Глава 1904. Переправа через Ганг
— Паром пришёл! — стоило лодке причалить к пристани, как кто-то громко выкрикнул это, мгновенно привлекая внимание множества практиков, толпившихся у Золотого храма. Любопытные тут же начали собираться вокруг, а те, кто остался на месте, не сводили с судёнышка глаз.
— Лодка прибыла… Неужели кто-то решится взойти на борт? — не удержался от вопроса один из присутствующих.
— А что, если нам самим попробовать? — глядя на то, как паром замер у самого берега, один из молодых мастеров не на шутку раззадорился. — Вдруг нам удастся достичь того берега?
— Взойти тебе по башке! — старейшина этого юноши тут же отвесил ему звонкий подзатыльник, мгновенно приводя в чувство. — Твой предок был высокоуровневым Высшим богом с семью тотемами! Он взошёл на этот самый паром на этой самой пристани и с концами — больше его никто не видел! — при этих словах лицо старика омрачилось.
Услышав это, те, кто пришёл к переправе впервые, невольно вздрогнули. Если даже высокоуровневый Высший бог с семью тотемами ушёл и не вернулся, это место было поистине пугающим.
— И этот паром действительно ведёт на тот берег? — с любопытством спросил другой молодой практик, глядя на одинокую лодку.
Старейшина покачал головой и тихо ответил: — Никто не знает. Ходят слухи, что те, кто ступил на этот паром, испарялись с лица земли. В прошлом немало великих и прославленных личностей пытались совершить эту переправу, но никто из них не преуспел. Ни один не вернулся живым. По крайней мере, я не слышал ни об одном человеке, который смог бы вернуться после того, как лодка отчалила.
От этих слов у мастеров, столпившихся у воды, по спине пробежал холодок. Если минуту назад некоторые из них ещё питали надежду и рвались испытать удачу, то теперь эти откровения подействовали на них как ушат ледяной воды.
— Достичь того берега, сокрушить кармические страдания и обрести благие плоды для всего сущего… Говорят, там можно обрести вечную жизнь, но кто знает, правда ли это, — пробормотал один из старцев. Даже могущественные практики прошлого испытывали искушение, но в итоге подавляли его, не желая рисковать.
На самом деле, вечная жизнь была заветной мечтой для бесчисленного множества практиков, но отсутствие успешных примеров охлаждало любой пыл. Если даже те, кто был в разы сильнее них, сгинули без вести, стоило ли им пускаться в такую авантюру?
Толпа на пристани с любопытством разглядывала монаха-мертвеца, сидевшего на вёслах. На его лице не было ни тени эмоций — это был труп, лишённый всяких чувств и переживаний.
И хотя монах вызывал жгучий интерес, никто не осмеливался его тревожить. Все, кто хоть немного знал о Буддийских Пустошах, помнили: всё, что здесь связано с Буддой, несёт в себе причинно-следственные связи. Стоит один раз впутаться в такую связь, и от неё уже невозможно будет избавиться.
— Идём, — Ли Цие взглянул на воду, понимая, что время пришло. Он обратился к Монарх-деве Цилинь и первым ступил на борт.
Увидев это, девушка без малейших колебаний последовала за ним. Пусть говорили, что с этого парома не возвращаются даже Высшие боги, её вера в Ли Цие была безграничной. Куда бы он ни направился, она не чувствовала страха, пока он был рядом.
— Первый свирепый человек и Монарх-дева взошли на паром! — толпа мгновенно зашумела. Все взгляды были прикованы к Ли Цие и его спутнице.
— Этот парень слишком необычен… Неужели он и впрямь решился? Кажется, для него вообще не существует слова «невозможно», — поражённо воскликнул один из мастеров.
Пока все пребывали в изумлении, монах-мертвец начал медленно грести. Паром начал отчаливать, не дожидаясь больше никого.
Лодка всегда вела себя подобным образом: она появлялась у пристани через определённые промежутки времени, стояла совсем недолго и, как только срок истекал, отправлялась в путь, независимо от того, сколько людей было на борту.
Говорили, что с момента своего первого появления этот паром никогда не нарушал заведённого порядка, приходя и уходя точно по расписанию.
Никто не знал, откуда приплывает эта лодка и куда она держит путь. Хотя многие непобедимые мастера древности всходили на неё, желая раскрыть эту тайну, никто из них не вернулся. Именно поэтому из поколения в поколение за этим судном закрепилось мрачное название — Лодка Смерти. С годами желающих испытать судьбу становилось всё меньше.
Практики на берегу застыли, наблюдая, как паром с Ли Цие и Монарх-девой Цилинь медленно исчезает в тумане над водами Ганга. Лишь когда лодка окончательно скрылась из виду, люди начали приходить в себя.
— Хм, с этого дня в мире станет одним «Первым свирепым человеком» меньше, — холодно процедил один из мастеров расы Небес. — Ступить на этот паром — значит обрести верную смерть. Если уж высокоуровневые Высшие боги не возвращались, то ему и подавно конец.
Многие представители расы Небес питали неприязнь к Ли Цие из-за недавних событий и смертей их соплеменников, а потому не скрывали злорадства.
— Жаль Монарх-деву Цилинь, — с горечью произнёс молодой практик. — Красотой и талантом она была гордостью Небес, одной из лучших в Цинчжоу. Через пару лет она непременно унаследовала бы власть в Императорском Доме Цилинь, даже если бы не решилась бороться за Небесный мандат…
— Она могла бы стать выдающимся Высшим богом, но связалась с этим безумцем. Похоже, она просто выбросила свою жизнь на ветер, — добавил он, тяжело вздохнув.
— Проклятый Первый свирепый человек! Мало того, что сам пошёл топиться, так ещё и её за собой утянул! — в сердцах выкрикнул другой юноша, который явно симпатизировал девушке. — Наверняка он одурманил её каким-то тёмным искусством! Её лучшие годы погублены по его вине!
— Этот парень и впрямь чертовски странный: культивация слабая, а сам непобедим. Сплошная чертовщина! — задумчиво произнёс один из старейших мастеров. — Но в глубине души я надеюсь, что он сотворит чудо. Миллионы лет никто не возвращался с этой лодки, и все уже впали в отчаяние. Если он выживет, это подарит надежду потомкам. Возможно, тот берег действительно существует.
Для многих стариков возвращение Ли Цие стало бы доказательством того, что в мире всё ещё возможны перемены, и что путь к вечной жизни — не пустая сказка.
Воды Ганга всё так же безмолвно неслись вдаль. Монарх-дева Цилинь, сидя на пароме рядом с Ли Цие, оглянулась назад — Переправа на Ганге уже скрылась за пеленой тумана. Впереди же, как и прежде, всё тонуло в неясной дымке.
Девушка посмотрела на гребца. Монах-мертвец оставался всё так же бесстрастен, монотонно и холодно работая вёслами.
Пока паром скользил по Гангу, у Монарх-девы Цилинь возникло странное чувство, будто они выпали из привычного времени и пространства. Казалось, они больше не в Цинчжоу и даже не в своей эпохе. Сидя в этой лодке, они словно разорвали все причинно-следственные связи с миром и теперь медленно плыли по неведомой реке времени.
Возможно, всё было именно так, как говорил Ли Цие: Ганг не был обычной рекой — он был воплощением веры целой эпохи. И даже когда та эпоха канула в небытие, этот поток продолжал своё безмолвное течение сквозь века.
Оказавшись в таком месте в одиночку, любой бы поддался панике, и Монарх-дева не была исключением. Она понимала: будь она здесь одна, она бы никогда не нашла дорогу назад.
Но стоило ей взглянуть на спокойное лицо Ли Цие, как тревога отступала. Рядом с ним она чувствовала умиротворение, и само понятие «опасность» будто переставало для неё существовать.
— Куда нас везёт паром? На тот берег? — немного придя в себя, тихо спросила она.
Ли Цие слегка улыбнулся и покачал головой: — Той эпохи больше нет, а значит, нет и того берега. То, что когда-то было им, давно превратилось в Землю Смерти. Именно туда эта лодка и держит путь.
— В Землю Смерти? В то самое место, откуда никто не возвращался? — сердце девушки на мгновение пропустило удар.
— Именно, — спокойно подтвердил Ли Цие. — Даже высокоуровневые Высшие боги бессильны перед этим местом. Впрочем… нам туда не нужно.
Монарх-дева опешила. Слова Ли Цие казались ей противоречивыми: паром везёт их в Землю Смерти, но им туда не нужно?
Ли Цие больше ничего не добавил. Он просто сидел, прикрыв глаза и погрузившись в состояние покоя. Девушка не стала расспрашивать дальше и, последовав его примеру, затихла.
Спустя неизвестно сколько времени Ли Цие внезапно открыл глаза и негромко произнёс: — Земля Смерти прямо перед нами.
От этих слов Монарх-дева Цилинь вздрогнула и тут же распахнула глаза.
Ганг по-прежнему тихо нёс свои воды, но то, что она увидела впереди, заставило её сердце замереть от ужаса. Прямо перед ними, там, где река должна была заканчиваться, зияла исполинская чёрная дыра.
И она была не одна. В самом конце Ганга виднелось целое множество чёрных дыр: одна была вложена в другую, образуя бесконечную цепь, уходящую вглубь.
Что было самым пугающим — все эти дыры постоянно вращались, и каждая — в своём направлении. Казалось, каждая из них была входом в совершенно иной, неведомый мир.