Глава 1425. Эволюция

В тот самый момент, когда деревенский староста собирался принять новорожденного древесного человека в общину, Ли Цие шагнул вперед.

Когда Ли Цие, посторонний, подошел к входу в деревню, жители немедленно насторожились, и в их поведении не осталось ни капли дружелюбия — лишь открытая враждебность.

— Прошу прощения, господа, что прерываю ваше радостное событие. Мне нужно кое-что сделать, и я искренне прошу прощения за доставленные неудобства, — улыбаясь, произнес Ли Цие.

Староста и остальные смотрели на Ли Цие крайне недоброжелательно.

Ли Цие, конечно, было совершенно безразлично их отношение. Одним движением он схватил новорожденного древесного человека. Тот, движимый инстинктом, попытался увернуться и даже применил технику передвижения Бездны Древних Духов, однако сделал это настолько неуклюже и заученно, что его действия были полны ошибок.

Но мог ли новорожденный древесный человек ускользнуть от Ли Цие? В мгновение ока он оказался в его руках.

— Р-р-ра! — староста издал оглушительный рев и бросился на Ли Цие, словно разъяренный лев. Он двигался невероятно быстро, разрезая воздух, и применил мастерский прием из арсенала Секты Солнца.

— Я собирался поймать и тебя, — Ли Цие слегка улыбнулся и, небрежно взмахнув рукой, мгновенно подавил старосту. Несмотря на выдающуюся технику, тот был совершенно не ровня Ли Цие и был обездвижен на месте.

— Р-р-ра! — в тот же миг остальные селяне разразились яростным рыком и бросились в атаку на Ли Цие.

Ли Цие даже не взглянул на них. Он лишь слегка щелкнул пальцами, и пространство вокруг мгновенно исказилось. Хотя визуально селяне находились совсем рядом, они оказались заперты за барьером, не в силах приблизиться к нему ни на шаг.

— Дзынь, дзынь, дзынь! — в одно мгновение Ли Цие с помощью законов пригвоздил новорожденного и старосту к дереву.

Затем он призвал Бог Десяти Тысяч Горнил и легким движением руки сотворил из его пламени нож. Маленькое лезвие послушно легло в ладонь Ли Цие, и он приступил к разделке своих «образцов».

— Что ты делаешь? — Е Сяосяо, видя, как Ли Цие начал препарировать новорожденного и старосту, почувствовала тошноту и отвела взгляд.

Дело было не в трусости. Будучи дочерью Золотого Острова, она прошла через многое и не боялась ни смерти, ни крови. Однако в движениях Ли Цие, в том, как он владел коротким клинком, чувствовалось нечто пугающее. Каждый его разрез был пугающе точен и выверен до мельчайших деталей.

Казалось, Ли Цие привык к подобным операциям, будто всю жизнь только и делал, что препарировал живых существ.

В его руках нож не просто сверкал — он превращался в инструмент мастера-мясника. Зрелище было настолько совершенным и кровавым одновременно, что от него бросало в дрожь.

И интуиция Е Сяосяо не подводила: за долгие эпохи своего существования Ли Цие проделал бесчисленное множество подобных экспериментов. Он исследовал существ расы Древней Тьмы и даже по крупицам изучал устройство Бессмертной Межбровной Кости.

В мгновение ока Ли Цие вскрыл черепа старосты и новорожденного. Его мастерство было безупречным: он разрезал ткани от межбровья до самого свода черепа, не повредив при этом ни единого нерва или сосуда.

Что еще ужаснее, несмотря на вскрытые черепа, подопытные оставались живы. Они не чувствовали боли, лишь безвольно хлопали глазами.

Ли Цие внимательно изучил содержимое черепных коробок и, немного помолчав, обратился к Е Сяосяо: — Ты видишь разницу между ними?

Е Сяосяо изначально не хотела смотреть, но слова Ли Цие заставили её взглянуть на результат операции. Увидев содержимое черепов, она невольно ахнула.

И у старосты, и у новорожденного внутри черепа находилось нечто, похожее на растение, напоминающее женьшень с отростками-корешками. Самое жуткое заключалось в том, что у этого образования были зачатки глаз и чего-то похожего на человеческие черты.

Это нечто прорастало прямо в мозг и через нервные окончания тянулось к каждому суставу тела.

— Что это? — Е Сяосяо почувствовала приступ отвращения.

— Можно сказать, что это душа древесного человека, нечто вроде их Истинной Судьбы, — спокойно пояснил Ли Цие. — Плоть — это лишь оболочка, а для нас самое важное — это наша Истинная Судьба.

— И в чем же разница? — спросила Е Сяосяо, пытаясь разобраться.

Ли Цие видел это различие лишь потому, что столетиями наблюдал за развитием этой расы, каждый раз исследуя их при посещении Хребта Божественного Древа.

— Изменения колоссальны. За эти два цикла они сделали огромный шаг вперед, — проанализировал Ли Цие. — Посмотри: душа старосты развивалась хаотично, следуя инстинктам и прорастая во все сочленения тела… А у новорожденного все иначе. Хотя процесс тот же, в головной части сформировался замкнутый цикл. Структура четко разграничена. Это поразительно напоминает формирование наших трех душ и семи духов. Их Истинная Судьба начинает обретать совершенную форму.

После подсказки Ли Цие Е Сяосяо наконец начала понимать, в чем заключается эволюция.

— И что это значит? — спросила она.

— Это значит, что они близки к успеху, — взор Ли Цие стал глубоким. — Если они смогут завершить формирование Истинной Судьбы, как у нас, то их преображение станет безупречным.

— Значит, раса древесных людей добьется успеха? — спросила Е Сяосяо.

Ли Цие посмотрел вдаль и спустя долгое время тихо ответил: — Не знаю, суждено ли мне увидеть день их полного триумфа. Но если это произойдет, мир изменится.

— Какой день? О чем ты? — Е Сяосяо не понимала его слов.

Ли Цие улыбнулся: — Катастрофа для Мира Небесного Духа… или, возможно, великое благо. Трудно предугадать, что именно принесет их успех.

— О какой катастрофе ты говоришь? — Е Сяосяо впервые слышала подобные пророчества.

Ли Цие лишь покачал головой: — Тебе не нужно этого знать. Ты в любом случае уйдешь со мной, и когда этот день настанет, тебя здесь уже не будет.

— Фи! И не собираюсь я никуда с тобой идти, самовлюбленный индюк! — Е Сяосяо сердито сверкнула глазами.

Ли Цие лишь усмехнулся. Он достал из Горнила огненную нить и изящным движением зашил вскрытые черепа. Спустя мгновение от разрезов не осталось и следа — кожа была идеально гладкой.

Действия Ли Цие вызвали новую волну ярости у селян, но из-за пространственного барьера они могли лишь бессильно кричать, сотрясая воздух. Для них Ли Цие был словно мираж — совсем рядом, но недосягаем.

— Ты настоящий маньяк, часто ты этим занимаешься? — подозрительно спросила Е Сяосяо, видя с какой легкостью он управляется с плотью.

— Ты угадала, — рассмеялся Ли Цие. — Через мои руки прошли сотни тысяч, если не миллионы подобных существ.

— Фу, гадость какая! — Е Сяосяо отступила на шаг. — Держись от меня подальше, у тебя явно нездоровые наклонности!

Ли Цие лишь посмеялся, отпустив пленников. — Прошу прощения за беспокойство, я откланиваюсь.

Е Сяосяо оставалось лишь закатить глаза: он только что вскрыл им черепа, а теперь вежливо прощается, будто пришел на чаепитие. Это было за гранью логики.

Ли Цие легко ушел, а Е Сяосяо, несмотря на все свои слова, поспешила следом. Тем временем ошарашенные староста и новорожденный, придя в себя, были окружены радостными односельчанами, которые поспешили увести их в глубину деревни.

По пути Ли Цие и Е Сяосяо видели множество поселений, населенных исключительно древесными людьми. Некоторые из них были довольно крупными городками. Многие древесные люди сохраняли память и навыки своих прошлых жизней, поэтому ключевые посты в этих общинах занимали наиболее могущественные из них.

В одном из городков им встретился правитель, обладавший силой Великого Мудреца, а при жизни он был могущественным Божественным Королем.

— На Хребте Божественного Древа упокоены многие титаны, — заметила Е Сяосяо. — Говорят, тут гибнут даже Божественные Императоры. Если такие силы станут древесными людьми и сплотятся — это будет страшная армия.

— Их пугает не собственная мощь, а зависимость от Хребта Божественного Древа, — пояснил Ли Цие. — Они лишь хотят выжить. Они не конфликтуют с другими жизненными сущностями и не нападают без нужды. Самая большая угроза — это «древесные мертвецы», которые в разы сильнее и опаснее.

— Древесные мертвецы? — уточнила Е Сяосяо. — Разве это не неудавшиеся потомки древесных людей? Они не живут вместе с ними?

— Нет, — покачал головой Ли Цие. — Древесные люди — это полуживые сущности, а древесные мертвецы — истинные ходячие трупы. Им не по пути. Они живут отдельно.

— Мы встретим их? — спросила она.

— Скоро, — загадочно улыбнулся Ли Цие. — Ты увидишь их предостаточно. Они гораздо опаснее древесных людей и атакуют любого, кто посмеет подойти к их владениям.