Глава 50

Хотя это было в далёком прошлом, Виктор до сих пор отчётливо помнил вопрос, который ему задали, когда он был совсем маленьким. Было почти иронично думать, что тот же Грэм, что и сегодня, тогда дал такой ответ. Вопрос был простым: «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?» Это распространённый вопрос, который многие дети слышали в какой-то момент своей жизни.

Тогда, как и любой нормальный ребёнок, Грэм ответил, что хочет заработать много денег, чтобы помочь своим родителям. Конечно, Грэм того времени и не подозревал, что год спустя у него не будет семьи, которой он мог бы помочь. Вся его семья была убита аномалией. В тот день что-то умерло и в самом Грэме. Всё, во что он верил, рухнуло вместе с привычной ему жизнью.

Грэм стал одержим. Вопросы вроде «Почему существуют аномалии?» или «Действительно ли люди являются доминирующей расой? Можем ли мы утверждать это, когда всё, что мы делаем перед лицом таких существ, как аномалии, — это наблюдаем, анализируем и молимся, чтобы они не вышли из-под контроля?» начали занимать его мысли. Вероятно, примерно в то время Грэм начал смотреть на мир по-другому.

Действительно ли у жизни есть цель? Мы рождаемся, работаем и, если нам повезёт, с годами сколачиваем немного денег, может быть, даже заводим семью. Но в чём смысл всего этого? В конце концов, люди умирают. И не только люди — каждое живое существо рано или поздно приходит к концу, следуя неизбежному ходу природы. Однако есть те, кто, кажется, находится вне этого цикла, существа, которые бросают вызов законам природы, словно живут по собственным правилам.

Возможно, из-за того, что он обнаружил этих существ так рано, Грэм стал одержим ими. Чем они отличались от людей? Откуда они взялись? Как устроены их биологические структуры? Было ли это магией? Грэм не исключал никаких возможностей. Для него не имело значения, если что-то нельзя было объяснить с научной точки зрения, — если это можно было понять, этого было достаточно, чтобы приблизиться к тому, что он искал. Но в конце концов, что именно Грэм пытался найти?

Хотя в начале у него была чёткая цель, с годами она становилась всё более отдалённой. Теперь Грэм продолжал своё путешествие не по собственному желанию, а потому что чувствовал, что пути назад нет, и он не вернётся. Если в конце ему суждено умереть, пусть это произойдёт, когда он увидит то, что видят аномалии.

Короче говоря, Грэм не был заинтересован в том, чтобы защищать мир или раскрывать общественности правду — для него это не имело большого значения. Что действительно двигало Грэмом, так это поиск истины, правды об аномалиях. Он прекрасно понимал, что иногда знание чего-то может быть не самым мудрым выбором, но что он мог сделать? В конце концов, это были просто бредни сумасшедшего.

Конечно, Грэм не считал себя сумасшедшим; по его мнению, мир был безумен, потому что был таким, какой он есть. Существа и необъяснимые явления, которые бросали вызов даже миллиардам лет знаний, накопленных человечеством, свободно бродили по планете. Происходили бессмысленные смерти, и всё это скрывалось глобальной организацией.

— Эй, братишка, ты сегодня ведёшь себя особенно странно. Не то чтобы ты и так не был немного странным, но, хе-хе, неужели ты окончательно съехал с катушек?

Голос, эхом разносившийся по тёмным залам заброшенной церкви, привлёк внимание Грэма. Нахмурившись, он повернулся в сторону звука, доносившегося откуда-то сверху. Коридор вокруг него уже лежал в руинах, а в самой церкви были заметны явные признаки запустения, накопившиеся за долгие годы.

В этой обстановке маленькая девочка, сидевшая на подоконнике, казалась неуместной. На ней было струящееся белое платье, и она покачивала ножками взад-вперёд, сверкая тревожной, ненормальной улыбкой в сторону Грэма.

Несмотря на царившую вокруг темноту, её белая фигура выделялась на фоне неба, словно светящаяся точка. Однако Грэм не изменил выражения своего лица ни на йоту; он просто прошёл мимо неё, полностью игнорируя.

— Малыш, ты так разговариваешь со своей старшей сестрой? Хе-хе. Но теперь, когда я об этом думаю, может, ты и прав. Мой бедный маленький Грэм… Прошло столько лет, а он всё ещё верит, что у нашей смерти была какая-то высшая цель.

Из темноты раздался ещё один голос. На этот раз это была взрослая женщина с чертами лица, которые, несмотря на возраст, всё ещё сохраняли юношескую красоту. Как и девушка, она была одета в длинное белоснежное платье. От слов женщины у Грэма слегка приподнялись брови, и он на мгновение остановился, но быстро продолжил идти по разрушающемуся коридору.