Глава 1901. Чудеса Буддийских Пустошей
— А-а-а! — раздался душераздирающий крик. В мгновение ока тело Высшего бога Чачи было уничтожено. Он превратился в облако кровавого тумана, в центре которого внезапно вспыхнул яркий свет.
Высший бог всё же оставался Высшим богом. В миг между жизнью и смертью его Истинная Судьба под защитой тотема сумела вырваться из ловушки и мгновенно умчалась прочь, покидая это разорванное в клочья пространство.
Хотя Истинная Судьба Высшего бога спаслась, в момент бегства её сияние было тусклым и безжизненным. Он выжил, но столь тяжёлая рана потребует не одну тысячу, а то и десятки тысяч лет для исцеления. Он ещё очень долго не сможет вернуться на вершину своего могущества.
В тот миг, когда колокол издал свой звук, те, кто прятался на обломках звёзд, среди камней или в пустоте, один за другим вспыхнули сиянием. Вокруг них возникли многочисленные слои защиты.
Однако звуковая волна, обрушившаяся на них, отозвалась бесконечным хрустом и треском. Барьеры лопались один за другим; некоторые мастера даже начали харкать кровью, получив серьёзные внутренние ранения. Впрочем, их участь была куда завиднее доли Высшего бога Чачи, чьё тело было стерто в порошок.
Все эти люди были Высшими богами. Они затаились здесь уже давно, изучая этот колокол, и потому успели подготовиться к удару. Но даже несмотря на это, им не удалось полностью сдержать мощь звука — сила этого колокола была поистине запредельной.
Видя это, Монарх-дева Цилинь невольно втянула воздух. Высший бог Чачи был опытным мастером с тремя тотемами, но его плоть была мгновенно уничтожена этим звоном. Окажись она на его месте, она бы просто превратилась в пепел за долю секунды, не имея ни единого шанса на спасение.
— Этот колокол слишком ужасен… — прошептала девушка, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Даже их Императорский Дом Цилинь вряд ли смог бы выставить сокровище такого уровня, способное противостоять этой мощи.
— Это вполне естественно, — спокойно ответил Ли Цие. — Имея такой колокол в руках, можно не бояться даже Оружия Монарха для Штурма Небес. Это сокровище способно сдержать саму силу разрушения.
От этих слов Монарх-дева Цилинь содрогнулась. Оружие Монарха для Штурма Небес, согласно легендам, создавалось Великими Монархами и Бессмертными Королями специально для Финальной битвы. Его мощь была невообразимой, и в мире такие артефакты встречались крайне редко. И теперь Ли Цие утверждал, что этот колокол способен на равных тягаться с подобным оружием — это было за гранью понимания.
Хотя Алебарда Мин Жэня в руках Высшего бога Тасина также считалась оружием для Штурма Небес, строго говоря, она была лишь заготовкой. В своё время Бессмертный Монарх Мин Жэнь посчитал, что даже завершив её, он не сможет превзойти свой комплект Истинного Бессмертного, и потому оставил алебарду недоработанной, подарив её Тасину.
— Если этот колокол столь могущественен и велик, почему же сюда не пришёл ни один сильный Великий Монарх или Бессмертный Король, чтобы забрать его? — недоуменно спросила девушка.
— Хоть этот колокол и силён, не каждый Великий Монарх сможет его подчинить. А те, кто достаточно силён для этого, просто не желают его брать, — небрежно пояснил Ли Цие. — Это Колокол Воли. Он был создан через жертвоприношение Святых Беспредельных Будд. В миг, когда пришла сила разрушения, один Святой Будда за другим отдавали свои жизни. Они принесли в жертву свою плоть и переплавили свой Путь Будды, сплетя его в этот колокол. Они желали использовать все свои силы, чтобы защитить этот мир…
— И в этом участвовали не только Святые Будды, — продолжал он. — Тысячи и тысячи благочестивых мужчин и женщин отдали свою кровь и плоть, принесли в жертву свою искреннюю веру, зажигая этот буддийский свет. Они надеялись, что это покровительство убережёт их край от уничтожения. — Ли Цие тихо вздохнул и добавил: — К сожалению, в конечном итоге им не удалось сдержать разрушение. Всё обратилось в прах.
Эти слова заставили сердце Монарх-девы Цилинь сжаться. Святые Будды, переплавившие самих себя, и верующие, отдавшие свои жизни… Это было одновременно и величественно, и невыносимо страшно.
— Присмотрись внимательнее: у этого колокола есть кармическая связь. По-настоящему сильные Великие Монархи и Бессмертные Короли не хотят обременять себя такой причинно-следственной связью. Ведь этот колокол несёт в себе предсмертную волю Святых Будд к защите мира и скорбь мириад верующих. Это великая карма момента гибели. Даже если могущественный Монарх захочет очистить это сокровище от подобного влияния, ему потребуется слишком много времени и сил. Куда проще потратить этот ресурс на ковку собственного оружия для Штурма Небес!
Ли Цие терпеливо разъяснял эти тонкости, помогая спутнице постичь суть вещей.
Только теперь Монарх-дева начала понимать. Сокровище может быть бесценным, но оно не обязательно подходит каждому. Вероятно, только Высшие боги и рискуют пытаться забрать этот колокол, в то время как великие правители предпочитают обходить его стороной.
— Идём, — Ли Цие убрал руку с её головы и зашагал вперёд.
Девушка поспешно отвела взгляд от сияющего золота и последовала за ним. Она не смела задерживаться здесь ни секундой дольше — этот колокол подавлял её одним своим присутствием.
Продолжая путь по Буддийским Пустошам вместе с Ли Цие, Монарх-дева Цилинь не переставала удивляться. Перед её глазами то и дело представали невероятные картины прошлого.
На одном из разломанных участков земли она увидела исполинскую статую Будды высотой в десять тысяч чжанов. Идол с яростью взирал на Лазурные Небеса, сжимая в руках посох для усмирения демонов. Казалось, он застыл в попытке нанести удар по небесному своду. Но он навсегда остался в этой позе: какая-то неведомая сила пробила его череп, оставив в области макушки зияющую дыру.
Этот исполин уже лишился всякой духовной природы. Несмотря на бесчисленные эпохи и ветра, его тело, словно отлитое из черного железа, оставалось невероятно твердым и неподвижным.
Говорили, что прежде многие сильные мастера пытались сдвинуть эту статую с места, но сколько бы сил они ни прикладывали, изваяние не шелохнулось ни на волосок.
Чуть позже они миновали руины колоссального монастыря. Хотя многие его залы обрушились, в целом он сохранился лучше других мест. Здесь Монарх-дева увидела множество святых монахов, склонившихся в поклоне до самой земли. Вокруг них точно так же замерли тысячи бикшу и простых верующих.
Все они давно были мертвы, превратившись в иссохшие мумии. Однако их тела до сих пор испускали слабое, необычайно чистое и святое сияние.
Взглянув на них с высоты, можно было заметить, что все эти люди своими телами образовали на земле грандиозный узор. Казалось, этот рисунок был неким зашифрованным посланием или мольбой, обращенной к небесам.
— Это… что это значит? — не понимала девушка.
— Когда пришла сила уничтожения, нашлись те, кто до последнего хранил в сердце доброту и милосердие, — Ли Цие печально усмехнулся. — Они пытались вымолить у небес пощаду для всех жизненных сущностей. Пустые мечты. Кого когда-либо щадили небеса? И добро, и зло для них — не более чем копошащиеся муравьи.
Монарх-дева замолчала, потрясенная этой мыслью. Она представила, как целый мир, стоя на коленях, молит о сохранении жизни, и как небеса остаются глухи к их плачу. Это было высшим проявлением беспомощности.
— Почему вообще происходит это уничтожение? — негромко спросила она.
Ли Цие улыбнулся: — Если бы не было разрушения, была бы сейчас ты? Существовала бы наша эпоха? Попытка вырваться из реки времени — задача не из легких. Даже став Великим Монархом с двенадцатью Небесными мандатами, ты едва ли сможешь это сделать.
Девушка погрузилась в глубокое раздумье. Спустя долгое время она пришла в себя и тихо уточнила: — Куда мы направляемся теперь?
— К Гангу, — ответил Ли Цие и, развернувшись, продолжил путь.
— К Гангу? — Монарх-дева поспешила за ним. — Мы идем к Переправе на Ганге?
— Да, — подтвердил Ли Цие.
Любой, кто хоть раз бывал в Буддийских Пустошах, знал о Переправе на Ганге. Но для большинства это место было знаменито не самой рекой, а Золотым храмом.
Насколько же он был известен? В Цинчжоу многие могли никогда не слышать о самих Буддийских Пустошах или о Ганге, но о Золотом храме знали абсолютно все.
В этих краях давно ходили легенды, что Золотой храм доверху набит сокровищами. Говорили, что земля там усыпана монетами из божественного золота, а в каждом покое хранятся груды Бессмертного металла и редчайших артефактов…
Утверждали даже, что стоит войти в Золотой храм, и тебе достаточно лишь наклониться, чтобы набрать полные горсти золотых монет. А если удастся зайти вглубь помещений, то можно собрать целую коллекцию непобедимого оружия.
Раньше Монарх-дева Цилинь считала это лишь преувеличенными байками, но когда она увидела всё своими глазами, она застыла на месте, лишившись дара речи.
Золотой храм стоял прямо у Переправы на Ганге, так что его было видно издалека.
Ещё не достигнув цели, путники заметили поднимающееся в небо разноцветное сияние. Эти огни исходили от бесчисленных сокровищ, лежащих прямо под открытым небом.
Сам Золотой храм был не слишком велик — всего несколько строений, образующих полукруг. Но эти здания были возведены из какого-то невероятного Бессмертного металла. Спустя бесконечное количество лет они всё так же испускали мягкий бессмертный свет. Каждая такая постройка сама по себе была бесценным артефактом.
Окна и двери во всех кельях были распахнуты настежь, и внутри виднелись горы драгоценностей, Бессмертных металлов и Божественных артефактов.
Сокровищ было так много, что они просто не помещались внутри. Кучи драгоценностей вываливались из дверей и скатывались по ступеням наружу.
Что же касается площадки перед храмом, то тут и говорить было не о чем. Вся земля была усеяна золотыми монетами. Они лежали повсюду, местами образуя настоящие сугробы, так что путникам было трудно найти место, куда можно было бы поставить ногу.
Причем эти монеты были отчеканены не из простого золота, а из редчайшего божественного металла. В ту эпоху они, вероятно, служили валютой, подобно тому, как в нынешние времена практики используют Камни Хаоса.
Этот храм был настоящей сокровищницей, где богатства лежали буквально под ногами.
Монарх-дева Цилинь стояла, широко открыв рот. Раньше она думала, что легенды о «золотых палатах» — плод чьей-то буйной фантазии, но реальность оказалась куда более ошеломляющей.