великий Дьявол, Испорченный Тиран, два Падших Титана и рой Ужасов…»

Битва, начавшаяся в этот день, обещала войти в летописи истории. Она не была такой масштабной, как Цепь Кошмаров, но определенно была худшим кризисом, с которым столкнулся мир бодрствования со времен Антарктической Кампании.

Что же скажут об этом в учебниках истории?

Напишут ли о том, как силы человечества доблестно одержали победу над ужасающим врагом?

Или о том, как человечество оплакивало потерю многих из своих самых ярких воинов?

Даже сейчас, на пороге битвы, Эффи не знала ответа.

«…К черту все это».