Глава 267

Внезапно настроение разительно изменилось.

Сад заполнился напряженной атмосферой, полностью вытеснившей недавнюю приятную и радостную расслабленность.

— Божественный гнев Девезиса покарает тебя, наглец! – поднял голос кардинал Герберт, придавая своему лицо грозной уверенности, которую он на самом деле практически не испытывал.

Однако незнакомец в зеленой одежде даже не шевельнулся, не говоря уж о том, чтобы убрать оружие от его шеи.

— Божественный гнев Девезиса, говоришь? – отозвался он негромким, но полным угрозы голосом. – Я не верю в Девезиса.

И легким движением левой руки он скинул с головы капюшон, скрывавший его лицо.

Лицо, которое определенно не принадлежало привычному миру.

— Ах! – удивленно выдохнули сразу несколько из гостей.

Многие переглянулись – кто с пониманием, кто с испугом, а кто с искренним недоумением.

Незнакомец в зеленом не был человеком. Его остроконечные уши и почти противоестественно белоснежная кожа были тому самым очевидным свидетельством. Алые губы дополняли утонченные черты лица, придавая мужчине элегантной, сверхъестественной красоты.

Внешность, буквально приковывавшая к себе взгляды.

— Эльф? – нахмурился Герберт.

Он слышал о том, что эльфы, исчезнувшие пять сотен лет тому назад, якобы присоединились к лагерю Лэнцепхила во время войны, но эти новости считались непроверенными и неподтвержденными слухами, которые никто не воспринимал всерьез.

В любом случае, до этого момента никто даже не упоминал о появлении эльфов где-то вне пределов ведения боевых действий.

Лицо Герберта приняло ожесточенное и недовольное выражение.

«Эльфы не верят ни в богов, ни в демонов»

Этим, конечно, они очень отличались от людей. Как, собственно, и их отношение к божественным эмиссарам.

Так что запугивать остроухого – конкретно этого или же любого другого – именем Девезиса просто не имело смысла.

«Проклятье!»

Герберт понял, что оказался в крайне щекотливом положении. Его священники и монахи выглядели растерянными и боялись даже двинуться лишний раз.

Ситуация, мягко говоря, возникла сложная и двусмысленная.

— Лэйхем, достаточно, прошу тебя, — вдруг прозвучал мягкий, но полный силы голос.

Роан, поощрительно улыбнувшись, кивнул эльфу. Тот, поколебавшись, все же отступил, убирая клинок с шеи кардинала.

На нечеловеческом лице застыла гордая почтительность, лишенная каких бы то ни было признаков подобострастия или же принуждения.

— Эльф выполняет приказы Роана? – не сдержавший, прокомментировал Герберт, почти машинально поглаживая рукой кожу на своей шее.

Гордый эльф подчиняется приказам человека? Крайне необычный поворот событий.

На самом же деле отношения между Роаном и эльфами были куда сложнее и тоньше, чем могло показаться на первый взгляд.

Эльфы живут намного дольше людей. И если судить по возрасту, то Лэйхем был в разы старше Роана. Однако Роан при этом являлся официальным мужем Писцисс, Эили Ринс, королевы эльфов.

Так что и Лэнцепхилу, и эльфам приходилось относиться друг к другу с максимальной тактичностью и осторожностью.

В конце концов, Роан искренне уважал эльфов, в то время как они сами нарекли его Ордин, что означало «Верховный главнокомандующий». Для них это было равносильно взрослому представителю их расы, достигшему высоких успехов благодаря своим неоспоримым талантам.

Впрочем, такое отношение было продиктовано не только тем, что Роан являлся мужчиной Писцисс. Он был закономерно признан сильнейшим из людей и довольно талантливым полководцем, который действительно смог доказать свои таланты на практике.

Одним словом, даже эльфы признавали в Роане монарха, приказам которого можно было следовать. Достойный правитель, чье слово имело вес.

Когда Роан подошел ближе, Лэйхем почтительно склонил голову.

Роан же не сводил взгляда с Герберта. В его глазах появилось странное выражение.

Герберт почти бессознательно сухо сглотнул, с трудом удерживаясь от инстинктивного желания отступить на шаг назад. В груди что-то неприятно сдавило.

Ощущение меча на шее исчезло, сменившись вдруг чем-то куда более опасным и зловещим.

«Роан Лэнцепхил…»

Этот мужчина определенно превосходил все циркулирующие о нем слухи.

Оказавшись прямо напротив него, кардинал осознал, что впечатлен. В какой-то момент в его душу даже закрались некоторые сомнения, которые он, впрочем, тут же постарался решительно пресечь.

«Нет! Я – Лев Святой Земли!»

Он не мог отступить или продемонстрировать свою трусость и слабость. Герберт сжал кулаки и вызывающе вскинул подбородок.

— Граф Лэнцепхил, для меня большая честь познакомиться с вами, — произнес он, стараясь держать себя в руках. Однако в самом конце его голос все же едва заметно предательски дрогнул.

«Проклятье» — тут же отреагировал мужчина, и заставил себя добавить в интонации чуть больше властности и уверенности.

— Опуститесь на колени перед эмиссаром Святой Земли, чтобы получить благословение.

«Я – Лев Святой Земли! Лев Святой Земли!» — мысленно повторял Герберт, словно молитву, которая должна была придать ему сил. Он пытался приободрить себя, но пока что получалось не особенно успешно.

Роан отреагировал на его слова смехом.

«Святая Земля…»

На самом деле отношения между Святой Землей и другими государствами континента были достаточно сложными и неоднозначными.

На первый взгляд, это была позиция равных.

Но реальность же была совсем другой.

Большинство империй и королевств официально признавали существование только одной Церкви – Церкви Девезиса. Большинство жителей континента являлись верующими, преданными Церкви Девезиса.

Монархи, дворянство, обычные граждане, крестьяне и даже рабы…

Все они были верующими, относившими себя к Церкви Девезиса.

Именно Святая Земля, а не империи Эстия или Люция, считалась самым могущественным образованием на континенте. Здесь решались мировые вопросы, строились грандиозные планы и создавалась политическая ситуация всего континента в целом.

В империи или королевстве, где Церковь Девезиса являлась представителем государственной религии, восхождение на престол в обязательном порядке требовало получения официального разрешения от Святой Земли.

Все было завязано на идее, что власть монарха – это власть от Бога.

На самом же деле, Святая Земля заняла место между королями и божеством. Святой посредник, чья власть превосходит власть любого монарха.

Конечно, изначально власть Церкви Девезиса и Святой Земли не была настолько могущественной и настолько широкораспространенной.

Возникла Церковь Девезиса на территории империи Эстия, как одна из многих религий, которых придерживались на континенте.