Глава 1127. Невыразимое
Ли Цие стоял там, глядя в бескрайнюю пустоту, и долго, очень долго не произносил ни слова.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Чэнь Баоцзяо, стоявшая рядом с Ли Цие, тихо спросила: — Смогут ли они добиться успеха? Смогут ли они достичь иного берега?
— Не знаю. Остаётся лишь молиться за них и надеяться, что они благополучно доберутся до цели, — спустя долгое время Ли Цие отвёл взгляд и тихо вздохнул.
Ли Шуанянь, пытаясь утешить его, произнесла: — Не волнуйся, они непременно достигнут иного берега, с ними всё будет хорошо. Такая миллионная армия способна смести Девять Миров, ничто не сможет преградить им путь.
В ответ на утешение Ли Шуанянь Ли Цие лишь горько усмехнулся и тихо ответил: — Будем надеяться на это.
Путь похода — это дорога, полная неизвестности. Те, кто ступил на неё, могут либо достичь иного берега, если обладают величайшей силой, либо же само достижение цели может вовсе не зависеть от твоей мощи. Возможно, на этом пути у каждого свои испытания и каждый достигает своего собственного «иного берега»…
Что ждёт в конце пути, что уготовано им на том берегу — боюсь, этого не знает никто, и никто не сможет дать точный ответ.
— Будь то Путь похода или Эшафот Усекновения Демонов — вечность не даёт ответов, это подобно тайнам Преисподней, — Бу Ляньсян также тихо вздохнула. Она не стала утешать Ли Цие словами, лишь крепче сжала его ладонь, и всё было сказано без лишних фраз.
Эти слова Бу Ляньсян вызвали любопытство у Ли Шуанянь и остальных девушек, они невольно устремили на неё пытливые взгляды.
Поскольку в своё время Бу Ляньсян покинула мир на Призрачной Лодке, а сегодня вернулась, это означало, что она успешно продлила свою судьбу. Ли Шуанянь и остальные жаждали узнать, что же Бу Ляньсян встретила, когда плыла на Призрачной Лодке.
Вокруг Призрачной Лодки и реки Мертвых ходило множество легенд. Кто-то верил, что река Мертвых течёт в самые глубины земли, впадая в Преисподнюю, другие же считали, что Призрачная Лодка ведёт в мир бессмертных, где только и можно продлить свою судьбу…
Куда бы ни вела Призрачная Лодка, это вызывало жгучий интерес. Насколько было известно девушкам, Бу Ляньсян была единственной, кто сумел продлить судьбу и вернуться. Конечно, был ещё последний глава Врат Тысячи Монархов, но он уже был мёртв.
— Не нужно так смотреть на меня, — Бу Ляньсян слегка покачала головой и произнесла: — Есть вещи, которые я сама не могу объяснить, даже испытав их на собственном опыте.
— То, что видишь, не всегда является истиной, особенно на борту Призрачной Лодки, — с улыбкой добавил Ли Цие.
— Существует ли на самом деле Преисподняя? — вопреки всему, Чэнь Баоцзяо не удержалась от вопроса. Ведь в те годы они своими глазами видели чудеса, когда река Мертвых спускалась с небес, и множество загадок навеки поселились в их сердцах.
Ли Цие лишь усмехнулся. Фактически, даже Бай Цзяньчжэнь, обычно молчаливая, с интересом смотрела на Бу Ляньсян. Она тоже была в Древних Землях Мертвецов и хотела узнать ответы на те события.
Бу Ляньсян покачала головой: — Я не могу дать вам ответ на этот вопрос. Призрачная Лодка не достигла так называемой Преисподней — по крайней мере та, на которой плыла я. Возможно, только те, кто начал жизнь заново, могут претендовать на то, чтобы достичь истока реки Мертвых, остальным же это недоступно.
— Говорят, Му Чжаньшэнь начал жизнь заново, — заговорив о столь древних тайнах, даже Мэй Суяо проявила живой интерес и посмотрела на Ли Цие.
На самом деле все девушки сейчас смотрели на Ли Цие. В те годы он лично выбрал Призрачную Лодку для предка ордена Небесного Бога, он же выбрал Призрачную Лодку для принцессы Срединного Континента. Пожалуй, в мире не было никого, кто разбирался бы в тайнах Преисподней лучше него.
Видя их ожидающие взгляды, Ли Цие горько усмехнулся, покачал головой и ответил: — Бесполезно смотреть на меня, я тоже не знаю. Или, вернее сказать, никто этого не знает. Му Чжаньшэнь из ордена Небесного Бога действительно начал жизнь заново, но после возвращения он никогда не говорил о том, что испытал. Никто не знает, что он встретил, что увидел и что обрёл — даже его личный ученик не в курсе.
После слов Ли Цие девушки почувствовали разочарование: в Древних Землях Мертвецов осталось слишком много неразгаданных тайн и вещей, скрытых от взоров смертных.
— Ладно, пойдёмте, — напоследок Ли Цие бросил взгляд на безбрежную пустоту, где миллионная армия уже давно исчезла.
Девушки тоже ничего не ответили и начали поворачивать обратно. Ли Шуанянь и остальные намеренно хотели оставить Ли Цие и Бу Ляньсян наедине, поэтому двинулись вперёд первыми.
Когда Ли Шуанянь и остальные отошли на приличное расстояние, Бу Ляньсян, державшая Ли Цие за руку, взглянула на них и медленно спросила: — Разве ты не расскажешь им?
— О чём рассказать? — Ли Цие слабо улыбнулся. Через мгновение он тихо вздохнул: — Есть вещи, о которых лучше не знать, чем знать. К тому же им не обязательно с этим сталкиваться. Они не такие, как мы — мы старые монстры, прожившие эпоху за эпохой, а они ещё молоды. Пусть они не видят самой тёмной стороны мира.
— Но ты сам всё это время принимаешь на себя самую тьму этого мира: от Эпохи Дикости до эпохи Древней Тьмы и по сей день, — Бу Ляньсян посмотрела на него и негромко добавила: — Есть вещи, которые ты вечно прячешь в самых глубинах своего сердца и ни с кем не хочешь делиться.
— Возможно, это и есть часть моей судьбы, — Ли Цие тяжело вздохнул. — Это цена бессмертия. Нет нужды заставлять других нести это бремя или знать об этом. В этом мире всегда существует невообразимая тьма, и не каждому нужно смотреть ей в лицо. Для них мир прекрасен, и этого достаточно.
Бу Ляньсян смотрела на этого мужчину и не знала, что сказать. За миллионы лет о нём ходило столько слухов: кто-то клеймил его палачом, кто-то — кукловодом, кто-то — маньяком-убийцей.
Однако, пройдя через вечность, особенно через чудовищно тёмную эпоху Древней Тьмы, разве можно было представить, что стало бы с миром, если бы он не поддерживал его из последних сил? Перед лицом величайшего мрака он всегда оставался один, в одиночку принимая удар и неся это бремя.
В этот момент Ли Цие посмотрел на Бу Ляньсян и негромко произнёс: — Если хочешь, я могу позволить тебе начать жизнь заново. У меня есть способности и средства, я обладаю абсолютной уверенностью, что смогу пробиться к самому истоку реки Мертвых и даровать тебе новую жизнь.
— К чему это? — Бу Ляньсян тихо вздохнула, покачала головой и ответила: — «Начать жизнь заново» звучит прекрасно, но я знаю: чтобы получить это, нужно столкнуться с испытаниями и заплатить свою цену. Те, кто возвращается из такого пути, не любят говорить о своих странствиях. Мне не нужно долго думать, чтобы догадаться, с чем пришлось бы столкнуться.
Сказав это, Бу Ляньсян крепко сжала руку Ли Цие и серьёзно добавила: — Для меня я прожила достаточно долго. Начать жизнь заново, прожить ещё десять жизней — для меня нет никакой разницы. Пока я могу быть рядом с тобой, пусть даже это продлится недолго, всё становится значимым и ценным. Длительность жизни уже не имеет значения.
— К тому же, дожив до сегодняшнего дня, я, по крайней мере, проживу ещё сотни или даже тысячи лет, — она глубоко взглянула на Ли Цие. — Для меня этого вполне достаточно, времени у меня вдоволь.
— Сотни лет… — прошептал Ли Цие. Для практиков несколько сотен или даже тысяч лет — срок небольшой, но, возможно, для Бу Ляньсян этого действительно достаточно.
— Когда откроется Небесный мандат… — Бу Ляньсян глубоко всмотрелась в Ли Цие, — когда настанет тот день, я провожу тебя на Путь похода и буду смотреть вдаль, пока ты не скроешься из виду. Если я дождусь того дня, для меня этого будет достаточно.
Бу Ляньсян произнесла это тихо, почти нежно, но каждое слово, каждая фраза были исполнены силы и, казалось, высекались в сердце Ли Цие.
— Я буду ждать здесь, в Девяти Мирах, до самого последнего дня, — мягко и нежно продолжала она. — Может, я оставлю в этом мире что-то для тебя, и сколько бы лет ни прошло, каков бы ни был финал, твой след в этом мире останется навсегда.
— Этот день настанет, — ответил Ли Цие. В его словах и в душе сквозила безысходность: каким бы могущественным существом ты ни был, сколько бы ни прожил, в этом мире всегда много печали и всегда случаются расставания.
— Пройдя такой путь, я больше ни о чём не жалею, — Бу Ляньсян крепко держала его за руку, её голос был мягким и нежным. — Хоть я и не увижу того дня, я верю, что ты обязательно преуспеешь. Ведь мой мужчина никогда не терпит поражений! В какую бы эпоху, против какого врага, в какой бы ситуации он ни оказался — мой мужчина всегда будет смеяться последним!
— Непременно. Я буду смеяться последним, и однажды я триумфально вернусь! — торжественно ответил Ли Цие. — Возможно, ты ещё увидишь этот день.
— Я обязательно увижу. Даже если меня не будет в этом мире, я буду знать, — Бу Ляньсян крепко сжала его руку. — Впрочем, это не важно. Важно лишь то, что я счастлива и довольна, этого вполне достаточно.
Ли Цие держал её за руку и безмолвно шёл вперёд; сейчас у него не находилось слов, чтобы выразить свои чувства.