Март. Тактика.
Нарцисса никогда не позволяла себе опускаться на колени и совать голову в камин к кому бы то ни было. К тому же Драко с Гермионой очень хорошо укрепили защиту вокруг своей квартиры в последние несколько недель. И вот Нарцисса стоит перед дверью их квартиры и стучит. В восемь утра. В субботу.
Никто не отозвался, и она попыталась снова:
— Драко? Гермиона?
Грейнджер повернулась на бок и оказалась лицом к лицу с Драко, который лежал всего в нескольких дюймах от неё. Его светлые волосы растрепались после сна.
— Ты что-нибудь слышал? — спросила она.
Малфой промычал что-то нечленораздельное, поморщившись, и даже не думая открывать глаза.
Гермиона разрывалась между мыслью, что же могло разбудить её в такой ранний час, и тем, что ей совершенно не хочется вставать. Она придвинулась чуть ближе к Драко (конечно же, скорее всего, неосознанно) и закрыла глаза. Снова раздался слабый стук.
Тук-тук-тук.
— Драко! Гермиона!
— Чёрт возьми, — пробормотала девушка. Поморщившись, нехотя вылезла из постели, сняла с крючка халат и накинула его прямо поверх пижамы, задержавшись только для того, чтобы прихватить с собой волшебную палочку. Если бы не тот факт, что Грейнджер пыталась поддерживать хорошие — или, по крайней мере, нейтральные, — отношения с соседями, она бы оставила назойливую ведьму стоять в коридоре. Но ей показалось, что вряд ли кто-то из соседей хочет терпеть назойливый голос Нарциссы этим субботним утром больше, чем она сама. Девушка немного задержалась у двери, надеясь, что миссис Малфой уже ушла, но та снова позвала их. Гермиона распахнула дверь, сжимая в руке палочку:
— Нарцисса, сейчас суббота, восемь утра. Ни мы с Драко, ни мои соседи совершенно не хотим просыпаться от твоих криков. Пожалуйста, уходи.
— Ох, Гермиона, мне стоило прийти даже раньше… твои волосы. Ты опоздала на свой шестой визит в салон, чтобы снова привести всё в порядок. Но не переживай, мы обо всём позаботимся сегодня. Уверена, они сумеют втиснуть тебя в своё расписание, если я как следует их попрошу, — Нарцисса широко улыбнулась, распахнула дверь и грациозно проплыла мимо Грейнджер в гостиную, усаживаясь на диван.
Гермиона захлопнула дверь, пытаясь оценить обстановку. Они догадывались, что молчание Нарциссы всю эту неделю не предвещало ничего хорошего, но девушка думала, что они успеют что-нибудь придумать, чтобы остановить её. Почему эта женщина не могла подождать ещё хотя бы несколько часов? Сегодня Гермиона совершенно не в настроении быть вежливой или играть в игры Нарциссы.
— Зачем ты здесь?
— Ну, Гермиона… ни ты, ни Драко не уделили ни минуты на прошлой неделе, чтобы ответить на моё письмо, а время не ждёт. Я посчитала, что мне стоит прийти лично, чтобы убедить тебя проявить хоть малейший интерес к приготовлениям, — совершенно спокойно ответила Нарцисса с лёгким оттенком нежности в голосе, как будто бы делала Гермионе одолжение.
— Нарцисса, мы были очень заняты на этой неделе. И наконец-то наслаждаемся тем, что можем просто выспаться. Я была бы тебе очень признательна, если бы ты ушла. Прямо сейчас. — Гермионе потребовалось всё её самообладание, чтобы не заскрежетать зубами, но она тут же вспомнила свою мать, которая всегда говорила, что это вредно для эмали.
Послышался топот босых ног по полу.
— Гермиона, мне показалось или я слышал… мама, что ты здесь делаешь?
Нарцисса посмотрела на сына с самодовольной улыбкой.
— Ну, я решила нанести вам визит, поскольку вы не смогли выделить ни минуты, чтобы ответить на мое письмо. Есть множество вещей, которые требуют внимания, и я намерена обо всём позаботиться. Во-первых, нам нужно привести волосы Гермионы в порядок. Потом, на десять утра, я назначила примерку как парадных мантий, так и обычной одежды, которую носят магглы для таких событий. В полдень мы встречаемся с поставщиком провизии, чтобы попробовать некоторые блюда из меню, — я нашла настоящего профессионала в этом деле. После этого…
— Мама, — резко одёрнул её Драко, — мне нравятся волосы Гермионы в её естественном виде. Более того, ты не имела никакого права приходить сюда и указывать нам, что мы должны делать, — он вздохнул и перевёл взгляд на Гермиону. — Ещё слишком рано для подобных разговоров. Гермиона, принеси мне, пожалуйста, кофе.
Она заколебалась: очевидно, от неё пытались избавиться. А когда от тебя пытаются избавиться, ты можешь услышать что-то интересное.
— О, Драко, твой кофе может подождать. А ещё лучше, если ты пока попьёшь его, а мы тут с Гермионой всё обсудим, — предложила Нарцисса.
Выражение лица Гермионы можно было описать только одним словом — каменное. Сегодня утром Нарцисса не получит ничего из того, что она требует, и точка. Грейнджер проигнорировала женщину и пошла на кухню.
— Конечно, Драко.
Голос Малфоя из резкого превратился в ледяной, как только он убедился в том, что Гермиона ушла за пределы слышимости.
— Мама, если ты всё испортишь, клянусь… для тебя не найдётся безопасного места ни на земле, ни под землёй.
— Драко…
— Я запланировал сюрприз для Гермионы сегодня вечером, и, если ты сделаешь что-нибудь, что его испортит, я прослежу, чтобы никто больше не продавал тебе твои зелья для красоты и лично распущу всех наших домовых эльфов.
Нарцисса подняла на сына сердитый взгляд, но голос не повысила:
— Драко, нам необходимо готовиться к свадьбе. Вы не можете продолжать игнорировать меня или всю эту ситуацию, как будто бы её не существует.
Малфой пристально посмотрел на неё.
— Я ничего не игнорирую, но разберусь с этим, когда захочу. Ты не имела права приходить сюда без приглашения и навязывать нам свои планы на день. Мне нравятся волосы Гермионы такими, какие они есть. И если вдруг она решит что-нибудь сделать с ними — это будет её выбор. А всё остальное пока может подождать.
Гермиона вернулась с кухни, держа в руках кружку для себя и для Драко. Нарциссе она не принесла ничего. Пусть девушка и не слышала разговор матери и сына, но прекрасно видела из кухни, как накалился воздух от злости Малфоя.
— Нарцисса, это не твоя свадьба. Самое главное, что мы будем стоять там и обещать друг другу быть вместе до конца наших дней. Вторая самая важная вещь — это люди, с которыми мы захотим разделить этот день. Сомневаюсь, что хочу устраивать свадьбу в Малфой-мэноре. Если я решусь на это, то не смогу пригласить большую часть своей семьи. Смогут ли ваши родственники нарядиться в маггловскую одежду и отказаться от магии на время церемонии, если мы устроим свадьбу в маггловском месте? — Гермиона смерила ведьму стальным взглядом. — Мы не сможем сойтись ни в одном вопросе: ни касательно места, ни касательно одежды и меню, пока не решим, с кем мы хотим разделить этот день. Прямо сейчас я не слишком хочу проводить этот день с тобой, поэтому уходи. Если нам потребуется твоя помощь, мы её попросим.
Миссис Малфой перевела взгляд с сына на свою невестку и обратно, не привыкшая к такому отпору с их стороны. Казалось, они объединились против неё.
— Драко, ты хотел бы устроить свадьбу там, где твоя семья не сможет быть с тобой?
— Ты просишь Гермиону вообще отказаться от семьи, если мы будем устраивать мероприятие в мэноре. Честно говоря, единственный человек, который нужен мне на свадьбе, — это Гермиона.
— Единственный человек, который нужен мне, — это Драко. Пожалуйста, уходи. И подумай, захочешь ли ты в следующий раз вернуться на наших условиях, когда мы попросим о помощи.
Нарцисса поджала губы. В этот раз победа была не на её стороне. Но она сделает всё, что захочет, с ними или без них.
— Очень хорошо. Я вижу, что мне не рады, а я не привыкла навязывать своё общество кому бы то ни было. Возможно, я захочу оказать вам свою помощь, когда вы позже будете в ней нуждаться. — Она поднялась, направилась к двери и, как только перешагнула порог, с треском дезаппарировала.
Драко с Гермионой повернулись друг к другу.
— Мы избавились от неё, — ухмыльнулась девушка.
— Она вернётся. Она никогда так легко не сдаётся, — кисло ответил Малфой, плюхаясь на диван.
Гермиона закатила глаза и слегка толкнула его в плечо.
— Ты даже не даёшь мне насладиться моментом нашей первой победы! — она села рядом с ним. — Но ты, конечно же, прав, она вернётся. Но хотя бы сегодня она уже не придёт, — Гермиона откинула голову на спинку дивана и прикрыла глаза.
— Ну, у меня уже были планы на сегодняшний день, — протянул Драко. — И я не мог ей позволить всё испортить.
Удивительно — им удалось подавить такого опытного манипулятора, как Нарцисса, только лишь усилием воли. Обычно, они лишь пытались быть на шаг впереди и разрабатывали целую стратегию, чтобы не играть с ней в догонялки. Сегодня же, казалось, им настолько удалось сыграть на одной волне, что у них получилось сломить напор Нарциссы. Это было не так важно, но Гермиона не преминула спросить:
— Тебе не кажется, что на моей голове поселился какой-то волосатый зверь? — Даже несмотря на пользование специальным шампунем её волосы почти вернулись к их первоначальному состоянию. Шампунь мог лишь поддерживать образ, необходимо всё-таки регулярно посещать салон.
Драко усмехнулся.
— Поселился. Но тебе идёт. Я уверен, что любое существо, которое решит напасть на тебя, очень пожалеет об этом.
Гермиона даже не знала, как расценивать эти слова. Взглянув на её нахмуренное лицо, Драко сказал:
— Это было не оскорбление. Если бы я решил задеть тебя, ты бы заметила, — он с секунду помолчал. — Кстати, у меня есть план на наш сегодняшний вечер.
— Ты планировал хотя бы посоветоваться со мной по этому поводу?
— Это сюрприз.
— Так себе оправдание. Что, если бы у меня уже были другие планы на вечер?
— Ты бы с удовольствием их отменила, — Малфой ухмыльнулся.
— Ты настолько хорошо меня знаешь? — спросила Грейнджер, приподняв бровь. Он непринуждённо пожал плечами.
— В данном случае я уверен, что прав.
— Ты знаешь, что мне сейчас хочется больше всего? — тихо спросила Гермиона, повернувшись в его сторону. Драко внимательно посмотрел на неё.
— Думаю, ты хочешь вернуться в постель и забыть сегодняшнее утро в компании моей матери.
— Очень близко, но не совсем. Хочу принять ванну с пеной. Я уже достаточно бодра, чтобы заснуть снова. Но я была бы не прочь выбросить из головы утренний визит твоей матери. Поэтому, если тебе нужна ванна — иди, а то я застряну там на столько, сколько мне потребуется времени, чтобы забыть весь утренний разговор, — Гермиона хитро улыбнулась и принялась за поиски ароматических свечей и своей любимой книги.
— Отлично, — кивнул Драко сам себе. Это даст ему время закончить последние приготовления.
***
Коридор совсем не изменился с тех пор, как он был здесь в последний раз. По правде говоря, тут ничего не изменилось даже с того раза, когда он побывал здесь впервые. Вокруг было чисто, горел яркий свет. Опрятность поддерживалась стараниями дежурной медсестры-целительницы, которая обычно присматривала за ними. Она видела, как растёт и взрослеет Невилл. Иногда ведьма с трудом верила, что высокий и спокойный, властный мужчина, который часто приходил к Фрэнку и Алисе, был тем же самым подавленным маленьким мальчиком, сопровождающим свою суровую бабушку. Она видела, с какой нежностью он брал обёртки из-под Друбблс * (см. примечания), которые иногда ему давала мать. Она видела, как он сидел рядом с ними в напряжении, пытаясь выдавить из себя что-то весёлое и позитивное. Или же просто сидел в тишине. Но каким-то образом она с лёгкостью смогла сопоставить описания героя, который совершал подвиги во время войны, с тем человеком, что часто приходил сюда.
Но что стало настоящим сюрпризом: сегодня он пришёл не один.
— Невилл, они готовы. Я совсем недавно покормила их, — ласково проговорила целительница. — Сейчас принесу ещё один стул для твоей гостьи.
— Спасибо, Розмари, — поблагодарил он, держа за руку молодую девушку, стоящую рядом с ним. — Проходи сюда.
Невилл провёл Лесли в комнату. Он видел присутствие Розмари в комнате: кровати аккуратно застелены, хоть на покрывале и остались следы в том месте, где сидел отец. Невилл заметил висящие на стене картины: несколько лет назад целительница начала давать его родителям краску и бумагу, но так, чтобы они постоянно были под присмотром. Отцу не понравилось, а вот мамины подсолнухи и солнечные пейзажи теперь украшали комнату, придавая ей хоть немного красок. Мать сидела за столом, сосредоточенно разглядывая свой пудинг. Отец, кажется, съел половину своей порции и уронил ложку на пол.
— Лесли, это мои родители: Фрэнк и Алиса Лонгботтом. Мама, папа, это Лесли, — Невилл перевёл взгляд на них. Мать только моргнула, глядя более-менее прямо на сына (точнее, на его плечо), а отец принялся искать ложку. Не найдя её (хоть она и лежала прямо возле его ботинка), он взял чистую ложку Алисы. Невилл продолжил тихим и спокойным тоном: он часто замечал, что сам тон гораздо важнее, чем смысл сказанных слов.
— Мы прекрасно поладили друг с другом. А жёлтый — её любимый цвет, как и все цветы, которые ты рисуешь, мама.
Женщина уткнулась подбородком в собственное плечо, словно уходя глубоко в себя. Невилл медленно, осторожно взял её за руку, надеясь, что его прикосновение хоть как-то успокоит.
— У Невилла ваши скулы, миссис Лонгботтом. А ещё я подумала, что в ваших волосах прекрасно будут смотреться маргаритки. Вы не против, если я в следующий раз сплету венок и принесу его вам? — Лесли посмотрела на Алису, дружелюбно и искренне улыбнувшись ей. Она сунула руку под стол, достала оттуда ложку Фрэнка и бесшумно положила её рядом с ним на стол. Он встал и прошёл в другую часть комнаты, начав бездумно открывать и закрывать ящики комода.
Невилл перевёл дыхание. Он собирался жениться на этой девушке.
— Она права, мам. Они будут прекрасно смотреться в твоих волосах.
Фрэнк слишком громко открывал и закрывал ящики, поэтому Алиса начала беспокоиться. Невилл продолжал что-то тихо говорить, болтая первое, что придёт в голову. Лесли встала, отпустив его ладонь, и подошла к Фрэнку, хоть и не была уверена, что сможет что-то сделать.
— Ты сегодня отлично выглядишь, мама. Я вижу, Розмари причесала тебя утром. Тебе должна понравиться Лесли. Я люблю её, мама. Думаю, что я женюсь на ней. Если, конечно, она согласится. Я ещё даже не спрашивал.
Он почти не слышал, как Лесли помогала отцу закрывать ящики, и даже не слышал, что она прекратила это делать. Звук затих, ящик так и остался не задвинутым. Невилл поднял глаза и понял, что она посадила отца на кровать и теперь смотрела прямо на него.
— А ты захочешь? Ну, в смысле… Я имел в виду… Мерлин, я всё делаю неправильно. Нужно было подготовиться. Можно я попробую заново?
Лесли расплылась в широкой улыбке и пересекла комнату, чтобы обнять и поцеловать его.
— Тебе не нужно ничего переделывать.
Невилл просиял, отпуская руку матери и обнимая девушку в ответ.
То ли из-за того, что Невилл резко отпустил её руку, то ли из-за того, что она стала невольным свидетелем проявления нежности, Алиса расплакалась. Он растерянно смотрел на неё, совсем не зная, что делать.
— Наверное, сегодня нам уже пора. Мам, пап, мы ещё обязательно придём.
— Я принесу вам цветы, — пообещала Лесли.
Когда Невилл с Лесли повернулись, чтобы уйти, мать Невилла резко схватила его за рукав. Она достала из кармана обёртку от жевательной резинки и протянула ему.
***
Драко мерил комнату быстрыми шагами. Он всё обдумывал и переиначивал уже, как минимум, дюжину раз. Суть плана оставалась такой же, но все детали он тщательно обдумал и уже почти поссорился сам с собой. А он не любил споры. Другие люди должны просто принимать факт его правоты, а что касается спора с самим собой… ему просто следовало решить, какой вариант в этой ситуации будет наилучшим.