Глава 53

— Ребята, ну пожалуйста! — устало взмолилась я, чувствуя себя беспомощным, но очень ценным трофеем, который несут с поля боя.

— Нет, — с ангельски-невинной улыбкой ответил Ноа, крепче перехватывая меня под коленями. Его лицо было воплощением заботы и непреклонности.

— Да ладно, уже почти не болит! Честное слово!

— Отлично, значит, наш метод принудительного отдыха помогает, — весело хмыкнул Харриет, поправляя мою голову у себя на плече. От него пахло свежей травой и солнцем.

— Но это так неловко! Все же смотрят! — я забарахталась в их надежных руках, пытаясь обрести хоть каплю достоинства. Мимо пробегали дети, пожилые пары бросали на нас умиленные взгляды, и щеки начинали гореть.

— Если бы ты не дрыгалась, как пойманная рыба, не было бы так неловко, — с философским спокойствием заметил Эллиот, который замыкал нашу процессию, словно почетный караул.

— Эллиот? — я обиженно надула губы, метнув в него испепеляющий взгляд.

— Что, мелкая? — он ухмыльнулся, ничуть не смутившись. — Наслаждайся моментом. Не каждый день тебя носят на руках четыре красавца.

— Опустите меня! Немедленно! — взвизгнула я, переходя к ультиматумам.

— Только если пообещаешь вести себя прилично, не бегать и не наступать на больную ногу, — спросил он, и вся процессия синхронно остановилась посреди парковой аллеи.

— Господи, я вам что, мешок с картошкой?! — возмутилась я, как только мои ноги коснулись спасительной земли. Я демонстративно отряхнула джинсы, словно после долгого и пыльного путешествия, и гордо вскинула подбородок.

— Ты проспала неделю, Марта. Неделю! Это нормально, что мы волнуемся. К тому же, ты умудрилась подвернуть лодыжку, играя в догонялки с Питером, буквально через час после того, как тебе разрешили встать на ноги, — терпеливо, как маленькому и неразумному ребенку, объяснил Ноа.

— Во-первых, вы что, не видите? Я могу прекрасно ходить. — Я сделала несколько преувеличенно бодрых, хотя и слегка прихрамывающих шагов. — А во-вторых, проспать неделю — это, по сути, кома.

Все трое мгновенно посерьезнели, их веселые лица окаменели, а в глазах появилась тень того страха, который они, должно быть, испытывали все это время. В воздухе повисла тяжелая, неловкая тишина.

— Но кому какое дело, правда? — нервно пробормотала я, поняв, что ляпнула лишнего и задела их за живое.

Эллиот тяжело вздохнул, и его широкие плечи опустились.

— Пожалуйста, не упрямься. Мы правда очень за тебя волновались, — он грустно улыбнулся, и в его глазах я увидела такую неподдельную тревогу, что стало стыдно за свое легкомыслие.

— Мы даже по твоим дурацким шуткам соскучились, — сказал Харриет, по-братски взъерошив мне волосы.

— Мои шутки не дурацкие! Они гениальны в своей простоте! — возмущенно крикнула я, радуясь возможности сменить тему.

— Тогда расскажи одну, — предложил Питер, до этого молчаливо наблюдавший за сценой.