Глава 1842

Обширная дикая местность, заброшенная и без единой травинки. Насколько хватало глаз, повсюду простиралась серая и бесплодная земля.

Однако, так было до недавнего времени.

Курурурунг!

Раздался грохот, и земля затряслась. Наконец, она треснула и обрушилась тяжёлыми слоями. Образовавшаяся холмистая местность оказалась очень широкой. Посреди обновлённого пейзажа добавился цвет… яркое красно-оранжевое свечение, вызванное лавой, стекающей по каждой щели ужасно поврежденной земли.

— Ки-кик… Не могу поверить…

В центре недавно образовавшейся холмистой местности неподвижно лежал демон, причём полностью погруженный в лаву. Изначально это был великий демон.

Однозначный великий демон, который использовал свою собственную силу, чтобы занять 9-ый трон, ставший вакантным после Великой войны между людьми и демонами. По призыву Баала он бросился в город, но подвергся атаке мага. Затем его заставили обороняться и лишили трона.

Это пришло от Баала. Трон, который демон занял исключительно своей собственной силой и который, как он считал, полностью принадлежит ему, покинул его в тот момент, когда Баал пожелал этого.

«С самого начала я танцую на его ладони… Кукук».

Демон, ставший великим демоном, Далтонджул, рассмеялся. Однако, он ненавидел Баала, а не мага, стоявшего прямо перед ним и доведшего его до такого состояния.

— Проблема в том, что ты, демон, доверился и посвятил свою верность другим, — наступив ему на плечо, заговорил Брахам.

Он явно насмехался, как будто разговаривая с демонами, которые должны были откуда-то с расстояния наблюдать за этой сценой.

— Разумно ли злому демону, который любит обманывать и причинять вред другим, доверять и служить им?

Демоны легко предавали друг друга и должны были помнить, что сами всегда могут быть преданы другими. Однако все служившие Баалу демоны доверяли ему. Они служили ему, как будто он был монархом, родителем и учителем. В этот момент они казались не злыми демонами, а невинными существами и имели исключительно позитивный взгляд на мир.

— Да… так не должно было случиться. Так почему… — бормотал Далтонджул с яростно трясущимися глазами. Он выглядел сбитым с толку. Почему он доверял Баалу и был ему верен? Какую бы благосклонность ни оказал ему Баал, правильнее было сомневаться и мечтать о предательстве.

Но он этого не сделал. Ему промыли мозги, не зная об этом? Как он ни оглядывался и ни пытался вспомнить, никаких признаков этого не было.

«Они от природы не злые», — кое-что понял Брахам, посмотрев на сбитого с толку демона.

Настоящий ад был искажён и развился в совершенно иную форму, отличную от намерения Ятана создать это место в качестве «убежища» для мёртвых.

Итак, были ли демоны изначально злыми? И вообще, называли ли их сразу демонами?

Говорили, что ад прошлого, который Грид видел в Гробнице Бездетного Призрака, не сильно отличался от земли. Он существовал так же обыденно, как безопасные зоны, где находились статуи Ятана. Да, сначала «демоны» были нормальными. Не было никаких причин, по которым существа, рождённые в аду, должны были рождаться злыми. Как и люди земли, некоторые из них были добрыми, а другие — злыми. Разумно было предположить, что демоны и демонические существа ада также имеют разную природу.

«И я этому прямое доказательство. Я, Брахам, хороший, хотя и родился от великого демона Бериаче».

— …

Высший Меч, расположившийся прямо за холмами и вместе с Хуроем и Лаэллой наблюдавший за ситуацией, внезапно нахмурился. Его разозлило задумчивое лицо Брахама, который всё ещё стоял, наступив ногой на демона.

— Ты завидуешь его красивой внешности? — отметила Лаэлла, прочитав изменение на лице Высшего Меча.

— У такого человека, как я, нет причин завидовать лицам других людей. Как бы это сказать… Мне вдруг стало плохо. Разве тебя не раздражает сегодняшний взгляд Брахама? — покачал головой Высший Меч.

— А разве это не ревность? Для ревности у тебя очень правильное лицо.

— Я согласен с Лаэллой. Но кроме этого, взгляд Брахама действительно отличается от обычного. Его глаза прозрачные и блестящие… не подходит…

— Верно?! Я уверен, что он думает о чём-то странном.

— Ты хочешь сказать, что он может снова начать троллить?