Глава 77

Глава 77. Поющая стрела

Главный зал призрачного дворца, история Люйчжу все продолжается:

«К тому времени наступил полдень, было сухо и знойно, на дороге, кроме семьи Янь Куньцзюйя и того юноши в темной одежде не было видно других путников. Впереди на их пути встал густой лес. Все хотели побыстрее войти в него, найти тенистое место, чтобы отдохнуть, а потом идти дальше. Служанка Люйчжу огляделась по сторонам и внезапно с улыбкой сказала: ‘Мисс, тот юноша, наконец, исчез’.

Люйчжу отодвинула занавеску, огляделась по сторонам и действительно не увидела юношу в темной одежде.

Лесная дорога была ухабистой, хотя мисс Люйчжу сидела в повозке, но все равно почувствовала сильную тряску. Как раз, когда она болтала со служанкой, они внезапно услышали свист, и неизвестно откуда вылетела стрела, воткнулась в парусиновую крышу повозки и застряла в балке. Хвост стрелы свободно развевался, издавая жужжащий звук.

Управляющий очень перепугался, велел всем остановиться, все слуги достали оружие и встали вокруг для защиты.

В то же время из леса выскочили больше десяти взрослых детин и окружили повозки. У их главаря физиономия заросла неопрятной бородой, весь его вид был лютым, в руке холодным блеском сверкал стальной нож. Все еще выглядящий испуганным Янь Куньцзюй начал без остановки смеяться.

Отец Янь Куньцзюй был главой семьи, потому, хоть и боялся, но не впал в панику. Он велел управляющему вынуть два лучших деревянных ящика и сам преподнес их бородатому главарю со словами: ‘Я проезжал по этой земле и случайно помешал господам храбрецам. Прошу принять это, как плату за проезд и отпустить нас’.

Бородач рассмеялся, ножом открыл первый ящик, внутри оказались слитки золота и две нитки жемчуга. Изначально Янь Куньцзюй беспокоился, что такое может произойти, потому специально приготовил деньги на откуп.

‘Ха-ха… Пожилой господин, действительно, проницательный, принимаю’. – Бородач рассмеялся и ножом открыл второй ящик, но увидел только желтый шелк, это был официальный документ на свитке желтого шелка.

‘Это еще что такое?’ – грубо спросил бородач.

Янь Куньцзюй сложил руки и уважительно сказал: ‘Это документ о назначении меня руководителем соляной монополии Юньнань, на ней большая печать императора Дайцин (название Китая во время правления Цинской династии, 1644-1911 гг., прим. пер.), умоляю храбрецов посмотреть на представителя императора и дайте нам пройти’.

В то время амбиции молодого императора Канси были велики, он воевал со всеми, и его военные успехи были блестящими, уважение народа к императорскому дворцу было на самом пике с самого основания Дайцин. Отец Янь Куньцзюй показал эту грамоту потому, что хотел припугнуть бандитов, надеясь, что они не станут препятствовать. Глава соляной монополии – это тоже императорский чиновник. Если по пути на свой пост с тем что-то случится, то император так этого не оставит и обязательно проведет тщательное расследование».

На одном дыхании рассказав так много, Люйчжу остановилась и взяла в руки чашку чая.

Дин Эрмяо слегка покачал головой, он знал, что предъявление Янь Куньцзюйем грамоты было глупым поступком. Для бандитов, упоминание императорского дворца ничего не значило, а может, и было запретным. Если бандиты услышат об императоре, он не только будет ограблен. Более того, в то время это была земля У Сань-гуйя, и народ знал лишь его, как своего ванна, они не знали об императорском дворе и, тем более, на знали о ребенке-императоре Айсиньгёро Сюанье (сам император Канси, прим. пер.).

Будучи последователем Маошань, Дин Эрмяо с детства изучал астрономическую географию, классическую историю Хуася, все местные обычаи и так далее, потому маньчжурская эпоха ему была хорошо знакома.

Ли Вэйнянь же был простым слушателем, все, что он знал, это то, что рассказывала Люйчжу, радовался или грусти, порой был в напряжении, но лишь потому, что переживал за младшую сестру Люйчжу в ее истории…