Глава 657

Сонгай был племенем, расцветшим вокруг Гао – города в верховьях реки Нигер. Расположившись на пересечении торговых путей Сахары, они приумножали богатство за счёт дорожных пошлин и посредничества в торговле с многочисленными караванами.

Это процветание привлекло внимание расширявшейся в те времена империи Мали. Сонгай пал под её натиском и более ста лет находился в подчинении. Однако с упадком Мали у народа сонгай появился шанс на независимость.

На сцене появился выдающийся лидер Сонни Али. Он добился свободы, отбил у туарегов Тимбукту, а после семилетней осады захватил Дженне, тем самым открыв эпоху империи Сонгай.

Однако этот воинственный король не желал мирного сосуществования. В эпоху, когда поселения росли, а мигранты продвигались всё глубже внутрь континента, Сонни Али, вероятно, видел в этом угрозу.

— Так это ты – завоеватель из Европы?

Моложе, чем я думал. Кажется, мы ровесники. Сонни Али облачён в доспехи из чистого золота, его люди тоже щеголяют золотым декором на броне. При виде меня глаза его подчиненных округлились.

Впрочем, мои доспехи ничуть не уступают их блеску.

Это Доспех Каролуса, полученный после завершения скрытого квеста на пути к титулу эрцгерцога. Благородный, классический дизайн: серебряная основа с изящной золотой каймой. Да и характеристики у него запредельные.

[Доспех Каролуса]

[Доспех с благословением Карла Великого. Базовая защита 100%. Защита удваивается против драконов и Владык Демонов]

Для создания требовалось пожертвовать старым снаряжением. Я думал использовать «Доспех Максимилиана», но решил оставить его в наследство Адольфу, а материалом послужил мой старый венецианский доспех, которым я пользовался долгие годы.

Тот самый венецианский дар тестя на свадьбу с Хильдой. Он оберегал меня ещё со времен службы рыцарем герцогства. После «отставки» доспех отправился в выставочный зал, а теперь переродился в обличье Доспеха Каролуса.

Так или иначе, земли под властью Мали и Сонгай издревле славились золотом. Но из-за дефицита соли она ценилась здесь выше драгоценного металла. В Европе же, напротив, золото было в дефиците.

В наступившую эпоху Великих географических открытий спрос на золото неуклонно рос. Поэтому я безумно тратил свои неисчислимые золотые монеты, выбрасывая их на рынок, чтобы хоть как-то удержать баланс.

— Именно так. Сонгай погряз в грабежах, и это заставило меня явиться лично.

— Мы лишь покарали захватчиков, вторгшихся в наши владения.

— Нападать на беззащитные малые племена – это вы называете «справедливой карой»? — Я усмехнулся. — Это не возмездие, а обычное вымогательство. Как же вы бесстыдны: собрали армию только сейчас, когда по-настоящему испугались нас.

Лицо Сонни Али застыло. То, что Сонгай нас боится – чистая правда. После того как они по глупости атаковали Сьерра-Леоне и были наголову разбиты парой сотен защитников, от них почти не исходило военной угрозы.

Разве что отыгрывались на соседних племенах.

Тут один из генералов, стоящих рядом, гневно сверкнул глазами:

— Какая дерзость! Неужели европейские монархи совсем не знают этикета?

— Этикета не знает тот, кто врывается в разговор правителей, — отрезал я.

Переводчик в этой удушающей атмосфере старался изо всех сил. Чернокожий генерал средних лет представился как Аския Мухаммед из народа сонинке, верный династии Сонни. Командующий центральными силами.

Командующий центром – фактически, ключевая фигура в армии. И у такого типа склонность «Амбиции (нейтрал)»? Это значит, что при первом же удобном случае он готов поднять мятеж. Идеальная кандидатура для того, чтобы посеять смуту.

— В честь нашей встречи дам тебе совет. Влиятельный военный с большими амбициями – фигура крайне опасная. Если династия Сонни хочет править долго, вам стоит избавиться от подобных людей.

От столь неожиданного совета Аския Мухаммед вздрогнул. Мимолётная реакция, но её было достаточно, чтобы подтвердить его жажду власти. Однако Сонни Али истолковал мои слова иначе.

— Ты пытаешься поссорить меня с Аскией одними словами? Пустое. Посмотрим, кто преклонит колени после битвы. Помни: слава победы принадлежит только Аллаху.

— Как Дайвджин, я с трудом терплю еретиков-суннитов, но всё же желаю тебе удачи в бою.

Похоже, Сонни Али, будучи мусульманином-суннитом, плохо понимал, кто такой Дайвджин. Видимо, эти земли слишком удалены от побережья, и влияние секты Дайвджина сюда ещё не докатилось.

Но после этой битвы всё изменится.

Я намерен внедрить своих последователей в Сонгай.

На этом переговоры завершились. Вернувшись в лагеря, стороны начали подготовку. Козырем Сонни Али была кавалерия Сонгай – смесь всадников на верблюдах и боевых конях. Говорили, именно эта конница сокрушила Мали.

Три тысячи всадников – грозная сила для этих мест, где ещё не знают огнестрела, но под моим началом более пятидесяти тысяч кавалеристов. На этом фоне три тысячи выглядят как жалкий отряд.

Тем не менее, конкретно в этом сражении врагов было больше, чем моих людей. Но Орден Рыцарей Шторма, прошедший огонь и воду, не выказывал ни тени беспокойства. Я возглавлял строй, и этого было достаточно.

— Господин, как обычно – фронтальный прорыв?

— К чему вопросы о самоочевидном?

— Так, из вежливости поинтересовался.

— Бросай пустую болтовню и бери копьё.

Затяжные бои мне осточертели. Лучший способ – использовать свиток «Кавалерийский прорыв» и снести всех одним махом. Сонни Али, пытаясь соблюсти подобие тактики, выставил только конницу.

Знай он обо мне чуть больше, не стал бы сталкиваться лоб в лоб. Он заперся бы в глухой обороне фалангами, а кавалерию отправил бы во фланг, чтобы хоть как-то ослабить силу моего удара.