Глава 296

Калиан покачал головой.

Он так и не смог смириться с тем, что Лаций не только считал весь мир адом, но и в итоге превратил его в этот самый ад, попытавшись разрушить все срединные земли. Осталось только до конца разобраться, как ему это удалось.

— И как только люди отдали свои жизни за подобного урода?

Дракон выглядел огорченным и растерянным, словно действительно не мог этого понять.

Роан невесело рассмеялся.

— Сначала большинство верующих, которые безусловно доверяли доктрине и надеялись на возрождение Альянса Аймаса, старались оказывать сопротивление. Они отстраивали свои земли, прятали неугодных Святой Земле, пытались вести нормальную жизнь, но…

Он тяжело вздохнул, пытаясь заглушить воспоминания Темпестаса, вспыхнувшие перед его внутренним взором.

— Но наступила Великая Эра Войн, многие потеряли свои жизни, своих близких, свои дома и имущество, так что им просто не оставалось иного выбора, кроме как довериться Лацию. Потому что в те времена он и доктрина Телиана остались единственными, на что еще можно было положиться.

А тем временем сам Роан положил конец Великой Эре Войн, объединил континент и стал императором.

Разобрался он и с Церковью Девезиса.

Осознавая, как глубоко прогнила Святая Земля, Роан навел порядок, изгнав многих ее служителей. И это тоже сказалось. Пропажа целителей Девезиса оставила раненных на единственного, кто мог им помочь.

На Лация.

— Он воспользовался горем и болью людей. Худший из худших, — почти порычал Калиан, зловеще нахмурившись.

Хотя он и был Драконом, человеческие эмоции, надежды и чаяния были для него чем-то понятным и близким, ведь он смог глубоко погрузиться в человеческий мир.

— А что же произошло в твоей второй жизни?

Наконец, осторожно поинтересовался Калиан, когда первый гнев отступил, вновь возвращая ему ясность мышления.

Роан улыбнулся.

— Беспорядок, хаос и черт знает что.

Он вздохнул, вспоминая историю, показанную Темпестасом.

Все оказалось действительно запутанным и сложным.

В этой жизни Лаций довольно быстро поднялся наверх, пользуясь своими воспоминаниями о прошлом и будущем.

Например, он не пожалел сил, чтобы разослать лояльных последователей в каждую страну по всему континенту. Благодаря этому многие верующие переняли его точку зрения, став тенью Лация и противодействуя буквально всему, что могло бы привести к исходу событий той, первой жизни.

В процессе Лацию удалось притормозить развитие Роана, помешать его друзьям и последователям, испоганить буквально все, что могло бы в будущем привести хоть к какому-нибудь позитивному результату. В конечном счете Роан так и остался простым копейщиком, а ситуация в мире начала становиться все хуже и хуже, до тех самых пор, пока…

Конечно же, Роан был лишен любого шанса хоть как-то вмешаться в его зловещие планы, отправиться в Зерновые горы и повредить алтари.

— Любой мой шанс, любая возможность тут же пресекались. И даже если я пытался что-то сделать, мне тут же оказывали противодействие…

В конце концов, успешный в первой жизни, Роан оказался в ловушке вечного лабиринта в своей второй жизни.

Внимательно слушавший его Калиан тут же вскинул брови.

— Но зачем он так все усложнил? Не проще ли было сразу тебя прикончить, и дело с концом?

Вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз.

Роан понимающе кивнул.

— Да, я тоже думал об этом. Казалось бы, проще всего избавиться от меня и дело с концом, но… А вдруг бы я все равно вернулся в прошлое?

На его губах возникла странная улыбка.

— Я точно не уверен, но благодаря воспоминаниям Темпестаса…

— …Что? — напряженным голосом поинтересовался Калиан, склоняясь к нему ближе. На лице Дракона было написано такое заинтересованное выражение, что Роан просто не смог сдержаться.

Его улыбка становилась все шире и шире.

— Кажется, он не знал, в какое конкретно время я вернусь.

Конечно, это была лишь теория.

По воспоминаниям Темпестаса было достаточно сложно понять, насколько точно Лаций мог управлять временем и выбирать точки отсчета.

Можно было лишь строить предположения, основываясь на различных историях, разговорах, подсказках и ключах.

— Моя первая и вторая жизни стали различаться только тогда, когда я попал в Южный Региональный Корпус.

И в первой, и во второй жизнях Роан сначала попал под руководство виконта Бенджамина Дойла в Восточный Региональный Корпус.

В первой жизни дальше его перевели в Северный Корпус, тогда как во второй — в Южный, хоть и один из самых сильных подразделений в регионе, но все же отличавшийся одним очень важным моментом.

— В первой жизни я попал на территорию Зерновых гор и довольно неплохо ее изучил, не говоря уже о том, чтобы завязать нужные контакты с генералами и отличиться в сражениях. Но во второй жизни…

— Тебя перевели как можно дальше от Зерновых гор, — перебил его Калиан и понимающе улыбнулся.

— Да, верно. Потом, каким-то образом, я очутился в Восточном Региональном Корпусе и попал на восточную и северо-восточную границы.