Том 14. Глава 5. Отчаяние.
Горы Шиван, пещера Чжен Мо.
После возвращения Зверя к жизни пейзаж вокруг пещеры Чжен Мо сильно изменился. И хотя небо над ней было все таким же темным, черный туман внутри пещеры куда-то пропал, как и зловещий холодный ветер.
И кроме огромной голой скалы над пещерой осталась еще лишь одна статуя прекрасной девушки, которая по-прежнему стояла перед входом в пещеру.
А перед ней, одетый в цветное шелковое покрывало, стоял прекрасный юноша, и красота его была немного демонической.
Белоснежная кожа, белее, чем у красавиц Поднебесной, изогнутые брови и яркие глаза, изящные губы… если присмотреться внимательнее, он даже был слегка похож на каменную девушку перед ним.
Но выражения их лиц были ни капли не похожи!
Этот молодой парень был Зверем, только что возродившимся из пещеры Чжен Мо. Никто и предположить не мог, что он окажется таким юным и красивым.
С тех пор, как он вышел из своей древней тюрьмы, он почему-то ничего не делал. Он не стал убивать все живое вокруг, не стал праздновать свое возрождение, он только молча стоял перед каменной статуей и смотрел на нее, не говоря ни слова.
Рядом с ним мелькнула черная тень, это был Хэй Му, который подошел ближе к Зверю.
«Господин…»
Зверь в ответ не шелохнулся, даже не повернул головы, но ответил: «Что такое?»
Хэй Му, глядя на его силуэт, произнес: «Тринадцать Королей Оборотней уже созвали все волшебные народы гор Шиван, они все ждут вашего приказа».
Только теперь Зверь слегка шевельнулся и повернул голову к Хэй Му. «Сколько всего их осталось, этих народов?»
Хэй Му ответил: «Сейчас их осталось только тридцать семь. За эти сотни лет среди них не было единого владыки, и междоусобные войны погубили множество народов».
Молодой Зверь холодно усмехнулся, но на его лице не было ни следа разочарования. Напротив — кажется, он был очень доволен. Его глаза сверкнули, и он посмотрел на Хэй Му.
Тот ощутил, как его лицо словно начинает гореть огнем.
Голос Зверя был холоднее льда. «На самом деле… осталось тридцать восемь народов, ведь так? Еще остались Черные колдуны, последние во всей Поднебесной!»
Хэй Му опустил голову, ни слова не сказав.
Зверь медленно отвернулся, и его взгляд снова переместился к каменной девушке. Он вдруг сказал: «Хэй Му».
Черный призрак вздрогнул. Это имя для него было острым ножом, который каждый раз все больнее врезался в сердце.
Но в голосе Зверя теперь вместо холода появилась легкая ностальгия, словно он вспоминал о чем-то давно ушедшем в прошлое. «Скажи, за все эти годы… ты ни о чем не жалел перед лицом Тинк Линг?»
Черный призрак помолчал, и затем тихо произнес: «Жалел».
Зверь не повернулся к нему, но его глаза сверкнули, и он сказал: «Кроме твоего старшего брата, который тоже стал призраком, только ты один знал о нашей с Тинк Линг тайне. Вы отправились через смертельные тропы ввосьмером, и все для того, чтобы убить меня… я помню все это, словно тот день был вчера…»
Хэй Му, скрытый черным одеянием, начал слегка дрожать. Прошлое, казалось, закружилось у него перед глазами.
Но Зверь как будто вовсе не заметил его реакции. Он говорил все эти слова не для Хэй Му, а для каменной статуи девушки. И в его взгляде отражалось только ее прекрасное лицо.
«Ты…» его голос дрогнул от глубокой печали, сожаления и волнения. «Почему ты так поступила со мной?»
Статуя была безмолвна и неподвижна.
«Неужели для тебя весь этот мир, все эти простые смертные… были настолько важны?» Его голос вдруг стал громче и яростнее.
«Они были важнее для тебя, и поэтому ты решила избавиться от меня, так?» На его лице отразился гнев, затем он холодно усмехнулся. «Но разве ты не знала… что мне плевать на них!»
«Что для меня значит судьба, что для меня значат все эти люди и их никчемные жизни?» Его лицо становилось все серьезнее. Но еще более странным было то, что даже в гневе его взгляд был прекрасным, как у бессмертного божества.
«Если ты хотела моей смерти… могла бы просто сказать мне об этом!» Он почти сорвался на крик перед этой каменной девушкой, но в конце концов… его голос все же снова стал тихим.
«Но почему… почему все эти люди… были для тебя важнее собственной жизни?»
Он медленно протянул руку и осторожно коснулся камня. В его памяти тут же вспыхнуло знакомое лицо, когда-то молодое и нежное.
Но его рука ощутила только холод, исходящий от камня.
Не обратив на это внимания, он раскрыл руки и обнял статую девушки. На его лице отразилась нежность, Хэй Му рядом с ним молча наблюдал за этой странной картиной.