Глава 18

— Что вы имеете в виду, говоря, что расчёты не завершены?

На лице Ким Хансока, который, казалось, уже облегчённо вздохнул от гладко решённого дела, появилось выражение беспокойства. На моих губах заиграла лёгкая улыбка, когда я заметила, как он сжимает контракт в руках. Он, вероятно, даже не подозревал, что этот самый контракт обернётся против него.

— Вы сказали, что гильдия Джеиль была опекуном Чунёнга.

— Верно. Мы вложили значительные ресурсы в то, чтобы вырастить Чунёнга в безопасности…

— Хватит.

Я безжалостно перебила его. Я не могла снова слушать этот бред.

— Вы предоставили ваш счёт, как и просили, теперь наша очередь выставить счёт.

— Что вы…

— Во-первых, я хочу увидеть контракт Пак Джэхёна.

Ким Хансок, Ёнхи и Ким Сонхён посмотрели на меня с удивлением из-за моего внезапного требования. Только глаза Ки Юсона блеснули интересом.

— Пусть будет так. Чего вы ждёте? Принесите сюда.

Ки Юсон беззаботно распорядился. Расстановка сил между двумя гильдиями не изменилась только потому, что вопрос с контрактом Чунёнга пошёл в их пользу.

Ким Хансок с кислым выражением лица приказал одному из членов гильдии принести контракт Пак Джэхёна. Ки Юсон тут же передал его мне.

«Как я и думала».

Широкая улыбка разлилась на моём лице, когда я проверила контракт.

— Здесь чётко указано: «Гильдия Джеиль обязуется защищать и заботиться о Пак Чунёнге, младшем брате охотника гильдии Пак Джэхёна. Все расходы, связанные с этим, несёт гильдия Джеиль».

Когда мы впервые спасли Чунёнга на электростанции, он рассказал нам о своей ситуации, упомянув, что гильдия Джеиль подписала несправедливый контракт с Пак Джэхёном под предлогом защиты Чунёнга.

Так что у меня было предчувствие, что в контракте обязательно будет включён подобный пункт. Это была сладкая приманка, которую гильдия Джеиль приготовила, чтобы заманить Пак Джэхёна.

— Да, и мы уже выполнили это обязательство.

— Нет, вы ещё не выплатили всё.

Он, вероятно, никогда не мог представить, что этот контракт, составленный с целью эксплуатации ребёнка, обернётся против него. Вот почему честная жизнь — всегда лучше. Я ухмыльнулась.

— Вы ещё не оплатили расходы на спасение, произведённое элитной рейдовой группой гильдии Тэхан, которая вытащила Чунёнга с электростанции до даты контракта.

— Это абсурд!

Ким Хансок повысил голос, протестуя. Но он не мог избежать этого шаха и мата.

Разумеется, работа охотников была опасной. Никто не считал грехом закрыть глаза на бедствие другого охотника в подземелье, чтобы не попасть в переделку. Каждый ценил свою жизнь превыше всего.

Множество людей, которых можно было спасти вовремя, погибали напрасно, но никто не мог заставить других рисковать своими жизнями ради кого-то ещё.

Охотники были ценными человеческими ресурсами. Позволить охотнику, которого можно было спасти, погибнуть — большая потеря на национальном уровне.

В конечном итоге правительство приняло закон. Если охотник в опасности запрашивает спасение или защиту, спасённый охотник обязан выплатить спасителю сумму, соразмерную его усилиям.

Охотники заходили в подземелья по разным причинам, но для многих заработок был важным фактором. Если за это платят, спасение человека было лучшим вариантом, чем охота на монстров для некоторых охотников.

Были опасения, что этот закон может быть использован злоумышленниками, которые будут навязывать спасение и требовать оплату, но, несмотря на это, уровень смертности охотников в подземельях значительно снизился с момента его введения.

— Этот закон применяется только в случае, если сам человек напрямую запрашивает спасение или защиту, верно?

— Верно.

Я без колебаний согласилась с возражением Ким Хансока. Как он и сказал, условие прямого запроса было минимальной гарантией против злоупотреблений. Глаза Ким Хансока расширились от моего спокойного ответа.