Глава 143

События порой развиваются непредсказуемо. Пока троица ждала, когда Моровая Дева будет окончательно пленена, всё резко изменилось. Запертая в магическом круге тварь, лишившись чёрного тумана и яда, внезапно преобразилась. Из гниющей, зловонной фигуры она превратилась в жалобную, полную фигуру беременной женщины. Казалось, злоба умерших, лишавшая её разума, рассеялась.

Призрак заплакал и обратился к троице:

— Прошу, не убивайте меня! Хоть дайте мне родить ребёнка. Он вот-вот появится, он невиновен!

Если бы это была живая женщина с обычным младенцем, она могла бы вызвать жалость. Но Моровая Дева — распространительница чумы и болезней. Даже самые добросердечные вряд ли бы прониклись сочувствием. Уничтожение было бы милосердием.

Кейра вздохнула и объяснила ведьмакам:

— Это, вероятно, душа беременной женщины, умершей от чумы накануне родов. Её злоба и ненависть слились с негативной энергией других жертв, превратив её в Моровую Деву. Не волнуйтесь, я быстро закончу изучение и дам ей покой.

Кейра не была доброй, но и не жестокой — её влекли роскошь и слава, но сердце оставалось чистым. Как и Моровая Дева из Башни, эта тварь родилась из души, полной злобы, подпитанной негативной энергией.

Виктор кивнул, чувствуя, что его ведьмачий опыт растёт. Знания приходят не из книг, а из практики. Но он остановил Кейру, собиравшуюся заточить тварь в артефакт, и спросил у призрака:

— Что с пропавшими детьми из окрестных деревень? Это твоих рук дело? Ты сама скоро станешь матерью, должна понимать боль родителей, потерявших детей.

Очищенная от злобы и негатива, призрак могла говорить разумно. Виктор не был уверен, её ли это дело, но решил спросить.

Призрак склонила голову, выражая боль.

— Я не трогала детей. Они в подвале руин. Я не хотела их похищать — меня заставили призрачные рыцари на костяных конях, окружённые ледяным холодом. Я пыталась сопротивляться, но мои чума и болезни не действовали на них.

Призрачные рыцари с ледяным холодом? В мире ведьмаков это могло означать только одно — Дикая Охота. Их привычка похищать детей и молодёжь, воспитывая их как рабов, была давней традицией.