Глава 144

Решение принято, времени мало, так что медлить нельзя. Гаэтан без труда нашёл похищенных детей в одном из подвалов. Удивительно, но в заражённой чумой местности, кишащей болезнями, дети не подхватили заразу и не болели. Похоже, Моровая Дева действительно умела управлять чумой и эпидемиями. Возможно, изучение её способностей позволило бы с помощью магии остановить чуму.

Чтобы засада на Дикую Охоту прошла успешно, Виктор применил контракт душ, подчинив Моровую Деву, угрожая ей и её нерождённому ребёнку. Даже будучи призраком, она, обретя разум, боялась окончательной гибели. Виктор одолжил у Кейры артефакт для заточения духов и запер тварь внутри.

— Прости, Кейра, ради экономии времени я не смогу пойти на ужин, — сказал он. — Пожалуйста, отправь меня и Гаэтана в Визиму через портал. Когда вернёшься, обсудим засаду на Дикую Охоту.

Кейра не горела желанием встречаться наедине с Шеалой, строгой чародейкой, больше увлечённой исследованиями, чем политикой. Ширра, почти двухсотлетняя, как и Филиппа, была на пике магической мощи и мастерства, одной из самых уважаемых в Ложе Чародеек.

— Хорошо, Виктор. Твоя засада на Дикую Охоту потребует участия нескольких чародеек. Без уведомления королевского совета Каэдвена это может вызвать дипломатический скандал. Сегодня на ужине я поговорю с Шеалой и, думаю, получу её согласие. Но будь осторожен, не привлекай лишнего внимания. Братство чародеев уже не в таких хороших отношениях с северными королями, как раньше. Особенно держи всё в тайне от Хенсельта — кто знает, что выкинет этот кабан.

—

Вернувшись в Визиму, Виктор устроил Гаэтана в приличной таверне, а сам отправился в дом, где жили Маргарита и Йеннифэр. К счастью, Йеннифэр была дома. Усталая, с грязью на чёрной кожаной одежде, она выглядела измотанной долгими странствиями, но её твёрдый характер всё ещё держал её на плаву.

Увидев ведьмака, она не встала, лишь бросила взгляд и вяло спросила:

— Что случилось, Виктор? Маргариты нет, она в академии. Если ищешь, с кем поразвлечься, иди к принцессе.

Её колкость заставила Виктора неловко улыбнуться. Они с Йеннифэр были хорошо знакомы, но, похоже, в её глазах он закрепился как бабник. Не собираясь уходить, он сел напротив.