Глава 21. Наследие

XXI. Наследие

Создать нечто долговечное, запустить «эффект кругов на воде», который будет ощущаться столетиями… на такое способен лишь по-настоящему могущественный злодей. А в зависимости от того, решились ли вы на столь сомнительные предприятия, как крестражи, вам, возможно, придётся рассматривать наследие ещё и в смысле «плодов чресл своих», так сказать.

К слову, о плодах: спасение человека или полное завоевание его преданности вполне может породить новое поколение приспешников. Будь то для вашего будущего «я» или для подрастающего Тёмного Лорда (или Леди), проходящего обучение.

* * *

Первый остров, на который они наткнулись во время перехода через Тихий океан, принадлежал Чили, хотя некоторые его жители предпочитали самоназвание Рапа-Нуи, даже если по-испански их называли pascuenses. А по-английски? Жители острова Пасхи.

Каменные головы оказались любопытными — и, как довольно быстро выяснилось, дело было вовсе не в одних лишь головах. Большинство фотографий, которые видел Гарри прежде, изображали наполовину погребённые статуи. В действительности же при всей внушительности голов они были лишь частью куда более массивных фигур.

Немного осмотревшись, Гарри обнаружил небольшую общину, состоявшую как из магов, так и из обычных людей. Остров находился в тысячах миль от любого другого населённого места, что делало проверки властей редкими и неудобными, поэтому из-за изоляции здесь сложилось своего рода молчаливое понимание, что некоторые жители были слегка… не от мира сего. Полезные люди, если попадёшь в беду, но не те, о ком стоит упоминать чужакам без веской причины. Так что, разумеется, Гарри пришлось изрядно попотеть, прежде чем разговор с местными магами всё-таки завязался. Однако результат того стоил — он перевернул некоторые его представления с ног на голову.

По словам магов, существовала некая… штука под названием «мана». У Гарри сложилось отчётливое впечатление (через переводчика, разумеется), что он не до конца понимает её природу. Похоже, это была сложная, чувствительная сила, существующая в рамках строгого набора правил, называемых тапу (откуда, как выяснилось, произошло слово «табу»). От него ожидали определённого поведения, и Гарри, разумеется, старался быть образцовым гостем.

Казалось, что каменные изваяния были каким-то образом связаны с самой концепцией маны — по крайней мере, насколько Гарри мог судить. Местные маги и сами не были до конца уверены, но полагали, что многие статуи намеренно опрокидывали во время мелких племенных конфликтов, чтобы лишить противников доступа к мане. Однако нельзя было просто поставить любой камень и ждать, что из него потечёт сила: статуи должны были быть изготовлены по всем правилам и находиться в хорошем состоянии. Учитывая, что многие моаи были сброшены и специально расколоты… что ж, зависимость от них явно была слабым местом всей магической системы.

Лишь немногие изваяния уцелели и остались стоять под защитой чар, и магия, которой они позволяли пользоваться, была… странной. С их помощью творили или, по крайней мере, усиливали впечатляющие исцеляющие чары, но также считалось, что обладание маной меняет самого человека. Она была чем-то вроде духовной половины грубой физической силы, и её присутствие тесно связывали с авторитетом и влиянием.

Лекция оказалась интересной (куда интереснее многого из того, что он изучал в Хогвартсе), но Гарри не был уверен, сможет ли применить это на практике. Мысль о гигантских каменных изваяниях самого себя казалась ему несколько безвкусной, да и он не знал, сработали бы статуи его собственных предков или людей вроде Сириуса и Люпина. Возможно. Разумеется, если предположить, что он вообще сумел бы провести ритуалы, наделяющие моаи свойствами маны.

Так или иначе, Гарри вычеркнул ещё один пункт из своего туристического списка. Когда они отплывали, он видел спины статуй моаи, стойко и неизменно обращённых вглубь острова. Они простояли так сотни лет, отвернувшись от моря и устремив взгляды к своему народу — по крайней мере, те из них, что уцелели и остались на своих местах.

* * *

Атолл Пальмира был практически необитаем. Разумеется, время от времени туда мог заглянуть какой-нибудь правительственный чиновник с проверкой или объявиться чрезмерно амбициозный отпускник, но постоянного населения здесь не было. По крайней мере, это означало куда меньше потенциальных свидетелей для любых паранормальных выходок, которые Гарри мог счесть уместными.

И Гарри, и русалы пришли в восторг от изобилия кораллов, что, впрочем, было вполне ожидаемо для атолла. Наблюдать за ними было великолепно, пусть это и несколько осложняло управление кораблём. Сам остров тоже изобиловал животными и растениями, которых Гарри прежде никогда не видел. Проявляя крайнюю осторожность, он взял несколько небольших образцов, чтобы Невилл мог изучить их и попытаться вырастить дома. Гарри не думал, что его кто-то заметит, но пугать местную экосистему сверх меры всё же не стоило.

Впрочем, остров, возможно, справлялся с этим и сам. Гарри несколько раз ловил себя на ощущении, что видит призраков. Однако ни один из них не попытался прервать его прогулку по острову в компании оборотня-компаньона. Гарри надеялся, что тот сможет уловить след серебра, если, конечно, в сокровищах оно вообще присутствовало. В противном случае пришлось бы искать золото исключительно магическими методами.

К немалому удивлению и откровенному веселью Гарри, серебро действительно нашлось. Более того, оно оказалось зарыто прямо под военной базой Соединённых Штатов, построенной во времена Второй мировой войны. Впрочем, немного аккуратной магии позволило им проложить тоннель под ней и наткнуться на ещё один «золотой запас». Золота и серебра там оказалось в изрядных количествах, хотя всё, что напоминало реликвии инков, Гарри предусмотрительно отложил в сторону. Это он отправит почтой магам Куско или кому-нибудь ещё, кто разберётся, куда именно оно должно попасть.

А вот что касается золотых монет… за исключением нескольких экземпляров для коллекции или демонстрации, Гарри забрал их все. Оборотням он честно отмерил их долю за помощь в поисках. И хотя они были достаточно разумны, чтобы не болтать о разграблении сокровищ направо и налево, они позаботились о том, чтобы донести до всех знакомых простую мысль: в Доггерленде есть возможности на любой вкус и правитель, которому совершенно плевать на их «болезнь».