Глава 297.1

— Но почему вы должны уходить… Пожалуйста, скажите нам истинную причину…

— Вы так заботились о нас…

— Почему вы должны покинуть королевство Амарант и вернуться в Альянс Аймас?

Сразу мужчин в коричневой одежде с тревожным выражением обращались к одному и тому же человеку.

Все взгляды были обращены только на него.

Это был молодой человек, стоявший в самом центре толпы и при этом выглядевший так, словно возглавляет, венчает ее.

Он выглядел скромным и даже застенчивым. Длинное простое коричневое одеяние оттеняло его почти сверхъестественную белоснежную кожу.

Вскинув голову, молодой человек оглядел всех присутствующих ласковым взглядом.

На его губах застыла привлекательная, мягкая улыбка.

— Вы так беспокоитесь обо мне…

Его глаза мерцали.

Этим молодым человеком был Лаций. Окруженный толпой последователей, сторонников, почитателей и последователей, он демонстрировал самый привлекательный, самый благостный свой образ.

— Я вынужден вернуться в Альянс Аймас, покинув ваше благословенное королевство Амарант…

Его слова, похоже, вызвали искреннее удивление.

— Да? Вынуждены?..

— Разве королевство Амарант не приняло вас у себя? Разве не нашли вы себе здесь новый дом?

— Нам казалось, что вы любите нас и хотите остаться здесь…

Новая волна возгласов затихла нескоро.

Лаций вскинул руки вверх, призывая людей к тишине. Улыбка на его губах приобрела несколько виноватое, и в то же время ободряющее выражение.

— Нет, я не имел в виду, что меня выгоняют из королевства Амарант, или что я чувствую себя здесь плохо…

Его взгляд обратился к востоку.

— Мое сердце и моя душа болят и грустят, когда я думаю обо всех тех верующих, которые остались в Альянсе Аймас.

— Ах… — понимающий грустный вздох раздался со всех сторон.

Люди помрачнели, но смиренно склонили головы, обдумывая сказанное.

На территории Альянса и вправду оставалось еще очень много последователей доктрины Телиана. И им определенно приходилось очень туго.

Многие из них вынуждены были скрывать свою истинную веру из-за притеснений Святой Земли и Церкви Девезиса. Им там действительно жилось куда тяжелее, чем здесь, в королевстве Амарант, царстве свободы и права выбора.

— Наши братья в Аймасе до сих пор преследуются. Они оказались на краю обрыва, на той грани, которая заставляет выбирать между убеждениями и сохранностью веры, и сохранением жизни, своей и своих близких и родных.

Голос Лация становился все громче и все эмоциональнее, пока не сорвался на звонкой, пронзительной ноте.

Он даже прикрыл глаза рукавом, словно бы стараясь как можно незаметнее для остальных стереть набежавшие слезы.

— Когда я думаю об этих верующих, мне не может быть спокойно… нигде.

— Ах, Ваше Святейшество…

Отклик оказался именно таким, как он и рассчитывал. Сочувствие, сопереживание, беспокойство, боль, грусть…

Но потом.

— А разве не логичнее поговорить с нашим королем и его людьми, прежде чем уйти? Они могли бы даже помочь вам, — осторожно высказался один из парней помоложе.

Лаций ободряюще ему улыбнулся.

— Они и так были слишком любезны, принимая нас у себя. Я просто не могу требовать большего…

В его глазах появилась грусть.

— Мы упоминали, что собираемся возвращаться, и нам даже предложили воспользоваться Каретами Лэви, но… Боюсь, это невозможно. Всего лишь пара экипажей не сможет помочь нам разрешить проблему, которая имеет куда более запутанную и сложную природу, и не разрешится простым переездом…

Он снова покачал головой.

— А о большем я даже не смею просить. Я уже и так слишком долго пользовался вашим гостеприимством.

— Эх… — вырвалось из губ сразу нескольких человек.

Лаций мягко им улыбнулся.

— Пожалуйста, не грустите слишком сильно. Я постараюсь вернуться к вам или прислать кого-нибудь из самых верных и самых надежных моих людей.

— Да, Ваше Святейшество…

Люди поклонились.

Однако в их глазах все же мерцало что-то, что не давало Лацию спокойно вздохнуть. Похоже, они слишком высокого мнения о своем королевстве и его управляющих, и не совсем удовлетворились его на скорую руку придуманным объяснением.

Лаций повернулся к парню, который вздумал так не вовремя открыть свой глупый рот и мягко ему улыбнулся.

«Сучонок гнилой» — пронеслось в него в голове. Внутренний голос звучал жестко и холодно. — «Дай только возможность, и ты станешь одной из самых кровавых и жестоко убиенных моих жертв!» Мысли, впрочем, никак не отразились на его лице.

Его истинное лицо было надежно спрятано.

Как и настоящий взгляд Лация.

Он все еще смотрел мягким взором на своих последователей, прежде чем тяжело и грустно вздохнуть, и немного театрально повернуться в сторону востока.

Медленно двинувшись вперед, Лаций вдруг остановился.

Он выглядел сейчас как самый настоящий святой, искренний человек, преисполненный огромного сострадания и сочувствия, и раздираемый противоречиями. Его лицо озарилось, а белоснежная кожа буквально светилась и мерцала.

Святой и величественный.

Но все же глаза… его обращенные к людям глаза принадлежали хитрой и безжалостной змее.

«Черт возьми, такая неудача»

Он был уверен, что у него получится. А сейчас даже задумался о том, чтобы воспользоваться кем-то из этих людей, чтобы попытаться снова добыть Жезл, но…

Вряд ли они смогут то, что не удалось ему самому.

Он был по-настоящему расстроен.

«Роан, который к этому моменту уже должен был благополучно сдохнуть на очередном поле битвы, преуспел, а украденный Темпестас оказался фальшивым…»

Лаций с трудом сдержался от того, чтобы выругаться вслух.

«Даже несколько сотен лучших наемных убийц не смогли с ним справиться. Если я сейчас нападу на него, то определенно погибну. А мне это не нужно…»

Он грустно вздохнул, напуская на себя торжественно-печальную мину огорченного покровителя бедных и угнетенных.