Письма из дома

— Чёрт возьми, что за ерунда?! — ты схватился за голову, пытаясь успокоить дыхание. Это было просто ненормально. Как такое могло случиться? После всего времени и усилий, что ты вложил, всё рушилось прямо на глазах? Хотелось ударить что-нибудь, почувствовать, как что-то ломается под твоим кулаком, даже если это будут твои собственные костяшки.

— Просто… почему? Почему ты так со мной поступаешь? Можешь хотя бы это объяснить? — спросил ты, поднимая взгляд с надеждой, что ответ не выведет тебя из себя.

— Прости, Анон, я пыталась, правда пыталась, но ты… ты просто не подходишь мне. Я старалась ради наших отношений, но ты не вкладываешься так, как я. Мне нужен мужчина, который будет работать со мной вместе, — сказала твоя девушка, точнее, уже бывшая. Ты не был уверен, ярость ли застилала тебе глаза или это были слёзы, но ты едва мог её разглядеть — её фигура казалась расплывчатым силуэтом.

Протерев глаза рукой, пытаясь смахнуть слёзы, ты огрызнулся:

— Ты хочешь, чтобы я стал кем-то другим! Я с самого начала сказал тебе, кто я и чем живу, и ты сказала, что это нормально, но весь последний месяц ты только и делала, что требовала бросить мои хобби, перестать видеться с друзьями и найти новую работу!

— Я пытаюсь сделать тебя лучше! Если ты этого не видишь, значит, ты слеп к тому, что такое любовь. Ради любимых нужно жертвовать, а ты уже доказал, что не любишь меня так, как я тебя, — парировала она, и её высокомерный тон заставил тебя почувствовать тошноту.

— Жертвовать? А как же то, что любовь — это забота о человеке со всеми его недостатками?! И ты последняя, кто смеет говорить мне о жертвах, ты вообще ничего не сделала! Я ничего от тебя не просил… ну, разве что минет, но ты и этого не сделала! — заорал ты, зная, что соседи потом будут в ярости. Да пошли они к чёрту на рога, они тоже ничего для тебя не сделали.

Твоя бывшая ахнула, почему-то обидевшись, хотя это была чистая правда.

— Я пожертвовала своим временем и шансами на мужчину, который дал бы мне то, что я хочу! Знаешь что? Забудь об этом! Оставайся несчастным, Анон, потому что с таким характером никто никогда не захочет быть с тобой, — выпалила она с такой ненавистью, что ты буквально почувствовал пощёчину.

Ты пошёл за ней к двери, но не пытался остановить. Хотелось лишь с силой захлопнуть дверь за ней, но даже это не принесло удовлетворения, так что ты сжал руку в кулак и ударил по дереву. Глупый поступок — ты тут же отшатнулся, ругаясь и надеясь, что ничего не сломал.

— Чёртова сука! — заорал ты, пнув дверь пяткой и развернувшись, чтобы уйти вглубь квартиры. Ты пытался сдержать ярость, но она не утихала, мысли о всём случившемся не давали покоя. После всего, что ты сделал, чтобы её обрадовать, после всех жертв, чтобы удержать её рядом. Ты знал, что отношения нездоровые, ещё много недель тому назад, но не хотел признавать правду.

На столе зазвонил телефон, но ты просто схватил его и швырнул в кухню, где он разбился о холодильник. Да плевать, скорее всего, это была очередная попытка твоей матери потребовать, чтобы ты явился на похороны отчима, иначе докажешь, какой ты ужасный человек. Ты и не хотел оплакивать этого гада, так что лучше было держаться подальше. К тому же, надо было думать, как вернуть тех немногих друзей, которых ты оттолкнул.

— Анон? — раздался знакомый женский голос. Ты стиснул зубы. Серьёзно? Она вернулась после всего этого цирка, чтобы ещё больше тебя отчитывать?

— Какого чёрта тебе ещё надо? Мало ты мне жизнь испортила?! — заорал ты, разворачиваясь, чтобы выдать тираду прямо ей в лицо.

Но это была не твоя бывшая.

В дверях квартиры стояли… пони? Нет, не совсем. У них были крылья, рога и… тиары? Они казались такими знакомыми, что ты…

— Это… это просто сон, да? — спросил ты, внезапно вспомнив, кто такие Луна и Селестия.

— Скорее воспоминание. Мы видели, как многие пони переживают своё прошлое во снах, — сказала Луна, осторожно шагнув в комнату, её глаза обшаривали беспорядок в твоей квартире. Даже Селестия, обычно бросавшаяся тебя обнимать, казалась нерешительной, её глаза наполнились слезами.

— Я… да, наверное, — вздохнул ты, повернувшись к ним спиной и вернувшись к дивану, чтобы дать напряжению вытечь. Вместо этого две принцессы прижались к твоим бокам, их крылья обняли тебя, притягивая к себе.

— Ох, милый, мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти! Не могу поверить, что пони, э-э, человек, мог так ужасно с тобой обращаться! — воскликнула Селестия, осыпая твою щёку материнскими поцелуями.

— Действительно, мы думали, что застанем очередной сон о сексе, но и представить не могли, что ты переживаешь такое ужасное воспоминание, — добавила Луна, её голос был менее материнским, но всё же искренне обеспокоенным.

— Спасибо, но всё в порядке. Это уже случилось, так что нет смысла снова из-за этого расстраиваться. Переживать это заново и так было паршиво, — сказал ты, эмоционально вымотанный настолько, что смог лишь слабо обнять их в ответ на их доброту, но на самом деле хотел просто двигаться дальше.

Отстранившись, оставив Селестию цепляться за тебя в своей гиперопеке, Луна ответила:

— Сомневаюсь. Воспоминания имеют привычку всплывать во снах, когда что-то в твоём опыте их вызывает.

Вспомнив что-то, Селестия неохотно отпустила тебя, чтобы посмотреть в глаза.