Главы 3839-3840

Глава 1921 (Гарем Куколда 26)

Прошло уже немало времени с тех пор, как Ао Тяньцзэ начал принимать пилюли. Сколько же людей уже умерло с голоду?

Они пьют только росу?

Они что, феи?

Пусть сам старый даосский монах пьёт только росу. И пусть Ао Тяньцзэ попробует каждый день пить только росу.

Даже месячные могут стать источником проблем. Почему-то считается, что разбавленная кровь месячных гарантирует долголетие!

Любая страна, которая вымещает свою злобу на слабых, при встрече с сильным врагом сразу же пугается. Рано или поздно такая страна исчезнет.

Они ведут трусливую войну и ссутся от страха. А когда война окончена, они вымещают свой патриотизм на женщинах предателей и на женщинах, которые прислуживали врагам. Они срывают с женщин одежды, срезают им волосы и заставляют идти по улицам.

Чтобы остальные знали, что происходит, когда ты недостаточно патриотичен. И такого рода случаи были.

Что за говённая молодёжь*!

— Спасите их, если сможете. А эта императрица попробует найти способ помочь отцу сдержать людей из третьей ветви. Всё же, мы все из одного клана. Если что-то случится, то пусть третья ветвь даже и не мечтает подняться.

В древние времена были случаи, когда собирали девять кланов, чтобы разобраться с чем-нибудь. Но достаточно и трёх кланов, чтобы полностью уничтожить семью.

Нин Шу попросила Си’эр доложить обо всём в семью Тань.

Ао Тяньцзэ отдыхал во дворце Фу Минь. На следующий день Нин Шу собрала кучу наложниц и пошла ко дворцу Фу Минь, говоря, что она хочет проверить как там пострадавший император, и что она не уйдёт, пока его не увидит.

Ао Тяньцзэ почувствовал раздражение, когда узнал про этих женщин и просто приказал им возвращаться в свои дворцы и сидеть там. То, что они пришли сейчас сюда означало, что они хотят выслужиться и напомнить о своём существовании. Эти женщины вообще головой не думают, что ли?

Ао Тяньцзэ был так зол, что у него снова заболело сердце.

— Сестрицы из гарема пришли повидать Ваше Величество. Ваше Величество, — выйдите повидать их, — сказала Фу Минь. — Пусть они успокоятся. Они ведь все переживают за Ваше Величество. Так же, как эта наложница переживает за Ваше Величество.

— Не нужно думать о них. Их мысли слишком хаотичные. Тебе не нужно заступаться за них, — сказал Ао Тяньцзэ, успокаивая своё дыхание.

— Ваше Величество, Её Величество тоже тут. Если их не впустить, то это будет означать, что эта наложница не знает правил, — сказала Фу Минь.

Ао Тяньцзэ посмотрел на Фу Минь, которая находилась в трудной ситуации и, не удержавшись, сказал:

— Мы не заставим тебя долго ждать. Мы не позволим, чтобы женщины этого гаремы снова над тобой издевались. Мы не позволим, чтобы тебе приходилось угождать другим людям. Мы с тобой будем жить, как обычная пара, уважающая друг друга и относящаяся друг к другу как равные люди.

Фу Минь неохотно улыбнулась. Ао Тяньцзэ был императором. Иногда она не смела быть своевольной. Она не смела говорить вещей, которые могут оскорбить Ао Тяньцзэ. Они не были равными.

Фу Минь торопливо вышла из дома, подошла к Нин Шу и поприветствовала её.

— Эта наложница приветствует Ваше Величество.

— Поднимись, — сказала Нин Шу, видя, что лицо Фу Минь было немного бледным и измождённым от того, что она ещё не восстановилась после аборта. — Придворная леди Минь, тебе уже лучше?