3.

С того момента, кажется, что-то меняется. Не возникает ни ссор, ни разговоров на личные темы, но есть понимание, что у них схожая судьба, как у тех, у кого остановились счётчики, что они оба потеряли своих предназначенных. Одно только то, что они могут понять боль, через которую прошли, то, что смогли встретиться среди миллиардов живущих на этой планете, уже само по себе разновидность удачи – чудо. Возникшее, возможно, потому, что неосознанно, но всё же они искали друг друга, ведь в отличие от окружающих их людей, Тэхён и Чонгук, одинокие и потерянные души, могут положиться только на самих себя.

Тэхён раскрывается ему всё больше и больше. Он становится менее осторожничающим, свободнее смеётся и улыбается. Чонгук думает, что вряд ли когда-нибудь ещё увидит такую же красивую улыбку и услышит такой же яркий смех, какими обладает Тэхён. Он чаще шутит и дурачится, и Чонгук даже может сказать, что старший рассуждает по-детски невинно, когда несерьёзен или не подавлен своей работой.

И Чонгук. Чонгук впервые спустя столько лет позволяет кому-то, кроме семьи и Чимина, перебраться через стены, которые он, спасаясь, упорно возводил вокруг себя. Более того, Тэхён становится гораздо ближе, чем простые знакомые с отношениями в стиле «привет»-«пока».

Впервые с тех пор, как замер его счётчик, Чонгук находит нового друга.

***

Чонгук поочерёдно прячет свои голые руки в карманы куртки, пока слоняется без дела возле школьных ворот. Он чувствует, как замерзает его задница, несмотря на подходящую погоде одежду, и надеется, что Тэхён поторопится и выйдет прежде, чем Чонгук отморозит себе что-нибудь.

хён, ты где?

только закончилась лекция. а что?

…

эй, я спросил, чего ты хочешь.

выходи скорей, мне холодно.

??????

Не проходит и пяти минут, как Чонгук видит в толпе студентов знакомую съёжившуюся фигуру в длинном карамельном пальто и чёрной вязаной шапочке, торопящуюся к воротам.

Тэхён немедленно подбегает к нему, тяжело дыша и глядя вопрошающим взглядом, его щёки розовеют от холода, и Чонгук не может ничего поделать с мыслями о том, как очаровательно выглядит старший.

— Зачем ты пришёл? – выпаливает Тэхён спустя несколько слишком долгих секунд, в течение которых оба молча смотрели друг на друга.

Чонгук приподнимает бровь:

— Нельзя?

— Нет, погоди, я забыл, что мы должны были сегодня встретиться? – спрашивает Тэхён, нахмурившись, чем вызывает у Чонгука тихий смешок.

Он улыбается и качает головой, прежде чем прокашляться и взять Тэхёна за руку, чтобы передать ему стаканчик:

— Горячий шоколад. Ты ведь так усердно готовишься к экзаменам.

Тэхён, удивившись, смотрит на него широко открытыми глазами, а затем на лице появляется смущённая квадратная улыбка, и Чонгуку становится немного теплее от неё и от морщинок в углах тэхёновых глаз.

— Так ты пришёл сюда в такую погоду только для того, чтобы дать мне горячий шоколад, потому что я усердно тружусь для экзаменов, – тон у старшего чуть-чуть насмешливый, и Чонгук чувствует, что его щеки горят от смущения, потому что Тэхён ведёт себя совсем непривычно.

— Ага. Или мне запрещено быть к тебе внимательным? – «Я хотел увидеть тебя». Тэхён громко смеётся, растягивая губы в ещё более широкую улыбку, что кружит голову и размывает картинку перед глазами, поэтому Чонгуку приходится часто моргать, чтобы прийти в себя.

— Ты такой милый, Чонгук-а, – лопочет старший, а Чонгук, потерявшийся в блестящих от счастья тэхёновых глазах, не может смутиться ещё больше. – Ты, должно быть, долго ждал. Взгляни на свой нос! – голос Тэхёна полон беспокойства, когда он толкает стаканчик обратно Чонгуку в руки и разматывает шарф с шеи.

Чонгук отступает на шаг назад и открывает рот, чтобы возразить, но Тэхён поддразнивает его:

— Хочешь стать красноносым оленем-Чонгуком?

— Я не олень! – без особого энтузиазма отмахивается он.

Тэхён игриво усмехается:

— Тогда кролик?

— Хён! – раздражённо стонет Чонгук.

— Не возмущайся, Гуки, я просто не хочу, чтобы ты замёрз.

Чонгук ворчит, но всё равно выполняет его требование. Лучше бы замёрз он сам, чем Тэхён, но голос старшего звучит очень взволнованно, поэтому Чонгук соглашается, лишь бы его успокоить. Он чувствует странное тепло от того, как Тэхён суетится вокруг него; от того, насколько близко он стоит, когда укутывает шарфом его шею, так, что Чонгук ловит своими щеками тёплое дыхание. Сердце слишком громко стучит в груди, и он, волнуясь, что Тэхён сможет услышать, мучает свою нижнюю губу. Но Чонгук ни о чём не жалеет, потому что запах Тэхёна щекочет ноздри, пока он идёт рядом с ярко улыбающимся старшим, который заставляет его таять изнутри, а всё вокруг окрашивает в яркие цвета.

Оно того стоило, потому что Тэхён улыбается ему, для него и из-за него.

***

Перед уходом из лаборатории Чонгук кланяется начальству и машет своим коллегам. Только что закончилась его смена, и время близилось к полуночи. Декабрьская ночь холодна, и улицы почти безлюдны. Осторожно шагая по ледяной дороге, он подумывает свернуть в продуктовый и купить еды, но в последнюю минуту отказывается от этой затеи. Дома ещё остался рамён, его и съест.

Здание выглядит пустым и притихшим, Чонгук заходит и тащится по тёмному коридору до двери в свою гошивон. Зрелище, которое предстаёт его взгляду, когда он переступает порог, переполняет его эмоциями. Повсюду, даже по кровати, разбросаны листы документов, на краю стола стоит чашка рамёна, и за ним, сгорбившись, сидит человек его мечты, заставляющий трепетать сердце.

— Хён, – зовёт Чонгук, закрывая дверь.

Тэхён тут же поворачивается, и знакомая улыбка сияет на лице, как только он замечает Чонгука:

— Добро пожаловать домой.

Что-то в этих словах зацепило чонгукову душу. Он всегда возвращался домой как в прибранную, аккуратную, но безжизненную комнату. А теперь есть тот, кто встречает его с радушными приветствиями. Гошивон становится похожей на место, где действительно кто-то живёт, и его бессмысленная тёмная жизнь всё больше наполняется светом с тех пор, как в ней появился Тэхён. Сейчас Чонгук и правда чувствует себя дома.

— Я вернулся, – шепчет он, подходя ближе к Тэхёну. Старший выглядит очень уставшим. Слишком заметны мешки под его глазами, и сами глаза красные, глядят слегка потерянным взглядом. Волнение когтями вонзается в грудь Чонгука. – Ты устал.

Тэхён зевает и бормочет:

— Мои занятия отменили, так что я сам занимался – со скольки? С трёх примерно?

— Ложись спать, хён, – неодобрительно хмурится Чонгук. – Почти полночь, хватит на сегодня учёбы.

Старший затихает на мгновение, а потом выдыхает:

— И правда, дай я только… – он встаёт и начинает собирать свои вещи.

Чонгук наблюдает, как постепенно исчезают тэхёновы бумаги, и почему-то ему совсем не нравится вид пустого стола. Поэтому он говорит первое, что приходит на ум:

— Оставайся.

Тэхён останавливается и смотрит на него:

— Что?

— Оставайся на ночь, – «Останься со мной».