Глава 435

Цель хинете ясна: они пытаются выманить меня в самую гущу сражения.

Стоит им убить меня, и Армия обороны Люксембурга, лишившись своего стержня, ударится в бегство. Тогда они смогут вырвать победу в этой войне. Однако враги даже в кошмарах не могли представить, насколько я иррационален.

Дротики, сразившие даже такого мастера, как Барош, просто отскакивали от меня. Ворвавшись в их ряды, я обрушил тяжелое лезвие алебарды на голову хинете, который застыл от изумления.

— Хрусть!

Тело всадника подбросило вверх фонтаном крови. Это стало сигналом: моя алебарда, словно волчий клык, впилась в загривок следующей жертвы. В мгновение ока я уложил пятерых.

Хинете были элитой, они не собирались покорно ждать смерти. Поняв, что плотный строй лишь губит их, они рассыпались. Изгибаясь в седлах, всадники один за другим принялись метать в меня дротики.

Но их яростная атака была тщетна. Я преследовал их, отбивая летящие со всех сторон снаряды. Ни одна иберийская лошадь не могла тягаться в скорости с Исрафилем.

— У-у-а-а-а!

Заметив, что я уже вплотную, хинете закричал от ужаса. Я опустил алебарду на его спину, прерывая жалкий вопль, а затем зацепил крюком за шею другого беглеца, вырывая его из седла.

— Бам!

— Хрусть!

Грохнувшегося оземь всадника я безжалостно добил ударом острия в лицо. В этот момент подоспевшие ударные отряды Ордена Рыцарей Шторма и поисковые группы схлестнулись с деморализованными хинете.

Скаут командира засек еще один отряд вражеской кавалерии. Значит, решили пойти ва-банк. Сквозь прорези шлема просочился металлический запах крови. Взмахнув алым плащом, я вонзил шпоры в бока коня.

Поймав на лету один из дротиков, я швырнул его обратно. Это был чистый инстинкт, но снаряд вернулся к хозяину, прошив ему горло. Потрясенные этим невероятным зрелищем, остальные хинете замешкались.

Я и сам не знал, как мне это удалось. Просто действовал в трансе, подчиняясь чувствам. Всадники, метавшие дротики, бросились наутек, но Исрафиль настиг их в считаные секунды.

— ¡Defiéndete! — Защищайтесь!

— ¡Muere, demonio! — Умри, демон!

Поняв, что не оторваться, хинете обнажили кавалерийские мечи. Я считал иберийских всадников трусами, но у этих нашлась капля смелости. Что ж, игра в прятки мне все равно наскучила.

Первого смельчака я сбросил с коня, пронзив шею острием. Описав алебардой широкий круг, я отбил все удары и на обратном ходу, используя инерцию, полоснул врагов по диагонали.

— Хрусть!

— А-а-а!

Всаднику справа не повезло: я буквально разрубил ему грудную клетку. Тут же, перевернув оружие, я крюком стащил другого противника на землю. Тот не успел даже вскрикнуть – копыта Исрафиля размозжили ему голову.

— ¡Fuera del infierno! — Проваливай в ад!

— ¡Por España! — За Испанию!

Ко мне пытались пробиться командир и несколько бойцов рангом не ниже рыцаря, но теперь все они превратились в безымянные трупы на холодном камне. Рыцарь или простой всадник – для меня это лишь очередная добыча.

Алебарда с десятикратным усилением в моих руках порхала, точно одноручный меч. Дротики, брошенные почти в упор, я перехватывал левой рукой и отправлял назад. Те, кто так любил это оружие, от него же и погибали.

В пылу схватки я заглянул им в глаза.

Иберийская элита наконец познала истинный первобытный страх.

— Трусы! Не бегите, сражайтесь со мной!

От моего громоподобного клича двое всадников просто вывалились из седел. Алебарда снова описала полумесяц, разбрызгивая кровь. Выхватив левой рукой кавалерийский меч, я принялся безжалостно рубить головы.

Я убивал, убивал и убивал. Без конца.

Горячая кровь и бешеный ритм сердца приносили мне невообразимое наслаждение. Враги, которые готовы были использовать собственных товарищей как приманку, лишь бы добраться до меня, теперь были настолько подавлены, что не могли оказать достойного сопротивления.

Пока я носился среди обезумевших хинете, Дрек и Тед раскинули широкую сеть. Всадники, пытавшиеся окружить меня, сами оказались в кольце рыцарей и были обречены на одностороннюю резню.

— ¡Dios! ¡Ten compasión! — Господи, помилуй!

— ¡Hinete! ¡Huir! ¡Huir! — Хинете! Бегите! Бегите!

Наконец они дрогнули. Это было не отступление, а беспорядочное бегство. Антон и Орден Рыцарей Грифона, вернувшиеся после зачистки рвов, погнали их, точно демоны, идущие по пятам грешников.

Ко мне подскакали Дрек и Тед.

Увидев меня, они невольно вздрогнули.

— Г-господин… вы в порядке?

— Давно я так не умывался кровью, — ответил я, чувствуя, как внутри всё еще бурлит азарт. — Возбуждение никак не уляжется.

— Эти крысы-хинете поджали хвосты и удирают.

Почувствовав, что я нахожусь в необычном расположении духа, оба сорвиголовы стали на редкость почтительными. Но мой взгляд был прикован не к беглецам, а к холму, где штурмовали укрепления.

Исрафиль, шумно фыркая, разделял мой настрой. Он не чувствовал усталости – напротив, конь жаждал скакать дальше. Что ж, я тоже чувствовал жажду, которую нельзя было утолить так быстро.

— Остальное оставляю на вас.

— Что? Господин?! — Воскликнул Дрек. — Господин!

— Куда же вы?!

Исрафиль, ахалтекинец или ферганец по крови, под лучами яркого солнца казался золотым. Подчиненные даже прозвали его Рафаилом – ангелом с золотыми крыльями.