Глава 34

Троица единым порывом двинулась туда, где в камень был вонзён таинственный меч. Их шаги глухо отзывались эхом, отражаясь от грубого камня и влажной земли. Омелум с призрачным изяществом парил над рудничной платформой, без усилий скользя по воздуху, а Бларг, пробормотав заклинание, взмыл ввысь мощным прыжком, который перенёс его через опасный участок. Алекс же избрал более осторожный путь, цепляясь за каменную стену и медленно продвигаясь вдоль неё. Прыжок был бы быстрее, но привлёк бы слишком много внимания к его способностям — лучше было перестраховаться.

Когда они добрались до места, над ними повисла напряжённая тишина. Меч, чья рукоять тускло поблёскивала в полумраке Подземья, торчал из скалы, словно реликвия из иного мира. Он был одновременно прекрасен и жуток, и от него исходила аура силы, которую невозможно было не заметить. Бларг подошёл первым — его учёное любопытство сквозило в том, как тщательно он осматривал всё вокруг. Омелум последовал его примеру; щупальца свежевателя разума подрагивали, ощущая скрытую энергию меча.

Бларг извлёк из своей робы увеличительное стекло, и линза поймала тусклый свет, когда он поднёс её к мечу, чтобы рассмотреть его поближе. Он прищурился, вчитываясь в изящную надпись, вырезанную на клинке.

— Это меч дроу, — задумчиво пробормотал он с оттенком благоговения в голосе. — Судя по мастерству исполнения и тому, что надпись сделана недавно, это не столько оружие, сколько произведение искусства. — Он сделал паузу, слегка нахмурившись. — Гравировка гласит: «Хоть я и вынужден покинуть тебя, я буду вечно танцевать в свете Эйлистри».

Слова, загадочные, но полные глубокого смысла, повисли в воздухе.

— Кто такая Эйлистри? — спросил Алекс.

«Богиня красоты, песни, танца, свободы, лунного света, владения мечом и охоты в пантеоне дроу. Она — маяк света для тех, кто ищет искупления, символ надежды и изящества. Судя по мягкому белому свечению, она благословила этот меч», — прозвучал в разуме Алекса холодный и чёткий телепатический голос Омелума.

Алекс кивнул, усваивая информацию. Меч с его неземным сиянием и священной надписью, казалось, пульсировал собственной жизнью, будто чего-то — или кого-то — ждал. Тем временем Бларг продолжил осмотр, выискивая любые признаки проклятия или ловушки.

— Похоже, на мече нет ни проклятий, ни ловушек, — уверенно заключил он. — Чтобы вытащить его, можно предложить немного крови или просто потянуть. Но я подозреваю, что ты сможешь извлечь его без особого труда.

— А ты уверен, что меч не сломается, если я потяну слишком сильно? — спросил Алекс, его рука замерла над рукоятью. Мысль о том, что он может разрушить такой искусно сделанный клинок, заставляла его медлить.