Глава 1069. Острота меча
Приняв Бамбук Сломанного Меча, Бай Цзяньчжэнь на мгновение замерла, а затем произнесла: — У меня уже есть меч, и он — превосходного качества.
В её словах не было бахвальства — её клинок действительно был исключительным. В их Святой Земле Божественного Меча было много сокровищ, но больше всего там ценили именно мечи. Если где-то в мире и существовало совершенное оружие, то искать его следовало именно там; иначе как бы их орден посмел именовать себя Святой Землёй Божественного Меча?
— Меч… не в остроте его суть и не в силе, — Ли Цие слегка покачал головой, — взять, к примеру, меч вашего Бессмертного Монарха Е Ти. Я знаю, что он невероятно могуч и может считаться непобедимым, но такой клинок не обязательно подойдёт именно тебе.
Ли Цие посмотрел на Бай Цзяньчжэнь и продолжил: — Истинный меч рождается из естественности, только тогда он следует за сердцем. Будь то Безумный Меч или буддийский меч — всё зависит от одного порыва, от твоего Сердца Меча.
Бай Цзяньчжэнь прижала меч к груди и замолчала, глубоко обдумывая слова Ли Цие.
— И самое главное, в грядущих войнах ни артефакты Истины, ни божественное оружие могут не оказаться лучшим выбором. А вот Бамбук Сломанного Меча в твоих руках со временем станет самым подходящим оружием, — спокойно добавил Ли Цие.
Бай Цзяньчжэнь не стала возражать. Она убрала Бамбук Сломанного Меча и низко поклонилась Ли Цие. Сегодня она в полной мере ощутила его щедрость. Теперь ей стало окончательно ясно, почему Ли Шуанянь и остальные девушки, практикующие Бессмертные телосложения, преданы ему до самой смерти.
Обладая непревзойдённым мастерством на Пути Меча, Бай Цзяньчжэнь с первого взгляда поняла, насколько ценен этот бамбук. Его можно было сравнить с Камнем Истины Небесной Судьбы с девятью узорами, а возможно, он был даже ценнее. Иначе такое могущественное существо, как Святой Демон Деревянного Меча, не стало бы охранять его здесь.
И всё же, заполучив столь редкое сокровище, Ли Цие даже не взглянул на него, с лёгкостью отдав ей — той, кто только начала следовать за ним и ещё не успела совершить никаких заслуг.
Разве можно не быть преданным такому господину, который так великодушен к своим приближённым?
Ли Цие велел Чэнь Баоцзяо и остальным поднять носилки и продолжать путь. По дороге им иногда встречались практики и мастера. Видя, как четыре красавицы несут паланкин, они буквально лишались дара речи от изумления.
О Ли Шуанянь и Чэнь Баоцзяо, прекрасном дуэте меча и сабли с Бессмертными телами, и говорить не стоило. Бай Цзяньчжэнь была признанным Богом Меча, а Мэй Суяо — первой красавицей мира и наследницей ордена, воспитавшего трёх Монархов. Где бы они ни появлялись, их всегда окружала толпа почитателей.
Однако сегодня они покорно несли чьи-то носилки. Это казалось чем-то немыслимым; в глазах любого практика даже Божественный Император не обладал бы достаточным величием для подобного.
Но ещё больше пугало то, что на мягком сиденье восседал не Первый Свирепый Человек Ли Цие, а некий повелитель, чья демоническая энергия затопляла небеса.
— А где же Ли Цие? — ошарашенно пробормотал кто-то из зевак.
— Хе, наверняка Ли Цие перешёл дорогу какому-то великому демону и был им убит, а Бог Меча Бай и остальные попали в плен, — со злорадной ухмылкой предположил один юнец.
— Болван! С таким зрением тебе никогда не стать главой ордена, — его старший соплеменник отвесил ему звонкую затрещину, — этот человек и есть Ли Цие.
Многие опытные мастера, видя спокойствие и невозмутимость Ли Шуанянь и остальных, сразу поняли, что в носилках сидит их господин.
— Что он задумал? Сначала прикидывался Повелителем Будд, теперь изображает короля демонов… Что за чехарда? — недоумевал один Великий Мудрец, глядя на бушующую вокруг Ли Цие демоническую энергию.
Вскоре ответ на их вопросы нашёлся сам собой. Стоило Ли Цие проехать мимо воина-демона, как тот немедленно падал ниц. Пусть они не издавали ни звука, но их почтение было безграничным.
— Он выдаёт себя за владыку демонов, — мгновенно сообразил один старый Великий Мудрец, — в Демоническом пределе такая личина — самый удобный способ передвижения.
Действия Ли Цие вдохновили многих. Особенно ретивые старые мастера решили последовать его примеру: они велели ученикам нести их на носилках, а сами пытались принять облик грозных демонических владык.
Они надеялись обмануть воинов-демонов и выманить у них ценные лекарства и травы, но ни один из них не преуспел. Все попытки закончились крахом.
— Предок Бай Чжу попытался подражать Ли Цие, превратился в демона и хотел забрать лиану Десяти Тысяч Почтенных, которую охранял воин-демон. Увы, тот распознал обман и мгновенно его прикончил!
— Да что там предок Бай Чжу! Одно бессмертное существо тоже решило прикинуться демоническим королём, чтобы добыть речную бессмертную жемчужницу. Но стоило ему приблизиться, как ночной демон, охранявший добычу, в мгновение ока выпил всю его энергию крови.
— Это ещё что, Святой Сын Ци Юнь тоже решил поиграть в демона. Не успел он и шагу ступить, как прошёл мимо места упокоения воина-демона, и тот одним ударом ладони размазал его в лепёшку, — со смехом рассказывали в толпе.
Всего за один день те, кто пытался копировать Ли Цие, погибли один за другим. Все они рядились в демонов, мечтая о лёгкой добыче, но лишь нашли свою смерть от рук истинных обитателей этого мира.
— Почему когда Ли Цие выдаёт себя за владыку демонов, все эти воины-демоны падают перед ним ниц с таким почтением? А когда это делаем мы — нас ждёт только смерть! Что за несправедливость?! — негодовали выжившие ученики великих орденов.
— Потому что у него есть Демоническое Сердце, — прошептал один бессмертный старец, осознав истинную причину, — одной мыслью он становится Буддой, а другой — Демоном. В этот момент он не просто притворяется — он и есть истинный демон, великий владыка тьмы.
Немного помолчав, старец добавил: — Точно так же было и на плато Захороненных Будд. Он не прикидывался Буддой — он сам стал воплощением Дхармы! Поэтому он смог подчинить себе всю мощь того места.
— Этот парень… он слишком странный и непостижимый, — со вздохом произнёс другой предок, — люди тратят сотни и тысячи лет, чтобы обрести хоть каплю буддийского милосердия или демонической сути. А он меняет их как перчатки. Какое же у него Сердце Пути, если оно способно вместить в себя и Будду, и Демона? Это просто пугающе.
Многие понимали, что достичь состояния Будды или Демона за один день невозможно. Идея о мгновенном превращении для большинства оставалась лишь легендой, но Ли Цие воплотил её в жизнь, и это внушало суеверный ужас.
Разумеется, никто из посторонних не знал, что в далёком прошлом Ли Цие потратил бесконечно долгие годы, чтобы постичь демоническую суть. Тот путь испытаний и закалки был за пределами воображения простых смертных.
Пока Ли Цие в облике Отринутого Небесами продвигался вглубь Демонического предела, в Малом мире Монарха-Демона происходили и другие события, привлекавшие всеобщее внимание.
Больше всего шума наделал Цзи Кун Непобедимый. Под защитой Старика Девяти Мечей он ворвался в один из императорских дворцов во Владениях Монарха и похитил Древний императорский треножник.
— Цзи Кун Непобедимый действительно крут, — обсуждали практики, — совершить такой дерзкий налёт на императорский дворец и силой забрать реликвию — это настоящий подвиг!
Этот поступок заставил многих насторожиться. Один предок пробормотал: — Императорские государства во Владениях Монарха — это грозная сила. Пробиться сквозь тысячи воинов и захватить треножник… Это заслуга не только одного Цзи Куна.
— Возможно, сам треножник и не стоил таких усилий, но смысл этого жеста куда глубже, — заметил один Великий Мудрец.
— И какой же в этом смысл? — полюбопытствовал кто-то из младших.
Старший недовольно зыркнул на него и легонько стукнул по затылку: — Пошевели мозгами! Не всё же кулаками махать. Что такое Гора Та Кун? У Цзи Куна Непобедимого и так полно сокровищ. Зачем ему нападать на целый дворец? Он хотел показать всем… точнее, Старик Девяти Мечей хотел показать, что Гора Та Кун способна сокрушить любого врага!
— Верно, — кивнул другой мастер, — в последнее время Первый Свирепый Человек стал слишком заносчив. Цзи Кун Непобедимый и остальные потерпели от него поражение, а теперь даже фея Мэй и Бог Меча Бай следуют за ним. Очевидно, что среди молодых ему больше нет равных.
— Мощь Ли Цие заставляет других гениев чувствовать себя в опасности, — продолжал Великий Мудрец, — молодёжь боится, что в один прекрасный день Ли Цие просто решит перебить их всех. Нападение Цзи Куна на дворец — это предупреждение от Горы Та Кун: неважно, насколько ты силён, не трогай Цзи Куна, иначе познаешь нашу ярость!
Помимо Цзи Куна, люди следили и за другими выдающимися талантами.
Однако по сравнению с дерзким налётом на императорский дворец, действия остальных казались куда более скромными.
Например, Чжань Ши. Он ни разу не вступил в бой, предпочитая оставаться во Владениях Монарха. Он внимательно наблюдал за сражениями между императорскими государствами, изучая их тактику и маневры. Всякий раз, когда вспыхивала война, он неизменно оказывался на месте событий.
— Что задумал Чжань Ши? Он не ищет ни сокровищ, ни редких трав, — удивлялись люди, видя, как он поглощён изучением войны с применением оружия Монарха.
— Он хочет создать непобедимый легион. Его амбиции не ограничиваются титулом Бессмертного Монарха, — пояснил один глава ордена, лично наблюдавший за Чжань Ши, — у него есть свой непобедимый отряд из восьми человек, его сверстников. Говорят, эта восьмёрка однажды бросила вызов самому Цзи Куну Непобедимому и смогла уйти невредимой.
Ещё одним мастером, не стремившимся к излишней шумихе, был Монарх Линь Тянь. Он отправился в Демонический предел и умудрился стащить небесную траву прямо из-под носа у спящего воина-демона. К тому времени, как тот очнулся, Линь Тяня уже давно след простыл.
Многие искренне сожалели о судьбе Линь Тяня: — Мне кажется, потенциал Монарха Линь Тяня выше, чем у кого-либо другого. Жаль только, что он — вольный практик, и за его спиной нет великого наследия.