Глава 719

— Ты хоть понимаешь, сколько подданных Чосона страдает из-за вас, мерзавцев?!

— Нам жаль, что чжурчжэни, спасаясь от нас, перешли границы Чосона, — ответил Тед. — Но вы должны уяснить: приказ великого кайзера стоит выше жизней чосонцев.

— Кто он такой, этот ваш кайзер?! Неужели человеческая жизнь для него ничего не значит в сравнении с клочком земли?!

Когда Со Ги Па оскорбил кайзера, взгляд Теда стал ледяным. Он сдержался лишь потому, что старик не ведал, о ком говорит. Будь в комнате допросов Дрек, он бы уже пустил в ход кулаки.

— Кайзер Федеративной Империи Штрайт – высшее существо под властью всемогущего Господа. Половина мира повинуется великому кайзеру так же, как ваш Чосон склоняется перед императором Мин.

— Чушь! Кто бы ни покусился на границы Чосона, пощады ему не будет!

Со Ги Па, всегда милосердный к простому люду и чистый совестью, превращался на поле боя в истинного демона. Его ожесточило зрелище бесчисленных смертей соплеменников, растерзанных дикарями. Чтобы защитить народ, он сеял в сердцах врагов первобытный ужас – точно так же, как Влад Цепеш, сажавший врагов на колья ради спасения Валахии от османов.

Тед видел, что любовь к народу в этом человеке была искренней, и всеми силами пытался его успокоить. По его мнению, Со Ги Па был именно тем типом людей, которых ценил кайзер.

В итоге допрос закончился ничем. Сколько бы его ни допрашивали позже, ни угрозы, ни посулы не действовали. Стойкость этого человека поражала.

Даже в темнице Со Ги Па сохранял достоинство и не притрагивался к еде. Стражники невольно тушевались под его взглядом. Дрек, наблюдая за этим, лишь качал головой: он впервые видел столь сурового и непреклонного воина.

— Как воин, я не могу не признать его верность долгу, — проворчал Дрек.

— А разве не вы недавно рвали и метали, обещая сгноить его в пыточной? — Поддел его Тед.

— Кхм… Сначала он показался мне заносчивым стариком, но такого человека нельзя не уважать.

— К сожалению, среди его подчиненных не все такие кремни.

Тед сосредоточился на допросе пленных солдат и сумел склонить нескольких к сотрудничеству. Со Ги Па был великим полководцем, но его люди не обладали такой же волей. От них удалось получить ценные сведения.

— Говорят, в Чосоне недавно случился переворот, и в стране царит смута. Ходят слухи, что в портах Ёмпхо, Чепхо и Пусанпо вот-вот восстанут японцы, поэтому армия Севера может быть переброшена туда.

— Если у них внутри полыхает пожар, им будет не до нас. Хм, как нам это использовать?

Переворот в Чосоне был крупнейшим событием в Восточной Азии, и через империю Мин весть о нем дошла до Федеративной Империи Штрайт. Однако информации о возможном бунте японцев в Сампхо у них не было.

Как распорядиться этими данными? Дрек понимал, что стратегическое планирование – не его конек. Он передал сведения Шлиффену и Хансену, вернувшимся с Минами-Айну.

— Любопытнейшая информация, — заметил адмирал Хансен. — Если на юге Чосона вспыхнет мятеж, мы должны нанести удар здесь. Только так морской путь, опоясывающий мир, будет завершен.

Адмирал указал на Цусиму – остров между Чосоном и Японией. Дрек, не понимавший концепции глобальных морских путей, недоуменно спросил:

— Если мы захватим это место, мир свяжется воедино? Как это возможно?

— Взгляните на карту. Сейчас крайняя точка, освоенная Союзом Сахары, — Формоза. В восточных морях бесчинствуют японские пираты, поэтому тринадцатый и четырнадцатый флоты патрулируют те воды. Где, по-вашему, находится идеальный узел для их соединения?

— Если идти от Формозы до Льежа, путь через Корейский пролив будет самым коротким, — сообразил Дрек.

— Именно. Этот остров – стратегический ключ, который мы обязаны забрать.

Хансен убеждал Дрека, что контроль над Цусимой даст им власть над восточноазиатскими морями. Шлиффен, командир корпуса, слушал их без особого интереса, попивая кофе. Он был солдатом до мозга костей.

Впрочем, кайзер даровал ему статус полевого командующего и право действовать автономно. Именно поэтому он, по просьбе губернатора Америго, ранее атаковал даймё Какидзаки.

— Это золотой шанс, — продолжал Хансен. — В Японии даймё грызутся за земли, а Чосон раздираем смутой после переворота и набегами дикарей. Лучшего времени для захвата не найти.

Дрек погрузился в раздумья. Он опасался гнева кайзера за похищение префекта Бурёна, но если он преподнесет империи Цусиму, это послужит оправданием. Ценность острова стала для него очевидной, однако последнее слово оставалось за Шлиффеном.

— Генерал Шлиффен, что скажете?

— Вы уверены, что захват этого острова послужит величию кайзера?

— Судя по словам адмирала, мы сможем поднести кайзеру всю Восточную Азию.