Том 11. Глава 10
Существует два способа начать новую дуэль, находясь при этом в дуэли.
Первый состоит в переключении режима в «королевскую битву», в которой принять участие в дуэли приглашают некоторых зрителей. Но смена режима требовала согласия всех присутствующих зрителей, и потому происходила редко.
Второй метод состоял в том, что после окончания дуэли, но до того, как покинуть поле, победитель мог вызвать на дуэль одного из зрителей. Это позволяет сэкономить время, необходимое на прерывание ускорения и последующий перезапуск. На первый взгляд, это очень удобная возможность, но и ей практически не пользовались. Во-первых, атакующий бёрст линкер всё так же тратил одно очко в момент начала дуэли… кроме того, несколько битв подряд могли сильно истощить сознание.
Битвы в Ускоренном Мире изнуряли гораздо сильнее по сравнению с поединками в обычных виртуальных файтингах. И дело здесь не в ускоренном в тысячу раз сознании, а в том, что уровни проработаны так тщательно, что предоставляют невероятную свободу действий, а кроме того, дуэльные аватары отличаются друг от друга так сильно, что разработка тактики играет колоссальную роль. Ещё до начала схватки бойцы стараются выведать как можно больше друг о друге и поддерживают предельную концентрацию в течение всей битвы. Даже спустя восемь месяцев после того, как он стал бёрст линкером, одного получасового боя хватало, чтобы вымотать Харуюки настолько, что по возвращению в реальный мир ему хотелось немедленно куда-нибудь присесть. Даже великие и ужасные Хром Дизастеры в конце концов погибали именно от изнурения, вызванного постоянными боями.
Именно поэтому бёрст линкеры после окончания дуэли обычно сразу же отключали нейролинкер от глобальной сети и несколько минут отдыхали. Пусть Вольфрам Цербер и бёрст линкер первого уровня, но то был далеко не первый его бой, и он должен об этом знать.
И, тем не менее, он вызвал Харуюки на бой, не показывая при этом ни грамма страха. Когда он ждал ответа, его аватар практически светился, но не оттого, что он мечтал выиграть, а оттого, что хотел сразиться с Сильвер Кроу.
«Мог ли я в такой ситуации отказать ему? Нет, не мог», — мысленно прошептал Харуюки и посмотрел в верхний левый угол поля зрения, где под шкалой здоровья было написано имя Сильвер Кроу. В верхнем правом углу — Вольфрам Цербер. Посередине — таймер, на котором ещё оставалось более 1700 секунд.
Итак, Харуюки принял вызов удивительного нового аватара в сверхтвёрдой вольфрамовой броне, которого офицер Леонидов Манган Блейд назвала «гением».
Конечно, он с самого начала пришёл в зону Накано 2, чтобы драться, и шёл с подключённым к сети нейролинкером именно потому, что был готов в любую секунду принять бой с любым противником. Но это нереальный по силе аватар первого уровня, с лёгкостью размазавший аватара пятого. С такими противниками лучше драться только после двух-трёх… нет, лучше пяти-шести боёв, где его можно рассмотреть в роли зрителя…
— Да поздно уже трусить! — тихо отругал он себя и вгляделся в направляющий курсор.
Судя по тону Цербера, он так хотел этой битвы, что даже странно, почему он вообще не напал на Сильвер Кроу сразу, как только увидел его в списке противников. Харуюки должен быть благодарен ему за то, что он дал ему хоть немного посмотреть на себя в действии перед началом битвы. Он должен был сражаться с ним изо всех сил, забыв о разнице в уровнях. Это единственное, чем он может отплатить Церберу за такой честный вызов.
Первые сто секунд битвы ушли у Харуюки на то, чтобы унять дрожь в коленях. Когда у него получилось, он осмотрелся по сторонам.
Если несколько минут назад здания вокруг него казались живыми, то теперь они стали громадинами из арматуры и плоских стальных листов. После начала битвы Кроу против Цербера уровень сменился с «Чистилища» на «Сталь». Особенности уровня включали крайнюю твёрдость объектов, высокую эффективность электрических и магнитных способностей, а также громкость шагов. Сильвер Кроу очень уязвим для электричества, и на этом уровне ему приходилось внимательно следить за тем, чтобы противник не направлял электрические атаки в землю. К счастью, в этот раз электрических атак опасаться не стоило… наверное.
Куда более важный фактор — громкость шагов. Металлические аватары сами по себе ходят достаточно громко, а значит, ни Харуюки, ни его противник не смогут быстро бегать на «Стали», не выдавая своего расположения. С учётом сложности ландшафта, громкость шагов может решить в этой битве многое. На крышах вновь собралось больше тридцати зрителей, и они, понимая это, наблюдали за происходящим молча.
— Так, начинается… — тихо сказал сам себе Харуюки, заметив, что направляющий курсор исчез.
Одновременно с началом битвы система случайным образом переместила их по зоне. Харуюки оказался почти на самом севере зоны, на дороге к востоку от «Накано Бродвея». Цербер оказался где-то на западе и всё это время двигался в сторону Харуюки, но поскольку торговый центр находился прямо на его пути, он должен был обойти его с севера или с юга. Заходить внутрь зданий на «Стали» разрешалось, но с восточной стороны у Бродвея выхода не было.
«С севера или с юга?» — мысленно шептал Харуюки, тщательно вслушиваясь.
Тактика, выбранная Харуюки, предельно проста. Он укрылся за стеной прочного здания, что означало, что противник будет вынужден обойти его. Тем самым, он давал противнику лишь два возможных направления атаки, а с учётом громкости шагов он мог быстро определить, откуда идёт Цербер, и перехватить инициативу. Конечно, его собственные шаги тоже оставляют много шума, но у Сильвер Кроу есть крылья и возможность далеко прыгать. Ему должно хватить времени, чтобы укрыться за противоположным от противника углом.
«Ну же… где ты?!»
Харуюки стоял спиной к стальной стене здания и ждал, пока послышится звук стальных шагов.
Через несколько секунд он их услышал.
Но они шли не с севера, не с юга… а с запада. Точно со спины Харуюки.
Раздался оглушительный звук, с которым серый кулак пробил стальную стену и попал в правое плечо Сильвер Кроу. Удар был такой силы, словно в него попали из пушки. Отлетев, аватар перевернулся в воздухе и упал на спину.
Осыпав всё вокруг себя искрами и остановившись, Харуюки ошарашенно посмотрел на кулак, который тут же убрался обратно в стену. Но не успел он подняться, как послышался ещё более громкий звук. Вместе с ним в плите пятисантиметровой толщины появилась огромная дыра, сквозь которую вылетел аватар.
Пробивший головой практически неразрушимую стену уровня «Сталь» Вольфрам Цербер неспешно поднялся и встал перед Харуюки. Сомкнутые челюсти визора раскрылись, показав тёмно-серое стекло.
Пусть сквозь него не было видно глаз аватара, но Харуюки до боли отчётливо ощутил на себе его взор. Молодой бодрый голос полился по уровню, оставляя после себя громкое эхо:
— Мне уже второй раз попадается «Сталь». Ух, и твёрдый же уровень! У меня до сих пор голова кружится!
Эта беззаботная фраза смогла, наконец, пробудить Харуюки. Убедившись, что противник не собирается бить лежачего, он быстро поднялся.
Теперь, когда он увидел Цербера вблизи, он заметил, что, хотя тот и обладал самой обычной формой и скучным цветом, у него есть ещё одна особенность. По всему его металлическому телу бежали прожилки. Они отдавали шероховатостью, словно металл его брони такой непослушный, что у создателя костюма не хватило сил привести в порядок внешний вид. Можно сказать, что его вид — полная противоположность Кроу, который хоть и был, как и он, металлическим аватаром, но тело его гладкое и отполированное до зеркального блеска.
— Можно тебя спросить? Как ты определил, где я нахожусь? Просто догадался?
Конечно, аватару пятого уровня должно быть стыдно спрашивать это у аватара первого, но Харуюки ничего не смог с собой поделать. Даже если Цербер догадался, что Харуюки собирается устроить засаду, он никак не мог знать, куда именно нужно бить.
Цербер же отчего-то выпрямился и поклонился.
— Приношу извинения за внезапную атаку! Я не знал, что вы там стоите, Кроу-сан, просто там был самый центр стены здания. Мне нравятся середины.
Этот ответ, конечно же, вызвал бурную реакцию со стороны молчавших всё это время зрителей. Харуюки же изумлённо посмотрел на стену за спиной Цербера. Действительно, дыра, из которой он вылетел, равноудалена как от северного конца стены, так и от южного. Естественно, Харуюки и сам стоял поближе к центру стены, потому что не знал, с какой стороны подойдёт Цербер. Отойди он хотя бы на метр в сторону, и первой атаки удалось бы избежать.
Вслед за этим Харуюки осмотрел свою шкалу здоровья, которая за один удар потеряла около 10% здоровья. Благодаря крепости брони, сила удара у Цербера была нешуточной.
Но, с другой стороны, увернуться от них должно быть несложно.
— Понятно… я тоже извиняюсь за то, что повёл себя недостойно своему уровню и пытался напасть исподтишка, — ответил он извинениями на извинения и вскинул перед собой руки. Левую он выставил перед правой. — Больше я прятаться не буду. Сразимся, как подобает аватарам ближнего боя.
— С радостью! Я на это и рассчитывал, желаю удачи!
В ответ Цербер, продолжая стоять на месте, вначале перекрестил руки перед собой, а затем отвёл их в стороны. Сильвер Кроу немного выше ростом, чем Цербер, но благодаря более мощной броне тот явно тяжелее.
Харуюки видел, с какой лёгкостью тот разделался с Фрост Хорном, и вызывал его на ближний бой не потому, что считал лёгким противником, а именно потому, что считал контактный бой чем-то, в чём он не уступал ему. Скорость, которую признала даже Черноснежка — главная сила Сильвер Кроу.
Напряжение в воздухе росло так быстро, что вот-вот запляшут искры. Скрипнула металлическая плита под ногами, и Харуюки начал движение.
Он бросился вперёд как можно быстрее. Быстро сокращая расстояние, он замахнулся на удар правым кулаком.
Цербер даже не попытался уклониться, просто выставив левую руку. Он действительно абсолютно уверен в прочности своей брони. А уж покрывающие её неровности и шероховатости обеспечили бы Харуюки гораздо больший урон, чем он мог бы нанести.
Но за мгновение до того, как кулак коснулся руки противника, Харуюки резко затормозил правым крылом. Тело начало быстро поворачиваться, Харуюки отвёл кулак назад и, пользуясь силой вращения, начал нижний пинок левой ногой, метя в правое колено — визуально оно защищалось слабее всего.
Если бы он попытался превратить удар правым кулаком в удар левой ногой, используя лишь своё тело, противник смог бы догадаться о происходящем, заметив какое-либо характерное движение. Но поскольку за смены направлений отвечали крылья, предугадать изменения атак было невозможно. К чести Цербера, он успел среагировать и попытался поднять правую ногу, но атака Харуюки успела попасть в цель.
Послышался лязг от удара металл об металл. Вспыхнули яркие искры, осветив собой стальные плиты.
Накренившись, Цербер попытался ответить правым хуком, но Харуюки моментально отскочил на два метра назад. Естественно, для этого он тоже использовал крылья.
Быстро взглянув наверх, он увидел, что его атака сняла у Цербера 5% здоровья. Для идеального попадания урона немного, но удар, во всяком случае, показал, что уязвимые места в броне Цербера есть, и урон он получает. А с этим знанием…
«…остаётся только нападать!»
— Уо-о!.. — кратко взревел Харуюки и вновь бросился вперёд.
Он заранее размахнулся ногой, исполняя верхний пинок, а затем взмахнул обоими крыльями, чтобы ускориться. Траектория его движения резко выпрямилась, а носок ноги словно стал серебряным копьём. Скользнув по перекрещённым рукам Цербера, он попал в тонкую броню у горла. Этим ударом он нанёс противнику почти 10% урона и заставил его выгнуться назад.
После такой атаки Харуюки, казалось бы, не мог продолжать нападение, пока не вернётся на землю. Но Харуюки начал подбирать правую ногу, одновременно с этим изо всех сил взмахивая левым крылом.
Используя возникший импульс, он нанёс средний пинок левой ногой, попав в незащищённый правый бок Цербера. Тот неуверенно пошатнулся и упал на одно колено. Повернув своё тело в воздухе по диагонали, Харуюки ударил правой пяткой вниз. Удар пришёлся точно по затылку Цербера, и небольшой аватар противника упал лицом в землю.
Харуюки же вместе с ударом оттолкнулся пяткой от противника и, сделав обратное сальто, приземлился в трёх метрах от Цербера. Вновь послышались возбуждённые голоса зрителей с крыши зданий: