Глава 5.1: Талант (1/4)

Если вы не можете доверять своему собеседнику, ничто так не пугает, как безответная услуга.

Впрочем, это не имело бы значения, если бы я был красив и казался добродушным.

Однако сейчас я самый безнадежный человек в мире.

Попытки сделать что-то хорошее с телом Аслана приведут лишь к обратному эффекту.

В таком случае не будет ли справедливо, если я получу должную компенсацию?

Пусть даже нельзя доверять такому человеку, как Аслан, но во взаимовыгодных отношениях должно быть хотя бы минимальное доверие.

Незачем добиваться полного доверия ко мне.

Я даже не ожидаю чего-то подобного.

Лично мне вполне достаточно избежать крайней ненависти.

— Молодой мастер! Шарлотта и Джулия одеты. Мы можем впустить их сейчас?

— Конечно. Хорошая работа.

— Хмм… Молодой мастер, вы сильно изменились.

— …!

Я вздрогнул от тихого невнятного комментария горничной.

Было ли это так очевидно?

Я думал, что могу положиться на пассивный навык, чтобы сгладить ситуацию.

Навыки могут изменить только атмосферу вокруг человека, они не могут изменить само поведение, о чем я совсем забыл.

— Изменился?

— Вы знаете, есть такая поговорка. Говорят, люди меняются, когда влюбляются. Некоторые переживают, что они могут быть слишком молоды, но я наконец-то чувствую, что в нашем поместье вновь появились чувства. Я болею за вас, молодой мастер!

— …?

Горничная удалилась, оставив за собой непонятные слова.

Если подумать, в первый день, когда я стал Асланом, ни у кого из персонала не было улыбок на лицах.

Но сейчас, кажется, все они широко улыбаются.

Особенно при общении с Шарлоттой и Джулией…

«Неужели дети — это источник жизненной силы?»

Неудивительно, что мрачный особняк с его унылыми обитателями не располагал к работе.

Как только рождался ребенок, на лицах прислуги расцветали улыбки.

Вскоре дверь со скрипом открылась.

Осторожными шагами Шарлотта и Джулия вошли в библиотеку.

— Входите. Чего хотели?

— Ум-м-м…

— Мы здесь, чтобы работать!

— Работать?

Шарлотта стояла уверенно, а Джулия выглядела смущенной и попятилась назад.

Но их наряды были странными.

Разве это не то, что носят горничные?

Она казалась сшитой на заказ, но почему на них была такая одежда?

— Вы сказали нам работать! Мы хотим отплатить вам за все…

— Т-точно. С нашей стороны немного нечестно просто брать вещи, поэтому мы хотели бы отплатить вам взаимностью…

— То есть вы думаете, что сможете выполнять мои задания, одетые вот так?

— Мы можем делать все что угодно. Уборка, готовка, да что угодно!

— Думаете, что сможете заработать один миллиард Ларков, выполняя случайные задания в поместье? Задания, которые я вам поручу, принесут гораздо больше денег. Так что немедленно убирайтесь с глаз моих. Переодевайтесь обратно в удобную одежду и возвращайтесь.

— …

Шарлотта слегка разочарованно склонила голову.

Джулия со слезами на глазах обиженно посмотрела на меня, затем молча повернулась и ушла.

«Может быть, я был слишком резок».

Разочаровавшись, я отругал их слишком сильно.

Они были рождены, чтобы быть в центре внимания, так зачем обращаться с ними как с обычными горничными?

Я должен был отругать горничных, которые их так одели, но вместо этого я вымести свои эмоции на детях.

[Отношение Сильвии уменьшилось на 5.]

— Что ты задумал?

— О-о-о, чем ты недовольно на этот раз? — небрежно ответил я на внезапно раздавшийся за спиной голос Сильвии.

Я уже привык к этому.

Появляться из темноты без единого звука.

Дрожащая от презрения без видимой причины.

Мне было любопытно, какое у нее сейчас недоразумение ей пришло в голову.

— Как ты можешь заставлять их делать такие вещи? У тебя вообще есть сердце?

— Как ты думаешь, что я планирую им поручить?

— Один миллиард ларков. Есть только один способ заработать такую большую сумму. Как ты можешь… заставлять их делать это?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты хочешь, чтобы я сказала это вслух!? Как бесстыдно!

— Давай, скажи это.

— Ты хочешь заставить их развлекать себя по ночам!

— …

— …

— Смешно. Ты же шутишь?

— …Я ошиблась?

На этот раз я был весьма удивлен.

Она с презрением посмотрела на меня, а потом неловко отступила.

Я мог терпеть ошибки во всем остальном, но не в этом.

Прочувствовав атмосферу, Сильвия стремительно склонилась передо мной.

— Я прошу прощения, молодой мастер. Пусть вы и продали свою совесть, но вы не тот человек, который продал бы свое достоинство ради столь низменного желания. Хотя вы и глупец, совершающей всевозможные злодеяния, но вы все же не мерзавец, который возжелал детей в сексуальном плане. Я проявила серьезное неуважение.

— Кажется, в твоих словах было что-то язвительное. Хватит.

— Вы простите меня?

— Твоя зарплата сокращена ещё на 50%.

— …

[Отношение Сильвии увеличилось на 6.]

Как и ожидалось, эта девушка…

Она, должно быть, мазохистка, которой нравится, когда ей урезают зарплату.

Это не мои догадки, это факт.