Глава 2969: Расколотая Вечность

Глава 2969: Расколотая Вечность

Холодные воды озера Устья объяли Санни, когда он погрузился в его глубины, крепко вцепившись в шею Птицы-Воровки.

Мгновение спустя вода перестала быть холодной.

Мерзкий Ужас был окутан испепеляющей мантией ослепительно белого пламени, которое пожирало его перья и опаляло непробиваемую шкуру. В тот момент, когда пламя соприкоснулось с холодными глубинами времени, невообразимое количество воды мгновенно испарилось, заставив титанический столб кипящей пены взорваться и взметнуться в небо где-то далеко вверху. Однако здесь, в глубине…

Санни ослепила вспышка.

Санни оглушил неописуемый рёв бесчисленных тонн воды, с силой вытесненных из своего ложа.

Даже его теневое чутьё на время стало бесполезным, так как в безупречной бездне чистого белого света не существовало теней. Он едва выдержал сокрушительный жар и давление подводного взрыва…

Однако само озеро Устья — нет. То, что их окружало, было не просто водой. Это было материальное воплощение времени — сердце реки, которую Демон Ужаса создал из крови Нечестивого Титана.

Оно выдержало вечность безвременья, смерть Великой Реки и бремя становления гнездом Проклятого Ужаса. Однако, когда Птица-Воровка рухнула с неба и врезалась в холодные глубины времени, запертая в яростной битве с двумя Верховными Титанами… время наконец достигло своего предела.

Время раскололось, и пространство раскололось тоже.

Санни, Нефис и Птица-Воровка затерялись среди осколков, в тёмном пространстве между «сейчас» и «прежде», между «здесь» и «где-то далеко».

Это пространство было чем-то, что человеческий разум не мог постичь, не говоря уже о том, чтобы описать. Оно было чуждым и жутким, существуя за пределами всех предвзятых представлений о том, какой должна быть реальность, — универсальные законы бытия здесь были странно искажены, и всё, что Санни знал, больше не имело смысла. Однако…

Это не означало, что битва окончена. На самом деле, это означало обратное. Птица-Воровка, казалось, была менее сбита с толку причудливой реальностью фрагментированного времени, поэтому Санни и Нефис должны были не отставать — они должны были адаптироваться и продолжать сражаться, если хотели выжить. К счастью, адаптация к сверхъестественным странностям была необходимым навыком, которым должны были овладеть все люди, живущие в Эпоху Заклинания Кошмара. И Санни, и Нефис превосходили всех остальных в приспособляемости.

Так что, даже если Санни не мог толком описать, что он делал, он продолжал сражаться. Пока мерзкий Ужас падал сквозь тёмные просторы расколотого времени, Санни убрал свою человеческую форму и проявился как огромная, бесформенная тень. Его туманное тело покрыло гигантский каркас проклятого божества, как развевающийся саван, и в его тёмных просторах открылись мириады пастей, вонзая острые клыки в плоть Птицы-Воровки.

В то же время Нефис также отказалась от удушающих ограничений человеческого тела, высвободив свою истинную форму — безграничную массу живого пламени, чьи чистые белые просторы источали жар настолько интенсивный, что сама ткань мира начала плавиться вокруг него.