Глава 1900. Младшие всадники дракона

Топ… Топ… Топ…

Как раз в тот момент, когда Ли Цие и Монарх-дева Цилинь собирались покинуть вершину, послышался звук четких, размеренных шагов. Гул был настолько мощным, что казалось, будто сама гора содрогается под тяжестью идущих.

В мгновение ока на пик взошел отряд из тридцати шести человек. С их появлением атмосфера на площади мгновенно накалилась, наполнившись напряжением.

Все воины в отряде источали свирепую, дикую ауру. Но больше всего пугали их глаза, в которых полыхал огонь жестокости и жажды убийства. Они были облачены в холодную стальную броню, покрытую черно-красными пятнами. Это была не краска — это были следы запекшейся и въевшейся в металл крови. С их приближением в воздухе отчетливо потянуло густым металлическим запахом бойни.

— Младшие всадники дракона! — выдохнул кто-то в толпе, невольно отступая назад. У многих практиков при виде этого отряда по спине пробежал холодок.

Возглавлял отряд молодой человек, которого Ли Цие уже встречал — это был Юный всадник дракона. Сейчас он вел своих бойцов за собой с видом триумфатора.

«Младшие всадники дракона» снискали себе славу крайне жестокого подразделения. Этот отряд был создан Шангуань Юнем, старшим учеником Высшего бога Юйлуна и, соответственно, старшим братом-наставником Юного всадника дракона.

Шангуань Юнь полностью унаследовал мантию своего учителя и уже успел стать Высшим богом с двумя тотемами. Один орден — два бога! Подобным достижением род Юйлуна мог по праву гордиться. Учитывая, что сам Высший бог Юйлун был выходцем из простых разбойников, такой успех его ученика казался поистине невероятным.

Поскольку Высший бог Юйлун вместе с восемью другими Высшими богами когда-то основал знаменитых «Всадников дракона», Шангуань Юнь решил подражать учителю и создал собственный элитный отряд из тридцати шести человек, дав ему имя «Младшие всадники дракона».

Каков учитель, таков и ученик. Высший бог Юйлун начинал как бандит, и его Всадники дракона были, по сути, бандой наемников. Младшие всадники дракона во всем следовали этому пути.

Они не гнушались грабежами и разбоем, предпочитая нападать на одиноких практиков или небольшие исследовательские группы в глухих местах. Они не просто отбирали сокровища, деньги и свитки с техниками — они почти всегда убивали своих жертв, чтобы не оставлять свидетелей.

Многие знали или догадывались, чьих рук дело очередное исчезновение мастеров, но из-за отсутствия выживших прямых доказательств против Младших всадников дракона никогда не находилось.

Именно поэтому их так боялись. Стоило им положить глаз на какого-нибудь путника, и его судьба была предрешена — неважно, силен он или слаб, шансов на спасение практически не оставалось.

Став Высшим богом, Шангуань Юнь перестал лично водить отряд в набеги и передал командование своему младшему брату, Юному всаднику дракона. Тот пользовался властью вовсю: если запугивание не помогало получить желаемое, он просто звал своих бойцов и забирал сокровища силой.

— Брат Ли, мы снова встретились! — завидев Ли Цие, Юный всадник дракона расплылся в широкой улыбке и почтительно сложил ладони в приветствии.

Ли Цие лишь мельком взглянул на него и, не удостоив ответом, отвернулся, явно не желая тратить время на пустую болтовню.

Однако Юный всадник дракона и не подумал обижаться. Сохраняя на лице все ту же елейную улыбку, он бодро продолжил:

— Позволь представить — это мои братья, Младшие всадники дракона. Все они — закаленные воины, которые превыше всего ценят мужество и решительность. Слава о твоих подвигах, брат Ли, разнеслась далеко. Твоя непоколебимость перед лицом любых врагов вызывает у нас глубочайшее восхищение. Поэтому, если тебе когда-нибудь понадобится помощь…

Он сделал небольшую паузу и с напускным благородством ударил себя в грудь:

— …Только скажи! Младшие всадники дракона готовы пойти ради тебя и в огонь, и в воду. В будущем не стесняйся, обращайся по любому поводу, ведь мы же теперь братья!

Видя, как панибратски Юный всадник дракона общается с Ли Цие, многие присутствующие невольно затаили дыхание. Банда головорезов-всадников сама по себе внушала ужас, а если бы они объединились с «Первым свирепым человеком», чьи действия всегда были непредсказуемы и смертоносны, то для многих мелких орденов это стало бы началом конца.

На пылкую речь Юного всадника дракона Ли Цие ответил лишь холодным и безразличным тоном:

— Далеко не каждый достоин называться моим братом. И ты, по меньшей мере, на это право уж точно не наработал.

Сказав это, он даже не замедлил шаг и, сопровождаемый Монарх-девой Цилинь, начал спускаться с горы.

Эти спокойные, но полные пренебрежения слова заставили всех свидетелей застыть в оцепенении. Никто не ожидал, что Ли Цие ответит столь дерзко, властно и беспощадно, совершенно не заботясь о сохранении приличий.

Сказать человеку в лицо перед толпой, что он «не достоин» — это было все равно что прилюдно дать звонкую пощечину не только самому Юному всаднику дракона, но и всему его отряду. Любой на месте Ли Цие счел бы такой поступок чрезмерно жестоким и опасным.

Мало кто в здравом уме захотел бы водить дружбу с подобными бандитами, и большинство практиков старались держаться от них подальше. Однако, если бы Юный всадник дракона сам проявил инициативу и набивался в друзья, многие, даже будучи сильнее него, из чувства такта или не желая наживать лишних врагов, ответили бы вежливым отказом или отделались бы общими фразами.

Но Ли Цие был иным. Он нанес прямой удар по самолюбию противника на глазах у всех, проявив такую непоколебимую уверенность, что люди еще долго не могли прийти в себя от шока.

Пока фигура Ли Цие медленно скрывалась вдали, Юный всадник дракона так и стоял на месте, словно окаменев. Его лицо стало багровым от ярости, а взгляд потемнел, но, вопреки ожиданиям, он нашел в себе силы проглотить эту обиду и не броситься в бой немедленно.

Когда они покинули Хребет То, Монарх-дева Цилинь с легкой улыбкой заметила:

— Господин, ваши слова были подобны удару наотмашь. Боюсь, теперь этот малый затаит на вас смертельную обиду.

— Обычная улыбающаяся тигрица — не более, — небрежно отозвался Ли Цие. — Таким людям не стоит оказывать снисхождение. Если он проявит благоразумие, то будет держаться от меня как можно дальше. В противном случае я отправлю его туда, где его никто и никогда не найдет.

Девушка лишь понимающе усмехнулась. Она не сомневалась: если Юный всадник дракона решится на какую-нибудь подлость против Ли Цие, это станет его последним решением в жизни.

Буддийские Пустоши были бескрайними. Повсюду колыхалась под ветром пожухлая трава, создавая обманчивое впечатление покоя. Но за этим безмолвием скрывалось множество смертельных опасностей.

Пока Монарх-дева следовала за Ли Цие вглубь земель, вдали показалась колоссальная священная вершина. Ее пик пронзал облака и уходил далеко в небесную высь, так что конца ее не было видно. Стоя перед таким исполином, любая жизненная сущность чувствовала себя ничтожной букашкой. Казалось, эта гора была главным столпом Девяти Миров, и все великие жилы земли брали начало именно здесь.

— Донг! — внезапно раздался звук колокола. Удар был негромким, но он эхом отозвался в самой глубине души.

Когда этот звук достиг ушей Монарх-девы Цилинь, ее колени подогнулись. На мгновение ей показалось, что ее душа вылетает из тела, а сознание полностью ускользает. Она начала валиться на землю, и если бы Ли Цие не успел подхватить ее, она бы просто рухнула без чувств.

— Что… что это было? — пробормотала девушка. Ее лицо было смертельно бледным, а в глазах застыл ужас.

Ее реакцию можно было понять: обладая столь высокой культивацией, она едва не потеряла сознание от одного лишь звука. Это свидетельствовало о невероятной, запредельной мощи, скрытой в этом звоне.

— Звон колокола, — спокойно ответил Ли Цие, поддерживая ее. Он положил ладонь ей на макушку, в область точки Байхуэй, и медленно произнес: — Я защищу твой разум. Открой свое Небесное Око и смотри, иначе ты рискуешь просто исчезнуть, обратившись в ничто.

Почувствовав, как теплая волна энергии от руки Ли Цие окутывает ее сознание и укрепляет душу, Монарх-дева наконец успокоилась. Она глубоко вздохнула и активировала свое Небесное Око.

Ее взор пронзил густые облака, окутывавшие священную вершину, и устремился к самому небосводу. Лишь теперь она увидела истинную картину: гора была не просто высокой — ее вершина была кем-то или чем-то срезана прямо посередине.

Эта гора когда-то была настолько величественной, что вокруг ее пика должна была вращаться Серебряная Река, а солнце и луна — всходить прямо из ее недр. Но теперь она была безжалостно разрублена, а все звезды, что прежде сияли вокруг нее, были обращены в пыль неведомой силой.

Вглядываясь в это истерзанное небо, девушка видела мириады обломков и осколков планет, дрейфующих в пустоте. Одни звезды были пробиты насквозь, другие — расколоты надвое, а третьи — стерты в порошок…

И в самом центре этого хаоса, на головокружительной высоте, парил огромный колокол. Он был отлит из сияющего красного золота и окружен ореолом божественного света. Именно он только что издал тот самый звук.

— Неужели этот колокол и разрушил гору? — потрясенно спросила Монарх-дева Цилинь.

— Напротив, этот колокол пытался защитить этот мир, — негромко ответил Ли Цие. — К сожалению, перед лицом истинной мощи разрушения любая борьба оказалась тщетной. Как бы ты ни был силен, ты не сможешь спасти всех, если наступил конец. В итоге всё просто рухнуло.

— Значит, это бесценное сокровище, которому нет равных в мире? — с придыханием спросила девушка.

— Да, это так. Его действительно можно назвать бесценным, — кивнул Ли Цие. — Даже если это и не артефакт Истины, то, безусловно, одно из самых устрашающих буддийских сокровищ.

— И такое сокровище до сих пор никто не забрал? — изумилась она.

— Попытки не прекращаются ни на миг, — с усмешкой сказал Ли Цие. — Присмотрись внимательнее. Видишь тех, кто затаился в тени?

Следуя его совету, Монарх-дева начала внимательно осматривать окрестности. Спустя некоторое время она заметила в кратере одной из разбитых звезд фигуру старика. Он сидел в глубокой медитации, окружив себя многочисленными защитными барьерами и цепями из божественного золота. На нем были императорские одежды, и хотя он не проявлял своей ауры, интуиция подсказывала девушке, что перед ней — настоящий Высший бог.

Продолжив осмотр, она обнаружила, что он там не один. На обломках других звезд, среди россыпи камней и прямо в пустоте прятались другие мастера. Все они были невероятно сильны и возвели вокруг себя мощную защиту, словно ожидая чего-то страшного.

В то же время они не сводили жадных взглядов с золотого колокола, пытаясь отыскать в его сиянии хоть малейшую брешь.

— Пора! — внезапно прогремел чей-то голос, и в тот же миг пространство огласил яростный драконий рев.

Один из мастеров сорвался с места, устремляясь ввысь. Три его тотема вспыхнули ослепительным светом, и он мгновенно превратился в колоссального дракона с восемью крыльями. С невероятной скоростью он подлетел к колоколу. Одной рукой он ударил по корпусу, а другой попытался схватиться за крепление, намереваясь мгновенно подавить и унести сокровище.

— Высший бог Чачи! Старый мастер с тремя тотемами! — воскликнула Монарх-дева Цилинь, узнав знаменитого практика.

— Донг! — звук колокола раздался снова в тот самый миг, когда рука бога была в волоске от металла.

— Пшик… — по пространству прошла звуковая волна, похожая на цунами. В мгновение ока все вокруг окрасилось красным: тело Высшего бога Чачи начало распадаться, начиная с рук, и за доли секунды было полностью стерто мощью звука.