Глава 51

— Эми, ты ведь знаешь, что я помню свою прошлую жизнь?

— «Да… но я не понимаю, к чему вы клоните. Пожалуйста, не делайте того, о чем я думаю».

— Душа — хранительница воспоминаний и чувств. А во мне их… две, — Эми молчала, и я чувствовала ее нарастающую панику. — Душа Эмили, моего прошлого «я», и душа Марты. Хоть мы и один человек, наши души совершенно разные. Чтобы получить Камень Души, я должна пожертвовать частью себя… И эта часть — Эмили. Та, что хранит все воспоминания о моем прошлом мире, о моей первой семье, о моей первой жизни.

— «Но… это значит… вы… вы убьете часть себя!»

— Это значит, что я забуду все. Забуду, кем была. Забуду маму, папу, братьев. Все до последней мелочи. И что мое нынешнее «я»… оно изменится, станет другим, — с горечью вздохнула я. — Цена чудовищно высока.

— «Тогда не делайте этого! Умоляю! Мы найдем другой способ!»

— Эни говорила, что мое решение принесет с собой много хороших сюрпризов, — я позволила себе слабую, вымученную улыбку. — И что я буду счастлива.

— «Все равно! Не делайте! ПОЖАЛУЙСТА! Я не смогу… я не смогу без вас, той, которую знаю!»

— Такое чувство, будто ты плачешь, Эми. Но не надо. Все будет хорошо, я обещаю.

— «Мисс, я умоляю вас… не бросайте меня».

— Я — девушка с суицидальными наклонностями в прошлой жизни, которой было больше двадцати пяти (наверное), а теперь — дочь Тони Старка и реинкарнатор в чужом мире. Если я смогла пережить все это, то и с этим справлюсь. — Я резко повернулась к Красному Черепу, обрывая наш внутренний диалог. — В обмен на Камень Души я отдаю душу той, кого звали Эмили.

— Ты уверена? — он бесстрастно склонил голову набок. В его пустых глазницах не было ни сочувствия, ни осуждения. Лишь вековая пыль и бесконечная тоска.

— «Мисс… нет…»

— Не сердись, Эми. Уверена, — я заставила себя улыбнуться ему.

Красный Череп щелкнул костяшками пальцев. Мир взорвался ослепительно-белым, нестерпимым светом. Я почувствовала не просто боль, а чудовищный, разрывающий толчок изнутри, будто из моей груди вырвали что-то живое, теплое и трепещущее. Воспоминания… они не таяли, они вспыхивали и обращались в пепел. Лицо мамы, ее улыбка. Смех братьев, когда они щекотали меня. Запах дома после дождя. Первое «люблю тебя». Последнее «прощай». Все это превращалось в дым, в ничто, оставляя после себя зияющую, кровоточащую пустоту. «Правильно ли я поступила? Господи, правильно ли?!»

Внезапно все прекратилось. Я стояла на коленях в черной пыли, далеко от утеса, задыхаясь и кашляя. В сжатой ладони лежал тяжелый, теплый, пульсирующий мягким оранжевым светом камень. Камень Души.

По моим щекам катились слезы. Мозг отчаянно сигналил о катастрофической потере, о зияющей дыре в самой сути моего существа, но я не могла понять, что именно потеряла.

— «Мисс?» — голос Эми был тихим, испуганным.

— Эмили, — прошептала я, сама не зная почему. Имя показалось чужим.

— «Как вы себя чувствуете?»

— Я знаю, что что-то забыла. Что-то очень важное. Как будто… как будто у меня ампутировали часть души. Но я не могу… не могу вспомнить.

— «Агенты Наташа Романофф и Клинт Бартон поднимаются на гору».

— Веди меня к ним, — я с трудом поднялась на ноги, пошатываясь. Натянула капюшон на самые глаза, чтобы скрыть заплаканное лицо.