Глава 3177: Расставание

Время шло.

Мир менялся, но тень оставался прежним.

Спрятавшись в глубине тёмной пещеры, он отдыхал и ощущал происходящие изменения через свои чувства. Деревья, которые он помнил молодыми саженцами, стали огромными гигантами, а затем увяли и умерли; рождались новые звери, а другие слабели и были съедены.

Люди менялись сильнее всех.

Там, в бескрайнем и ужасающем просторе мира, бесчисленные люди отчаянно боролись, пытаясь дать отпор ужасающим Существам Порчи в каждом из множества царств. Их племена уничтожались одно за другим, но на их место приходили новые, в надежде обрести в этих гибельных землях свой дом. У человечества не было преимущества в этой кровавой войне — на самом деле, оно было безнадёжно слабее.

Но люди продолжали бороться. Они прятались, учились, терпели… но в первую очередь — менялись.

В конце концов, люди были чрезвычайно приспособляемым видом. Именно это делало их столь смертоносными.

В землях, где царили снег и лютый холод, люди научились согреваться. В царствах, покрытых водой, они научились строить плоты и каноэ. Их кремнёвое оружие сменилось медными клинками; собиратели стали земледельцами, а охотники — укротителями зверей.

Ремёсла, земледелие, скотоводство… они учились всему этому, отчаянно пытаясь выжить в мире, в котором им не было места. Во враждебных, неизвестных и непостижимых землях люди были окружены тьмой со всех сторон. Им нужно было выстоять и оттеснять тьму, чтобы она не поглотила их.

Но тьма всегда возвращалась, чтобы отомстить.

Людям племени Таталь жилось легче большинства из-за присутствия тени. Хотя им всё ещё приходилось сражаться с Существами Порчи, ни одна достаточно могущественная мерзость, способная уничтожить племя, не появлялась в их землях. К тому же их защищал Формирователь значительной силы — великая шаманка Таталь, убившая Василиска и ставшая Трансцендентной.

Из-за этого влияние Племени Тени росло, и вскоре соседние племена стали полагаться на него. Даже люди из дальних земель, лежащих за пределами чувств тени, иногда приходили, чтобы выразить Таталь почтение и попросить её совета или помощи.

Она щедро давала и то, и другое.

Долгое время жизнь была хороша. Таталь наслаждалась золотыми годами своей жизни в окружении людей, которые восхищались и любили её. Её племя процветало, а её семья росла.

Её дети вступали в брак один за другим. Мальчики уходили жить в другие племена, а девочки приводили мужей домой. Вскоре Таталь стала бабушкой — и не успела она и глазом моргнуть, как не меньше дюжины её внуков уже бегали по разным племенам.

Несмотря на то что она была такой плодовитой бабушкой, Таталь всё ещё выглядела довольно молодо — в конце концов, она была Трансцендентной. Незнакомый человек мог бы подумать, что она и её дочери — сёстры, а её муж — их отец.

Молодой Волк, теперь известный как Каменная Рука, уже не был таким уж молодым. Его могучая фигура всё ещё была прямой и внушительной, но его волосы и борода давно поседели. Потеряв руку из-за каменного проклятия Василиска, он сложил с себя полномочия вождя и стал наставником для молодёжи племени. Многие взрослые члены племени когда-то были его учениками, так что мало кто из старейшин пользовался большим уважением, чем он.

Несмотря на то что теперь они выглядели так по-разному, Таталь и её муж всё ещё жили в полной гармонии. Просто многие вещи постепенно становились для него трудными. Время от времени ей приходилось помогать своему стареющему мужу в повседневных делах — или же их внуки помогали ему вместо неё.

Их дом всегда был полон детского смеха.

Когда Таталь навещала тень, на её лице всегда сияла улыбка.

— Я так счастлива, Тень. Думаю, я не могла бы быть счастливее. Жизнь так сурова, но в то же время она так невероятно прекрасна…

Тень тоже был доволен. Он наслаждался этим размеренным, мирным существованием. Но время продолжало идти, и всё продолжало меняться.

Ничто никогда не оставалось прежним.

Вскоре муж Таталь скончался от старости, окружённый детьми и внуками. Всё племя оплакивало его смерть, и он был похоронен с самыми высочайшими почестями, какие они только могли ему воздать. И как жена, и как шаманка, Таталь провела все необходимые ритуалы, чтобы проводить его тень в Царство Смерти.

Стоя над могилой в богатом одеянии шаманки, Таталь выглядела молодой девушкой, хоронившей своего пожилого мужа. Её великолепие было поразительным, а на голове её не было ни единого седого волоска… она выглядела даже моложе своих дочерей, словно время не имело над ней власти.

Тень подумал, что она довольно хорошо справилась с потерей мужа. Она по-прежнему тепло улыбалась каждый раз, когда приходила, полная радости и жажды жизни…

Но он заметил и то, что её улыбка с того дня никогда не была прежней.

В её лучезарном великолепии всегда пряталась крошечная нотка меланхолии, словно она не могла не чувствовать лёгкую грусть даже в свои самые счастливые моменты.

Со временем деревня Таталь выросла в небольшой городок. Деревянные и глиняные хижины сменились домами из камня. У ручья неподалёку стояла водяная мельница, а вокруг высился частокол с бдительными стражами. У внуков Таталь теперь были собственные дети. Многие из них вступили в брак с людьми из дальних племён, так что её род распространился широко, дав жизнь выдающимся личностям во многих местах. Некоторые даже добрались до далёких царств, неся с собой её наследие.

Но Трансцендентные жили долго. Похоронив мужа, Таталь со временем похоронила и своих детей. Ей удалось сохранить самообладание, когда ушёл старый Волк… но даже её стойкое сердце обливалось кровью, когда она узнала, что где-то там, далеко, её первенец отправился в Царство Теней. Когда она одну за другой опускала в землю своих дочерей, гладя их тонкие седые волосы.

Однажды она снова плакала в объятиях тени, и её горькие рыдания эхом отражались от стен тёмной пещеры. В следующий раз она встретила его с дрожащей улыбкой…

В тот день тень заметил, что в её собственных волосах теперь тоже появились седые пряди.

Он утешал её, как мог. Он мало знал о человеческих чувствах, но, казалось, что его общество — само его существование — приносило Таталь большое утешение.

Только вот тени было не по себе. Он не находил себе места, в постоянной тревоге не в силах обрести покой.

А время продолжало свой беспощадный ход. Прошло много лет, и в мгновение ока, как показалось тени, Таталь состарилась. Её огненные волосы поседели, а морщины на лице стали глубже.

Однажды, придя навестить его, Таталь села, держась за колени, и вздохнула.

— Ха… подниматься на эту гору уже не так легко, как раньше, Тень.

Затем она улыбнулась ему — той же бесстыдной, озорной улыбкой, которую когда-то продемонстрировала ему маленькая девочка, пробравшаяся в его пещеру. В этот момент следы старости на её лице как будто исчезли, и она снова стала похожа на ту маленькую, несносную девочку.

Несмотря на свой возраст, Таталь всё ещё была Трансцендентной. Так что никакая гора не могла её утомить.

Тень улыбнулся во тьме.

— Мне сделать гору пониже? Я могу раздробить её на куски, если хочешь.

Таталь рассмеялась.

— Нет, нет… пожалуйста, не надо. Я люблю эту гору. Так много всего изменилось, но гора всё та же. Мы старые подруги, она и я.

Таталь помолчала несколько мгновений, затем улыбнулась.