Глава 2048. Хороший наставник
Гу Цихан невольно улыбнулся и заметил: — Есть такой наставник? Это довольно любопытно, я бы хотел взглянуть на него.
— Разве такой наставник может сравниться с вами, наставник Цихан? — произнёс Юный лорд Цзунтянь. — По сравнению с вами он подобен светлячку, пытающемуся состязаться в яркости с полной луной. Иначе с чего бы его отправили преподавать в Кабинет?
— Преподавать в Кабинете? — Гу Цихан был весьма удивлён, услышав это.
— Именно так, — поспешно добавил Божественный сын из Секты Размышлений. — Некоторые студенты даже подозревают, что он попал в Небесную Академию Богов по знакомству. Иначе зачем академии назначать его в Кабинет? Там всего трое студентов, которые и так вечно посещают лекции в Сотне залов, им не нужны наставники. Академия, должно быть, просто побоялась, что он испортит учеников.
— Нет, — покачал головой Гу Цихан, улыбаясь. — Вы слишком недооцениваете Кабинет. Всем известно, что это место для пустяков, но разве Кабинет так прост, как вы думаете? Это место великой удачи. Тому, кто понимает его сокровенный смысл, не так-то просто там поселиться.
— Кабинет — место великой удачи? — Юный лорд Цзунтянь и Божественный сын из Секты Размышлений были поражены до глубины души, посчитав это невероятным.
Студенты Небесной Академии Богов знали лишь то, что Кабинет — это место для хранения всякого бесполезного чтива, и многие даже не хотели туда заходить.
— Да, это место несравненной великой удачи, — медленно подтвердил Гу Цихан.
— Какая именно там великая удача? — не удержался от вопроса Юный лорд Цзунтянь, охваченный любопытством.
— Это непросто объяснить. Тайны, скрытые там, известны лишь немногим, даже среди преподавателей Небесной Академии Богов о них мало кто слышал. Те, кто действительно понимает сокровенную суть академии — это лишь несколько затворников-предков, — объяснил Гу Цихан.
— Неудивительно, что старшие студенты говорили, будто вы, наставник, читали бесчисленные тома, когда сами учились здесь, и в вашей эрудиции с вами никто не сравнится, — похвалил его Божественный сын.
Гу Цихан усмехнулся: — Впрочем, этот наставник Ли — человек довольно интересный, я действительно хотел бы с ним встретиться.
Слова Гу Цихана обрадовали Юного лорда Цзунтяня и Божественного сына из Секты Размышлений. Переглянувшись, Юный лорд Цзунтянь сказал: — Наставник, Ли Цие в близких отношениях с наставницей Юй Цяньсюань, да и с некоторыми предками академии он, кажется, в неплохих отношениях. Похоже, у него сильная поддержка. Вам лучше не вступать с ним в конфликт, чтобы не возникло недопонимания.
Замечание Юного лорда Цзунтяня было многослойным. Зная о чувствах Гу Цихана к Юй Цяньсюань, он намекнул на связь Ли Цие с ней, что на первый взгляд звучало как совет, но на деле было искусным подстрекательством.
Гу Цихан сохранял полное спокойствие. Улыбнувшись, он ответил с естественной непринуждённостью: — Великий Путь безграничен, мир необъятен. Чтобы утвердиться в этом великом мире, нужно полагаться на самого себя. Я пировал с Монархами и обсуждал Путь с Бессмертными Королями, но это лишь мимолётные знакомства. Широкий круг общения или происхождение из Врат Монарха — это лишь незначительные преимущества на Великом Пути. В основе всего, что позволяет стоять на пути и открывать новую эпоху, лежит лишь собственная непобедимость.
Слова Гу Цихана звучали размеренно, без хвастовства, самым обычным тоном, но в них чувствовалась такая властность, что слушатели содрогнулись.
Пировать с Монархами и рассуждать о Дао с Бессмертными Королями — какая это невероятная, высочайшая жизнь! Кто ещё мог достичь таких высот?
Многие лишь взирали на Монархов и поклонялись Бессмертным Королям, но Гу Цихан мог позволить себе быть с ними на равных. Каждый, кто слышал это, невольно затаил дыхание.
Конечно, Юный лорд Цзунтянь и Божественный сын понимали, что он не хвастается. Как самый одарённый Высший бог, он действительно имел право пировать с Монархами и обсуждать Дао с Бессмертными Королями.
— Ваш божественный облик внушает трепет, мы, младшие, восхищаемся вами, — поспешно добавил Божественный сын.
— Ладно, думаете, я не вижу ваших мелких счётов? — засмеялся Гу Цихан. — Я встречусь с этим наставником Ли, но не потому, что у вас с ним вражда. Такой талантливый гений просто вызвал во мне охотничий азарт, мне хочется помериться с ним силами. Что же касается ваших лести и интриг — оставьте это. Если ваша собственная сила будет достаточно велика, вы сможете бросить вызов любому.
— Благодарим за наставление, мы были неправы, — поклонились Юный лорд Цзунтянь и Божественный сын, не скрывая радости.
— В этот раз я просто побеседую с наставником Ли о Дао и дам ему урок, не более того, — улыбнулся Гу Цихан. — Вы считаетесь моими учениками, так что я немного защищаю своих. Что же касается ваших личных обид или того, что вас кто-то обидел — пусть это останется в прошлом, раз уж вы недостаточно старались в учёбе. Не надейтесь, что я стану сражаться с наставником Ли из-за вас.
— Мы и не смели надеяться, — выдавили они кривую улыбку, не смея больше ничего сказать. Гу Цихан занимал слишком высокое положение, и то, что он вообще согласился вступиться за них, было великой честью.
— И угомонитесь уже, не нужно привлекать к себе столько внимания. Путь впереди неровный, кто знает, сумеете ли вы дожить до выпуска, — добавил Гу Цихан с улыбкой.
— Вы хотите сказать, что нас изгонят из Небесной Академии Богов? — испуганно переспросил Божественный сын.
Гу Цихан слегка покачал головой: — Не то чтобы вас изгонят, просто академию ждут трудные времена, я опасаюсь, что вы не дотянете до того момента.
— Не может быть… — эти слова повергли Божественного сына в шок.
Взгляд Юного лорда Цзунтяня также дрогнул, и он не выдержал: — Наставник, те слухи — правда? — Будучи наследником рода с пятью Бессмертными Королями и сам являясь Высшим богом, он знал гораздо больше остальных.
— В этом мире истина переплетена с ложью, — спокойно улыбнулся Гу Цихан. — Но вам стоит подготовиться и хорошо всё обдумать. Какую дорогу вы выберете в будущем — зависит только от вашей собственной удачи.
Эти слова заставили Юного лорда Цзунтяня и Божественного сына обменяться встревоженными взглядами.
— Наставник, вы имеете в виду… — Юный лорд Цзунтянь не мог до конца разгадать мысли Гу Цихана.
Гу Цихан лишь слегка улыбнулся и ничего не ответил.
Ли Цие прогуливался по чайному саду, когда вдалеке мелькнул золотой свет. Его взгляд дрогнул, на губах появилась лёгкая улыбка, и он устремился ввысь, ступая по пустоте.
В глубине чайного сада находилась лощина, окутанная густым туманом. Говорили, что студенты всех поколений вечно плутали здесь, возвращаясь в начальную точку. Это была обычная лощина, никто не знал, какие тайны она скрывает, и наставники академии никогда не говорили о ней.
Войдя в лощину, Ли Цие небрежно указал пальцем. Раздался звон — «дзынь, дзынь, дзынь» — словно открывали замок. В тумане проступили золотые руны законов, которые, переплетаясь, мгновенно образовали Врата Пути.
С гулом Ли Цие шагнул во Врата Пути и был мгновенно перенесён, преодолев пространство за пространством и попав в неизвестные координаты.
В конце концов Ли Цие оказался в старинном доме. Там не было ничего, кроме одной Монаршьей кровати. Тот, кто разбирался в сокровищах, пришёл бы в ужас от одного вида этой кровати: она была целиком вырезана из легендарного бессмертного дерева, из единого куска, добыть который не смогли бы даже Великие Монархи и Бессмертные Короли, не говоря уже об обычных людях.
Кровать была запечатана редчайшим Бессмертным камнем Крови Времени, что было столь экстравагантным способом хранения, какого не могли позволить себе даже обычные Великие Монархи и Бессмертные Короли.
— Господин почтил меня визитом, а я не встретил вас, — старик, сидевший на кровати, приподнялся. Он был одет в Монаршьи одежды, выглядел как восьмидесятилетний старец с распущенными золотистыми волосами, и стоило ему приподняться, как мощь Монарха, потрясающая небеса и Тринадцать континентов, разлилась вокруг!
— Оставь, лучше береги свои кости, — Ли Цие махнул рукой, садясь на край кровати, и улыбнулся. — А то случится какая-нибудь небесная кара, и будет куча проблем.
— Мои старые кости, боюсь, небесам уже не интересны, — засмеялся старик.
Ли Цие улыбнулся, оглядывая его: — Тот факт, что даже ты решил выйти из затвора, стал для меня неожиданностью. С тех пор как твой отец отправился в далёкий поход, ты почти не показывался.
— Ах, старое тело уже не то, стоит пошевелиться — всё развалится, — вздохнул старик с горькой улыбкой. — Вот и приходится лежать, надеясь, что мой немощный облик пригодится в будущем, если возникнет нужда.
— Перестань, — покачал головой Ли Цие. — С твоей родословной Вечного Бога, пока небесная кара тебя не достанет, ты ещё будешь прыгать живее всех живых.
— Господин шутит, — горько усмехнулся старик. — Наше поколение уже не выдержит таких потрясений, не то что вы, господин, который с каждой битвой становится всё сильнее. Если бы мне пришлось отправиться в такой поход, как мой отец, у меня бы не хватило мужества, тело уже совсем не то.
— А ведь ты всё-таки вышел, — заметил Ли Цие. — Я-то думал, ты решишь остаться в стороне.
— Это всё-таки наследие моего отца, моего деда и моей матери, — со вздохом сказал старик. — Даже если я хочу отрешиться от мира, это их жизнь, их пот и кровь, и я не могу позволить всему этому рухнуть.