Глава 520
Глава 520
В залу вошли Максимилиан, эрцгерцог Австрийский и регент Бургундии; Франц, кронпринц и регент Берена; Ганс, наследник датско-норвежского престола от Кальмарской унии, и герцог Савойский Филиберто.
К ним присоединился ещё один свидетель.
Миня, наследный принц и чрезвычайный посланник княжества Валахия.
Его выудили прямо во время тайного флирта с Виолой. Будучи наследником целого государства, Миня не упустил случая поприсутствовать на аудиенции у властелина Европы. Благодаря дружбе с Францем он быстро вписался в компанию.
Всех их объединяло одно: это были молодые и перспективные таланты, симпатизировавшие мне. После бесконечных дел со стариками общество этих полных сил юношей было даже приятным.
Эта аудиенция была последней официальной встречей, и в их глазах читалось явное сожаление. Не каждый день выпадает шанс воочию наблюдать за яростными дипломатическими схватками европейских правителей, пусть и под видом обычного приёма.
— Весь город гудит о том, что вчера в кабинете герцога собирались министры Люксембурга, — заговорил Максимилиан. — В дворцовом саду этот Ворон, Матьяш, вовсю трубит, что герцог принял решение атаковать иноверцев. Самое забавное, что мой кузен Жуан II и король Неаполя якобы поддержали его призывы.
О том, что в саду несут всякую чепуху, я знал давно. Я не собирал министров тайно – в этом просто не было нужды, но, похоже, само упоминание проблемы иноверцев породило эти слухи.
— Мне до смерти любопытно, где здесь правда? Вы и впрямь намерены напасть на иноверцев?
— Это строжайшая тайна, которую я не могу раскрыть даже Вашему Высочеству.
— Вот как? Что ж, против тайны не пойдёшь. Не сочтите мой вопрос за дерзость.
— Придёт день, и вы всё узнаете, а пока наберитесь терпения.
Максимилиан отступил, раздосадованно причмокнув губами. Впрочем, я не лгал. Когда Новый Свет будет в достаточной степени освоен, я планирую сдавать острова Карибского моря в аренду дружественным странам.
Ключевое слово здесь – аренда, а не продажа. Поскольку основные силы уйдут на освоение материка, развитие островов неизбежно затормозится. Почему бы не выдать лицензии союзникам?
Они будут инвестировать в инфраструктуру, а я – получать арендную плату и налоги. Более того, если они пришлют свои эскортные флоты для охраны, это поможет навести порядок в Карибском бассейне. Настоящая тройная выгода.
Затем придут Франция, Англия и Иберия – мои потенциальные противники. Когда доли союзников будут распределены, я дам шанс и им. Польшу и Москву в расчёт можно не брать – им и из Балтийского моря-то выбраться непросто.
Я собирался одарить даже врагов лишь с одной целью: чтобы они сидели смирно, заглатывая наживку. Если полностью отлучить их от дел в Новом Свете или Африке, они неизбежно полезут в океан сами.
Тогда велик риск, что их флаги взметнутся над ничейными островами. Поэтому лучше дать им долю прибыли, чтобы отбить желание самовольничать. Хотя, конечно, такие типы всё равно попробуют вырваться.
Главным условием аренды островов на базе договора Габсбургов и Штрайтов станет признание всех земель, кроме Европы и Северной Африки, территорией Штрайтов. Иначе вся затея теряет смысл.
В случае тайного основания колоний у меня появится законный повод для войны. И тогда непобедимая армия, усиленная магическими характеристиками и пассивными навыками, вторгнется на их родину и превратит её в пепелище.
— Даже не знаю, достоин ли я присутствовать на аудиенции Его Светлости Герцога, — подал голос Миня.
— Твой отец, граф Цепеш, был моим соратником, а когда-то и сюзереном, — ответил я. — Твоя невеста Виола служит моей горничной. Неужели ты всё ещё сомневаешься в своём праве?
Миня заметно приободрился. Сначала он казался легкомысленным юнцом, но теперь в нём чувствовалась некоторая основательность. Опыт командования под началом Августа и Виктора не прошёл даром.
Даже если валашское дворянство погрязло в распрях между османской и венгерской фракциями, никто не посмеет оскалить зубы на чету Мини, находящуюся под моим покровительством.
Размещение тринадцати тысяч воинов в Трансильвании формально предназначалось для истребления куманов, но на деле было демонстрацией силы, призванной надавить на Восточную Европу. Именно поэтому Матьяш втайне предлагал мне вместе ударить по Сербии.
Александр из Молдавии пошёл ещё дальше, призывая объявить крестовый поход и полностью отвоевать Балканы. Посланник же Османов, напротив, предупреждал, что падишах ещё в силе, и советовал не совершать опрометчивых поступков.
На Балканах завязался тугой узел противоречий. Будь я одержим европейской гегемонией, я бы, наверное, ввязался в это, пытаясь изгнать Османов.
Но, к сожалению для них, меня интересовали только Новый Свет и Африка.
Втыкать флаги в ничейные земли я предпочитал в одиночку.
Когда министр иностранных дел Якоб и начальник штаба Кислинг заняли свои места, начался официальный прием гостей. Максимилиан и Франц недоумённо переглянулись, заметив, как преобразились эти двое после Откровения Господа.
— Входят старший гауптман Империи и великая княгиня Московская!
Тяжёлые двери распахнулись, и в залу вошёл Мануэль, возглавляющий ныне имперскую армию вместо меня, вместе со своей сводной сестрой, великой княгиней Московской. Она держалась с достоинством и грацией, подобающей её титулу.
Судя по волевому подбородку и проницательному взгляду, характер у неё был не из лёгких. Видимо, только такая женщина и могла обуздать буйного и жестокого великого князя Ивана. Отзывы о княгине Софии были крайне противоречивыми.
Русские видели в ней греческую ведьму, манипулирующую Иваном из тени, однако в соседних странах её ценили за распространение византийской культуры, что способствовало развитию дикого Московского княжества.
Прозвище «дикари мерзлой земли» приклеилось к ним так плотно, что даже православная церковь ворчала: мол, хорошо, что хоть византийский этикет привили. К слову, Москва считала себя оплотом православия.