Глава 47. Ученик
XLVII. Ученик
Порой обычного прихвостня оказывается недостаточно. Нужен подчинённый, которому можно делегировать полномочия, потенциальный преемник или хотя бы кто-то, кто виртуозно справляется с «мокрой» работой и драками. Как этого добиться? Возьмите под своё крыло достаточно (и желательно податливого) верного подчинённого с потенциалом. А если чувствуете, что времени у вас вагон, берите сразу нескольких.
* * *
Маргарет разбирала письма, когда наткнулась на нечто весьма нетипичное. Больше всего её поразило то, что текст был напечатан, а не написан от руки. Конечно, теперь она имела смутное представление о том, что такое печатная машинка, так что происхождение букв могла объяснить, но вот зачем кому-то это понадобилось — причин могло быть великое множество.
Письмо, как выяснилось, содержало просьбу об… обучении или своего рода наставничестве под началом Гарри. Любопытно. Впрочем, добраться до сути удалось не сразу. Автор, некий мистер Криви, долго разводил турусы на колёсах о том, как много он слышал о Гарри от своих сыновей и всё в таком духе. Честно говоря, всё послание представляло собой довольно сумбурную мешанину, но было в нём что-то, что зацепило Маргарет. Она решила уточнить у Гарри, знает ли он этого Денниса Криви и готов ли на самом деле заняться преподаванием.
Маргарет прихватила это письмо и ещё несколько тех, что сочла любопытными, включая послание от того типа по фамилии Дурсль, которого она бы с радостью придушила при первой же возможности, и отправилась к Гарри, который, как обычно, пропадал в Атлантиде.
Саму Маргарет всё это не то чтобы сильно воодушевляло, но на уверенности Мэри находка сказалась просто чудодейственно, а это уже само по себе чего-то стоило. Вполне естественно было гордиться подобным открытием. Маргарет и сама, пожалуй, чувствовала облегчение (в чём вряд ли бы призналась) от того, что Мэри выбралась в люди и вовсю занимается исследованиями вместе с Поттером.
Она подумала о том, что не привыкни она к такому со временем, сама мысль о том, чтобы переступить порог и оказаться в нескольких километрах под толщей воды казалась бы чем-то невероятным. Но сейчас это была просто рутинная работа… насколько магия вообще может быть рутиной.
Их штабом на данный момент служило нечто вроде просторного городского особняка неподалёку от площади, где они изначально высадились. Разумеется, здание потребовало капитального ремонта, прежде чем стало пригодным для жизни: пришлось латать стены, вставлять окна и с помощью магии осушать внутренний дворик примерно в центре дома (причудливая, волнообразная архитектура улиц распространялась и на сами постройки). Дворик был довольно милым, наполненным благоухающими цветами и тёплым воздухом, но иссиня-чёрная океанская бездна, нависшая прямо над головой, всё равно добавляла неуютное чувство.
Тем не менее, это место дарило ощущение простора, которое в остальной Атлантиде было на вес золота, так что дворик быстро стал излюбленным уголком — по крайней мере, в теории, для отдыха. На практике же он был завален незаконченными картами и ворохом обрывочных заметок о подводном городе.
Маневрируя между кипами перьев и разбросанными листками бумаги, Маргарет нашла Гарри и Мэри. Оба заворожённо изучали карту, ну, или то, что со временем должно было ею стать. Размерами она определённо выходила внушительной, хотя по большей части оставалась чистой.
— Покажите ещё разок, — попросила Мэри, вперившись в пергамент с поразительной сосредоточенностью.
— Ладно. Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость.
После лёгкого тычка палочкой карта внезапно наполнилась чернилами, прорисовывая коридоры замка, который Маргарет узнала не сразу. «Хогвартс», — догадалась она.
Мэри кивнула, с живейшим интересом разглядывая пергамент, а затем… обратилась к нему с вопросом?
— Вы точно уверены, что ничего не можете нам рассказать?
Маргарет уже начала всерьёз опасаться за душевное здоровье Мэри: не слишком ли много времени та проводит в библиотеке, раз считает нормальным лясы точить с кусками пергамента? Но тут на пустом поле карты проступили чернила, складываясь в лаконичный ответ:
«Извиняйте, номер не пройдёт. Эта карта — плод тяжких трудов господ Лунатика, Сохатого, Бродяги и Хвоста. Грызите гранит науки сами, даже если вы — дама сердца того самого оленёнка».
— Оленёнка? — тихо переспросила Маргарет.
Гарри слегка подпрыгнул на месте, затем обернулся и поприветствовал её.
— О, это они про меня, — усмехнулся он. — Я пытался вытянуть из них хоть какие-то сведения на правах сына Сохатого ну, или сына того парня, с которого списали одного из создателей, но номер не выгорел.
— Ваш отец? — подтолкнула его к рассказу Маргарет.
Разумеется, она знала, что его воспитывали совершенно допотопные родственнички, но была вынуждена признать, что о его настоящей семье ей известно прискорбно мало. Впрочем, и сам Гарри знал не больше… во всяком случае, не больше того, что положено знать ребёнку о родителях.
— Да, — сказал Гарри. — Он состряпал эту карту ещё в школе.
— В те времена, когда он… замышлял шалости? — поинтересовалась Маргарет, заинтригованная фразой-паролем.
— Он был тем ещё проказником, — Гарри пожал плечами. — Хотя это вовсе не обязательное условие. Я-то частенько использовал карту во благо.
— Как бы то ни было, я принесла любопытную почту, добрый господин. Тут одна просьба.
— От кого она? — спросил Гарри, отрываясь от карты Хогвартса, пока Мэри засыпала её целым ворохом диагностических заклинаний.
— Некий мистер Криви. Отец Денниса.
— Денниса? — переспросил Гарри, и его глаза едва заметно расширились.
Он взял письмо и погрузился в чтение. Спустя пару мгновений добавил:
— Я сам с ним поговорю. Похоже, нам стоит готовиться к приёму гостей.
Маргарет мысленно вздохнула: это явно спутает ему все карты в расписании, не говоря уже о том, что юная мисс Астория Гринграсс тоже собиралась нанести визит, если только этот визит не перерастёт в ПМЖ.
* * *
Гарри довольно быстро пришёл к выводу, что искусство картографии — явно не его призвание. Даже с магией под рукой, избавлявшей от необходимости рисовать всё вручную или пытаться заставить камеру работать на глубине в несколько тысяч футов, процесс не приносил особого удовольствия. Он проникся ещё большим уважением к Мародёрам, сумевшим нанести на карту весь Хогвартс и, судя по всему, совершенно самостоятельно.
Надо признать, Гарри замахнулся на проект куда масштабнее Хогвартса, хотя и без движущихся лестниц (пока что). Если он окончательно не возненавидит один лишь вид незавершённых карт, то, пожалуй, попробует создать для Доггерленда нечто вроде Карты Мародёров.
«Было бы неплохо держать всё под контролем», — подумал Гарри. Разумеется, он не собирался превращать остров в подобие тотальной слежки в духе Большого Брата, но если одних только защитных чар окажется недостаточно, карта определённо станет отличным подспорьем.
Погружаясь всё глубже в недра Атлантиды, Гарри обнаруживал всё новые жилые кварталы, что впрочем было вполне ожидаемо, а также нечто похожее на рынки: просторные открытые площади и здания, напоминавшие склады. Никаких рыночных прилавков или чего-то подобного не сохранилось, и Гарри резонно рассудил, что они сгнили в труху ещё вечность назад. На стенах некоторых зданий всё ещё красовались мозаики с изображениями товаров, которыми здесь когда-то торговали.
Он проплыл мимо того, что счёл производственным центром: разрушенные горны и печи, которые уже никогда не будут разожжены, но, как ни странно, он так и не нашёл ничего из крупных построек, которе ожидал увидеть: ни дворцов, ни храмов, ни магических комплексов. Гарри не верил, что в городе такого масштаба и сложности не было ни дворянства, ни укоренившихся магических институтов. Скорее всего, дело было в том, что в этой чернильной тьме обзор оставался слишком ограниченным, так что прямо над городом мог возвышаться исполинский храмовый комплекс, а он его попросту не видел в упор.
По мере того как он продвигался к центру города, разрушения становились всё более катастрофическими — такими, что их не спишешь даже на самые суровые испытания временем. Плиты мостовой потрескались и вздыбились в совершенно неестественных позах, дома были буквально смяты в гармошку… Гарри находил это крайне тревожным, тем более что в центре повреждения были куда сильнее, чем на окраинах. Похоже, мифы о том, что атланты сами навлекли на себя гибель, возникли не на пустом месте.
В окружающей его кромешной тьме было чертовски трудно заметить даже очевидные вещи. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что дорога под ним просто исчезла, оставив его в абсолютной пустоте. Отплыв назад, он снова нащупал край мостовой и начал осторожно прощупывать периметр гигантской расщелины.
Через огромную часть города тянулся разлом или скорее рваная рана с зазубренными, хаотичными краями. Гарри мог лишь догадываться, сколько зданий этот разлом проглотил целиком, но попадались и наполовину уцелевшие дома с развороченными стенами и обнажёнными внутренностями комнат.
Что ж, это было определённо нечто более осязаемое, чем просто «падение из-за гордыни». Впрочем, гордыня всё равно могла быть замешана — та самая, что в итоге и привела к появлению этой катастрофической бреши.
Как бы то ни было, Гарри совсем не хотел, чтобы нечто подобное случилось с ним самим, хотя и вынужден был признать, что тайна выглядела интригующе. Правда, за ним и раньше водился один грешок: он никогда не умел вовремя остановиться, когда дело пахло опасными секретами.
Когда настал час встречи, Гарри наконец увидел этого человека воочию. Мистер Криви выглядел совершенно измождённым, и Гарри прекрасно понимал причину этого. Он и представить не мог, что значило бы потерять Тедди, а этот человек пережил гибель Колина.
Тот тихо ждал в пустом общественном парке, скармливая птицам крошки. Стараясь их не спугнуть, Гарри подошёл и присел рядом.
— Вы мистер Криви?
— Да. А вы, стало быть, Гарри Поттер? — он мельком окинул Гарри взглядом, прежде чем протянуть руку для рукопожатия. Гарри не был уверен, осознаёт ли мужчина, что его пальцы дрожат.
После тягостной паузы мистер Криви заговорил снова:
— Вы ведь знаете, каков этот магический мир на самом деле? Какие у него… перспективы, если говорить о моём сыне?
— Я… не совсем уверен. У меня есть друзья в Министерстве. Если хотите, могу свести вас с ними.
— В Министерстве? — мистер Криви горько усмехнулся. — Уж простите, но у меня есть определённые сомнения насчёт того, стоит ли отдавать сына на службу тем, кто позволил его брату погибнуть.
— Справедливо. Полагаю, именно поэтому вы и обратились ко мне.
— Как вы думаете, вы могли бы что-то для него сделать? Хоть что-нибудь? — голос мистера Криви стал почти умоляющим. — Понимаете… я хочу для него лучшего. Хочу помочь, но просто не знаю как.
Гарри это было прекрасно знакомо, пусть даже речь шла о крестнике, а не о родном ребёнке.
— Что ж, я могу взять Денниса под своё крыло, если хотите, — предложил Гарри. — И если пожелаете, вы тоже можете поехать с нами.
Мистер Криви немного приободрился, хотя по понятным причинам всё ещё выглядел так, что краше в гроб кладут. Крохотная часть Гарри едва не поддалась порыву отдать ему Воскрешающий Камень, но здравый смысл тут же зарубил эту идею на корню. Гарри не был психологом, но понимал, что для человека в таком состоянии встреча с призраком обернётся катастрофой.
* * *
Деннис, конечно, слышал слухи о Доггерленде. Он следил за газетными заголовками, но особо ни на что не рассчитывал. Примерно так маглы фанатеют от знаменитостей. Читаешь о них, обсуждаешь, но даже не мечтаешь однажды оказаться рядом… И всё же отцу каким-то образом удалось уговорить Гарри пригласить их обоих.
Всё это неуловимо напоминало поездку в отпуск вплоть до того, что они нашли совершенно глухое местечко на побережье. Правда, прибыли они сюда вовсе не для того, чтобы пару дней греть пузо на солнце: их должны были забрать.
Впрочем, любые планы на солнечные ванны почти сразу зарубил на корню густой туман, поваливший с моря. Ну всё, это точно Гарри.
Деннис вглядывался в линию горизонта — вернее, в то, что от неё осталось в таком молоке, ожидая… честно говоря, он и сам не знал чего. Может, стоило задрать голову и высматривать метлу или что-нибудь в этом духе?
А потом он заметил след на воде — кильватерную струю, которая всё росла и ширилась, пока из пучины не поднялся корабль. С его металлических бортов потоками стекала вода. Его отец невнятно пробормотал что-то вроде «Боже мой…», пока судно медленно приближалось к берегу. Наконец оно остановилось на приличном расстоянии, хотя, судя по последним слухам, Гарри вполне мог бы снять его с мели одним щелчком пальцев, и с палубы спикировала фигура, восседающая на… ковре-самолете?