Глава 494 Пролог (❀)
— Я молюсь, чтобы вы благополучно жили под божественной защитой до тех пор, пока Дрефангуа, богиня времени, снова не сплетет нити наших судеб.
— Да. Я буду молиться о том, чтобы ее плетение было гладким и быстрым, — Георгина с ухмылкой села в свою карету и покинула дворянский район вместе с остальными гостями из Аренсбаха. По бокам от их процессии двигались рыцари в желтых плащах, они будут сопровождать караван до тех пор, пока они не выедут за пределы нижнего города.
Даже после того, как экипажи скрылись из поля зрения, Флоренция не могла заставить себя не думать, о прощальной усмешке Георгины, а также о ее словах «Мы скоро увидимся снова», которые она сказала на прощание. Руки женщины были нервно сжаты, с такой силой, что костяшки побелели, в то время, как по спине бежали мурашки.
Это была действительно очень неприятная улыбка.
Во время своего прошлого визита в Эренфест Георгина одарила свою мать, Веронику, похожей улыбкой во время своего посещения башни, где была заключена женщина. Вскоре после этого пришло время охотничьего состязания, на котором дворяне обманули сына Флоренции Вильфрида и подтолкнули его войти в башню. Когда она услышала о дворянах, которые хотели спасти Веронику, а также рассказ о происшедшем от Вильфрида, Флоренция чувствовала, что за всем этим стоит Георгина. У нее не было никаких доказательств, кроме ее предчувствия, но даже так избавиться от страха перед тем, что должно случиться что-то еще, она не могла.
Даже Сильвестр настороже…
Флоренция посмотрела на своего мужа, который очень внимательно следил за каждым шагом Георгины во время ее пребывания в Эренфесте. Он общался с сестрой так, что это можно было назвать лишь крайне поверхностной вежливостью, что сильно отличалось от того, как он вел себя с другой своей старшей сестрой Констанцией, которая вышла замуж в Фрёбельтак. Такой контраст серьезно шокировал Флоренцию.
Понимание того, что кареты отъезжали все дальше и дальше, позволило ей немного расслабиться, но прежде чем она сумела позволить себе перевести дух, заговорила Розмайн, обращаясь к Сильвестру.
— Какую срочную весть они получили из Аренсбаха? — спросила она, привлекая всеобщее внимание к своему вопросу.
— Не знаю, — ответил Сильвестр, отмахиваясь от нее. — Сообщение было передано от пограничных ворот. Я имел возможность прочесть его лично, но все, что там было сказано — это приказ немедленно возвращаться. Должно быть произошло что-то такое, о чем они не хотели бы дать узнать другим.
От пограничных врат?..
Флоренция сглотнула. Срочные сообщения для членов герцогских семей, которые посещают другие территории, обычно передаются через водные зеркала, которыми могли пользоваться только герцоги. Иначе говоря, можно было с уверенностью предположить, что состояние ауба Аренсбаха было слишком плохим, и он не мог воспользоваться зеркалом.
Подумать только, что все идет именно так, как предсказывал господин Фердинанд…
Когда Сильвестр пытался воспротивиться этому браку, Фердинанд, сообщил ему, что ауб Аренсбаха, скорее всего, падет еще во время действия помолвки. Тогда он отметил, что его источник не особо надежен, но даже не смотря на это, Сильвестр безоговорочно доверился Фердинанду.
Но Флоренция считала, что это было сказано только для того, чтобы убедить ее мужа согласиться с навязанным им браком и вынудить его прекратить задавать вопросы. В конце весны, когда она в последний раз видела его на собрании герцогов, ауб Аренсбаха выглядел достаточно здоровым. Да и то, что Георгина и Дитлинде приехали в Эренфест означало, что его состояние перед их отъездом было довольно неплохим.
— Проследуем в зал для заседаний, — сказал Сильвестр, подталкивая всех ключевых личностей Эренфеста, которые вышли, чтобы проводить Георгину, вернуться в замок и пройти в кабинет ауба. Там они будут обсуждать информацию, собранную во время пребывания в замке гостей из Аренсбаха.
Флоренция искоса взглянула на супруга, который шел рядом с ней. Хорошо ли он себя чувствует?.. Когда он услышал приказ о браке, то был крайне зол на короля за то, что тот сделал это не выслушав мысли всех сторон. Сильвестр злился так же на своего брата за то, что он принял решение самостоятельно, не спросив мнения своего ауба, и на дворян из других герцогств, которые попались на удочку Аренсбаха и помогли им в осуществлении плана.
«Я могу только надеяться, что срок помолвки Фердинанда пройдет без особых проблем».
Эренфест был герцогством низкого ранга, которое не имело никаких возможностей пойти против королевской воли. Флоренция хотела, чтобы все прошло мирно, но ее сердце сжималось от беспокойства.
— Итак, что мы узнали? — спросил Сильвестр, начиная собрание.
Собравшиеся начали обмениваться сведениями, собранными во время чаепитий и обедов, на которых присутствовали Георгина и ее свита. Обычно, основную массу участников подобных собраний составляли мужчины, но сегодня большинством были женщины. Двумя главными гостями были женщины из семьи герцога Аренсбаха. Они посещали множество чаепитий для женщин, поэтому именно Флоренция и Эльвира взяли на себя инициативу по сбору данных.
«Если это возможно, хотела бы я поговорить с Розмайн и Шарлоттой до этого собрания, чтобы систематизировать все, что мы узнали…»
Георгина полностью оставила сопровождение Дитлинды на Фердинанда, а сама сосредоточилась на общении. В результате Флоренции приходилось передавать одну свою обязанность за другой дворнякам, которым она могла бы доверять, и даже так у нее почти не оставалось времени на разговоры с собственными детьми. В частности, она все еще не получила отчета о том, как прошла встреча в особняке Фердинанда. Учитывая, что речь там должна была идти о покупке украшения для волос, то разумнее было бы выслушать мнение Шарлотты и Розмайн, а не Вильфрида. Флоренция слушала отчет, который давала Эльвира, а сама составляла в уме расписание встреч.
— Мы можем сделать выводы основываясь на улыбке Георгины, когда она уезжала, но я считаю, что мы не должны упускать из поля зрения все чаепития и обеды, которые она посетила во время своего пребывания. Они кажутся более важными, — сказала Эльвира, которая полностью посвятила себя сбору информации, после прямой просьбы Фердинанда. — Во время чаепитий, где в основном присутствовали дворяне из бывшей фракции Вероники, она объяснила, что послужило причиной того, почему другие герцогства видят в Сильвестре жестокого правителя, а также она регулярно спрашивала собравшихся, что они думают о Фердинанде, который станет мужем ее дочери. Так же она, кажется, узнала о книгах и методе печати. Большинство дворян из фракции Вероники считают, что именно господин Фердинанд стоит за всеми новшествами Розмайн, поэтому, полагаю, что у Георгины сложилось такое же мнение.
Расследование показало, что многие из бывшей фракции Вероники считали, что Фердинанд придумал все эти новшества, и он манипулирует Розмайн, чтобы оставаться в тени. Только теперь, когда Вероники не стало, он смог выйти на свет. Так они говорили. По их мнению, он передал часть своих изобретений священнице, чтобы гарантировать ее удочерение герцогом. По их точке зрения, Розмайн была марионеткой, нужной для того, чтобы Фердинанд смог получить власть над Эренфестом.
Будь они ближе к девочке, то они сразу бы поняли правду — господин Фердинанд отчаянно пытается сдержать буйства Розмайн, а не подталкивает ее в спину.
Фердинанд, казалось, уже знал, все что о нем думают дворяне. Он кивнул Эльвире и продолжил.
— Похоже так оно и есть. Дитлинда даже спросила меня, сколько своих личных мастеров я собираюсь взять с собой, когда перееду в Аренсбах в качестве ее жениха.
— Что ты ответил?
Этот ответ имел решающее значение. Трудно было представить, что Фердинанд сделает что-то, что навредит Эренфесту, но это не было редкостью, когда при вхождении в другое герцогство через брак, дворяне брали с собой слуг. Количество мастеров, которых он решит взять с собой может оказать значительное влияние на развитие новых тенденций. Фердинанд явно оценил направленные на него взгляды и усмехнулся.
— Я сказал, что буду действовать, ровняясь на великое герцогство Аренсбах.
Этот ответ можно было толковать двумя, совершенно противоположными способами.
«Я возьму с собой столько людей, сколько уместно при переезде в великое герцогство». И «я последую примеру Аурелии и возьму только самый минимум». Учитывая сардоническую улыбку на лице мужчины, можно было быть уверенным, что он имел в виду именно последний вариант, и это было проблемой. Аренсбах намеревался приобщиться к новым веяниям при помощи этого брака, поэтому если он возьмет с собой мало последователей, это может навредить его отношениям с новым домом и будет способствовать тому, что с ним будут обращаться не лучшим образом.
Господин Фердинанд был выбран как кандидат в супруги именно за его навыки в управлении, так что этот брак точно нельзя считать обычным.
Флоренция была не единственной, кто был обеспокоен будущим Фердинанда. Эльвира и Розмайн, без сомнения, волновались даже больше, чем она.
— Разве не разумно иметь несколько дополнительных карт, чтобы вынуть их при необходимости? — спросила Эльвира. — Может быть, ты мог бы взять с собой несколько мастеров…
— Нет, — резко ответил Фердинанд, отвергая подобную идею. — Король не давал мне приказа брать с собой мастеров, так что нет причин этого делать. Мы не знаем, как будут обращаться с простолюдинами в Аренсбахе. Поэтому они будут там только мертвым грузом, который будет требовать моих сил и внимания для своей защиты. Мастера Эренфеста должны работать только в Эренфесте.
Флоренция вздохнула, видя такое упрямство. Это было обычным делом для Фердинанда — отвергать добрые намерения других, и он всегда был очень тверд в отстаивании своих решений.
Никто не знает, что может произойти в Аренсбахе.
Флоренция решила рассказать все, что ей стало известно. Она хотела, чтобы Фердинанд хотя бы немного внимания уделил своей защите.
— Имейте в виду, что я получила эту информацию от дворянина из бывшей фракции Вероники, но… судя по всему, Аренсбах планирует вернуть господина Фердинанда обратно в Эренфест, как только их герцогство стабилизируется, поэтому, похоже, они просто планируют почти открыто украсть его ради его маны и талантов управленца.
— Вернуть назад?
— Возможно, эта информация не слишком надежна. Об этом было сказано во время обеда, на котором присутствовали люди из ядра бывшей фракции Вероники, так что низший дворянин, который рассказал об этом, услышал этот слух не из первых уст. Но, тем не менее, я нахожу это весьма любопытным.