Главы 3841-3842

Глава 1922 (Гарем Куколда 27)

У Нин Шу не было никаких чувств по отношению к Фу Минь. Все женщины в этом гареме не могли контролировать свою жизнь. Относились к ним благосклонно или нет, они никак не могли контролировать свою судьбу.

Что касалось сюжета, в котором Фу Минь попросила Ао Тяньцзэ отправить наложниц гарема обратно в семьи, то это, вероятно, потому, что она считала холодный дворец неподходящим местом для жизни. Они там либо умрут, либо сойдут с ума. По сравнению с этим, возвращение в семью — это не так уж плохо.

По крайней мере, там будут члены семьи, которые могут их защитить.

Вот только Фу Минь не ожидала, что женщины императора так и не попадут домой, не говоря уже о том, чтобы снова выйти замуж. Никто не посмеет возжелать женщину императора, если только ему не надоело жить.

Даже если император не хочет эту женщину.

Что если эти женщины отправятся домой, не смогут выдержать одиночества, и наставят рога императору?

Поэтому Ао Тяньцзэ убил всех женщин гарема. Они выпили отравленное вино, повесились или перерезали себе горло.

Короче говоря, им даже не стоило задумываться о том, чтобы продолжать жить.

За те несколько контактов, что были между Фу Минь и Нин Шу, у Нин Шу сложилось впечатление, что Фу Минь — женщина, которая знает своё место. По крайней мере, на поверхности она вела себя прилично. Она не была своевольной из-за того, что император ей благоволит, и не относилась к императрице свысока.

Было бы вполне естественно, если бы она чувствовала себя окрылённой, заполучив поддержку императора. Но Фу Минь всё равно сдерживалась и вела себя прилично.

Благодаря защите Ао Тяньцзэ, Фу Минь была самой незапятнанной женщиной в гареме.

Есть вещи которым просто нельзя завидовать.

Что касалось ребёнка в её животе, то это произошло исключительно из-за здоровья Ао Тяньцзэ.

— Ваше Величество, убийц во дворце поймали? — спросила наложница Сюань, вспомнив про убийцу, который оказался во дворце императрицы.

— Их не нашли.

Этот вопрос остался нерешённым.

Но Нин Шу и не принимала это близко к сердцу. Кто мог спокойно входить и выходить из дворца, кроме как не тайные охранники Ао Тяньцзэ?

После того, как она разберётся с Ао Тяньцзэ, может ли она использовать этих тайных охранников?

Нин Шу подумала о другом. Прошло уже почти полгода, а у двоих детей всё ещё не было официального имени, только детские имена. У них не было имён, которые были бы записаны в генеалогию клана. Нет, так не пойдёт. Нужно поскорее записать этих двоих детей в семью. А иначе они не смогут стать наследниками. Без имени клан их не признает.

А у семьи императора большой клан.

По поводу этого вопроса придётся пойти к Ао Тяньцзэ, чтобы он дал детям имя. Даже если не обоим детям, то мальчику он обязательно должен дать имя.

То, что у двоих детей до сих пор не было имени, явно показывало, что Ао Тяньцзэ не считал их своими детьми.

— Ты уже подумала о том, чтобы дать имена двум детям? — спросила Нин Шу у наложницы Сюань.

Наложница Сюань застыла на мгновение, прежде чем вспомнила, что у двоих детей до сих пор не было даже подобающего имени и записи в генеалогии, словно они были незаконными детьми. Лицо наложницы Сюань перекосилось:

— Ваше Величество, теперь, когда дети растут у вас, нужно составить план для этих детей.

Нин Шу кивнула.