Глава 2047. Гу Цихан

В конце концов Ли Цие вытащил Юного Монаха Шести Мечей из моря скверны. Тот выглядел совершенно иссохшим, напоминая девяностолетнего старика: седой как лунь, кожа да кости. От его прежнего величественного облика не осталось и следа.

За этот короткий промежуток времени Юный Монах Шести Мечей словно лишился всей своей энергии крови. В этом и заключалась мощь энергии скверны — она разъела его жизненные силы и само тело.

И это при том, что Ли Цие проявил милосердие и сохранил ему жизнь. Иначе под воздействием столь ужасающей энергии скверны от Юного Монаха Шести Мечей не осталось бы даже костей.

Когда Ли Цие поднял его, юноша был при смерти. В нём не осталось и тени былого высокомерия и заносчивости; сейчас даже простой вдох давался ему с огромным трудом.

Ли Цие мельком взглянул на него и равнодушно произнёс:

— Учитывая, что ты всё ещё студент, я оставлю тебе жизнь. Пусть это послужит уроком, и чтобы впредь такого не повторялось!

С этими словами он отшвырнул Юного Монаха Шести Мечей в сторону.

Увидев, что их товарища выбросили, несколько студентов из Сотни залов поспешили подхватить его. Теперь Юный Монах Шести Мечей не смел произнести ни одного дерзкого слова. Он лежал неподвижно, не в силах даже пошевелить пальцем.

Впрочем, его состояние можно было назвать удачным — он отделался тяжёлыми ранами, но жизнь была вне опасности. После надлежащего ухода и отдыха он сможет восстановиться.

— Вызовы наставникам всегда приветствовались в Небесной Академии Богов, и я тоже их приветствую, — Ли Цие обвёл взглядом присутствующих студентов и спокойно продолжил: — Верно, академия взрастила множество выдающихся учеников. Среди них были и Высшие боги, и Бессмертные Короли. Можно сказать, что достижения многих студентов со временем превзошли успехи их учителей.

— Но мужчина в этой жизни не должен уподобляться бабам, умеющим лишь сплетничать за чужими спинами. Если вы недовольны наставником — выйдите и скажите это в лицо. Если хотите бросить вызов — выходите и сражайтесь по-настоящему! Если же не способны даже на это, то просто закройте рты! — голос Ли Цие стал ледяным. — Вы не уличные оборванцы и не бродячие псы! Вы — студенты Небесной Академии Богов, элита Сотни Рас! Не позорьте имя академии своими пересудами и склоками!

— Из стен Небесной Академии Богов выходят Высшие боги, Бессмертные Короли, грозные воины и даже тираны, но только не трусы! — Ли Цие сурово посмотрел на притихших учеников.

После такой резкой отповеди студенты не смели и пикнуть. Особенно те, кто только что лебезил перед Юным Монахом Шести Мечей и злословил в адрес Ли Цие — у них от страха подкашивались ноги, и они боялись даже вздохнуть лишний раз.

— А теперь проваливайте, — холодно бросил Ли Цие.

Студенты, словно получив великое помилование, тут же бросились врассыпную. Ученики Сотни залов поспешно унесли Юного Монаха Шести Мечей и скрылись с глаз, не смея задерживаться ни на секунду.

— Поколения становятся всё слабее и слабее, — Ли Цие слегка покачал головой. Затем его взор упал на Башню Семи Скверн. Он протянул руку и схватил её.

Раздался оглушительный грохот — Ли Цие с невероятной силой буквально вырвал Башню Семи Скверн с корнем. Послышалась серия сокрушительных ударов: башня вибрировала в руке Ли Цие, отчаянно пытаясь вырваться, но все её усилия были тщетны.

В конце концов Башня Семи Скверн оказалась полностью подавлена. Теперь она выглядела как небольшая каменная пагода на ладони Ли Цие. Он вскинул её и властно скомандовал:

— Прими!

Стоило ему произнести это, как Башня Семи Скверн, подобно киту, заглатывающему воду, начала неистово всасывать в себя всю энергию скверны из окружающего моря. За считанные мгновения она поглотила всё без остатка.

Ядовитая аура исчезла. Снова зазеленели горы, мир наполнился жизненной силой, и эти земли вернули себе былое великолепие.

Ли Цие мельком взглянул на Башню Семи Скверн в своей руке и небрежно бросил её Лю Цзиньшэну:

— Эта никчёмная постройка здесь только мешалась. Забирай её себе.

Поймав артефакт, Лю Цзиньшэн на мгновение лишился дара речи.

Глядя на притихшего старика, Ли Цие спокойно произнёс:

— Раз уж ты сделал выбор в этой жизни, иди по выбранному пути до конца. Будь решителен. Решил ли ты быть добрым или стать злодеем — если выбрал дорогу, приложи все усилия и не сомневайся.

— Великий Путь бесконечен. Порой трудно сказать, что правильно, а что нет. На разных этапах жизни взгляды меняются. То, что сегодня кажется верным, завтра может оказаться ошибкой. Добро и зло — лишь мерило в твоём собственном сердце. И раз уж ты сам установил эту меру…

— …то нет причин не принимать её. Что же касается ущемлённого самолюбия — это лишь происки гордыни. Мы, старые кости, прожили тысячи и десятки тысяч лет. Порой все былые обиды — лишь мимолётный шум ветра и дождя, над которым стоит просто посмеяться. — С этими словами Ли Цие посмотрел на Лю Цзиньшэна.

Слова Ли Цие заставили Лю Цзиньшэна содрогнуться. Он глубоко вздохнул, убрал Башню Семи Скверн и низко поклонился:

— Благодарю наставника за поучение. Ваши слова открыли мне глаза. Я хотел бы повидаться со старым другом, поэтому прошу дозволения удалиться.

— Иди, — Ли Цие слегка махнул рукой.

Лю Цзиньшэн ещё раз поклонился и бесшумно исчез, не оставив и следа. С тех пор как он поступил в Небесную Академию Богов, он тщательно скрывал свою мощь, из-за чего окружающие принимали его за обычного пожилого практика.

Не только молодые люди вроде Е Синьсюэ, но даже многие наставники академии не могли распознать его истинную силу. Лишь по-настоящему могущественные мастера были способны увидеть, на что он способен на самом деле.

После ухода Лю Цзиньшэна Ли Цие лишь улыбнулся и продолжил неспешную прогулку по чайному саду. Он пришёл сюда, чтобы попутно закончить некоторые дела.

Сначала Ли Цие сурово наказал Е Мяосюэ, сделав её калекой, а теперь ещё и иссушил Юного Монаха Шести Мечей. Когда эти вести разошлись по академии, студенты были в неописуемом ужасе.

В Небесной Академии Богов было много учителей, в том числе строгих и даже суровых. Но такого, как Ли Цие, мир ещё не видел. Всего за один день он вывел из строя двоих самых выдающихся студентов. Этот наставник был слишком жестоким, слишком властным и слишком склонным к насилию.

Поэтому за столь короткое время прозвище «Жестокий наставник» прогремело на всю академию. Теперь, если кто-то упоминал имя Ли Цие, студенты могли и не сразу понять, о ком речь, но стоило сказать «Жестокий наставник», как все мгновенно понимали, о ком идёт разговор.

Услышав о том, что Юный Монах Шести Мечей превратился в «сушёный труп», Юный лорд Зонтянь и Божественный сын из Секты Размышлений изменились в лице. Им было крайне неприятно это слышать, но в то же время они понимали, что пока ничего не могут поделать с Ли Цие. Стало ясно: он куда сильнее, чем они предполагали, и сокрушить его будет крайне непростой задачей.

В тот момент, когда слава Ли Цие как «Жестокого наставника» достигла своего пика, над одним из пиков академии внезапно вспыхнуло ослепительное сияние Пути.

Следом раздался громовой раскат, и столб божественного пламени взметнулся к небесам. Это бушующее пламя в мгновение ока затмило Девять Миров, озарив бескрайние просторы Небесной Академии Богов. Под непрекращающийся рокот божественная мощь хлынула во все стороны, заставляя сердца бесчисленных студентов трепетать от благоговейного ужаса.

— Наставник Ци Хан вышел из затвора! — эта взрывная новость в мгновение ока облетела всю академию. — Наставник Ци Хан успешно сформировал седьмой тотем!

— Седьмой тотем?! — услышав об этом, вся Небесная Академия Богов пришла в движение. И студенты, и наставники были глубоко потрясены этим известием.

Король среди юношей Гу Цихан, нынешний гениальный преподаватель академии, был одним из самых талантливых выпускников прошлого потока. В своё время он стоял в одном ряду со Святым Людей!

Гу Цихан происходил из знатного рода, и благодаря своим выдающимся успехам в обучении он был приглашён академией на преподавательскую должность. Разумеется, это не было пожизненным обязательством: если однажды Гу Цихан захочет уйти, он сможет покинуть академию в любой момент.

Гу Цихан был знаменит не только в Небесной Академии Богов — его имя гремело во всём Цзяохэнчжоу и даже на всех Тринадцати континентах. Он был не только самым молодым Высшим богом этой эпохи, но и человеком, имеющим наибольшие шансы стать Древним богом.

— Поразительно! Быть столь молодым и уже обладать семью тотемами… Если так пойдёт и дальше, наставник Ци Хан рано или поздно станет Древним богом. — Студенты академии смотрели на него с нескрываемым обожанием.

Можно сказать, что Гу Цихан обладал непревзойдённой популярностью. У него было бесчисленное множество последователей, и многие студенты академии преклонялись перед ним.

— Наставник Ци Хан вышел из затвора! — Услышав это, Юный лорд Зонтянь несказанно обрадовался и немедленно повёл Божественного сына из Секты Размышлений на встречу с ним.

Разумеется, не каждый студент мог удостоиться чести навестить Гу Цихана. Но Юный лорд Зонтянь пользовался его расположением и даже иногда подменял его на лекциях, поэтому их отношения были весьма близкими.

— Что такое? Разве ваша «Троица избранных» не всегда неразлучна? Почему Шести Мечей нет с вами? — Приняв их приветствия, Гу Цихан с улыбкой посмотрел на своих посетителей.

— Монах Шести Мечей тяжело ранен и не смог явиться лично. Просим наставника простить его, — со вздохом ответил Юный лорд Зонтянь.

— О? — Гу Цихан усмехнулся. — Хотя Шести Мечей и не обладает выдающимся талантом и учится в Сотне залов, среди студентов Небесной Академии Богов лишь немногие — вроде вас двоих — способны нанести ему столь тяжёлые раны.

— Наставник, как бы мы посмели ранить его? — поспешно вставил Божественный сын. — Это сделал один из учителей. Бедный Шести Мечей… он теперь похож на иссохшую мумию. Боюсь, в ближайшее время он не поправится.

— Вот как? — Гу Цихан выглядел несколько удивлённым. — Должно быть, Шести Мечей совершил серьёзный проступок, иначе наставник не стал бы так сурово наказывать ученика.

— Он не совершал ничего предосудительного. Наставник, не все учителя так благородны и великодушны, как вы, — с горечью произнёс Юный лорд Зонтянь.