Часть 22

После того как Рон, Гермиона и Невилл ушли спать, Гарри остался в гостиной, ожидая вызова Сириуса. И действительно, спустя двадцать минут его зеркало замерцало, что означало, что Сириус пытается с ним связаться. Гарри снял с него заглушающее заклятие и принялся ждать, что же скажет ему его крёстный отец.

– Ты прислал мне чёртово зеркало? – это было первое, что выпалил Сириус.

– И тебе привет, Сириус. Мы не виделись с Хэллоуина. Я в порядке, спасибо, что спросил. А как твои дела? – вежливо поинтересовался Гарри.

– Не изображай из себя паиньку, Гарри, – взревел Сириус. – Ты подарил мне зеркало на Рождество!

– Не изображай гнев праведника, Сириус, – ответил Гарри, пародируя его возмущённый тон. – Оно и правда тебе нужно. Когда ты брился в последний раз?

– Я в бегах!

– Я купил тебе палочку, – напомнил Гарри.

– А сначала превратил меня в одиннадцатилетнюю девочку, – огрызнулся Сириус.

Гарри пожал плечами, честно пытаясь подавить ухмылку, вызванную возникшей в голове забавной картиной.

– Что сказать, Сириус? Необходимы жертвы.

– Что-то я не вижу, на какие жертвы идёшь ты… – пробурчал тот.

– Напротив, теперь я обезображен шрамом на всю жизнь, – настоял Гарри.

– Ты не выглядишь обезображено, – возразил Сириус. Гарри не смог больше сохранять своё лицо бесстрастным.

– Да, что ж… – Гарри умолк. – Я подумал, что стоит предупредить тебя, прежде чем делать, но миссис Фигг прислала мне одного из своих книзловских котят, и завтра утром школьная сова доставит его Филчу.

Сириус замер, раскрыв рот в ужасе.

– Гарри… ты… – он потряс головой не в силах продолжить.

Гарри закатил глаза.

– Оставь это актёрство, прошу.

– Какое актёрство? Я искренне ошарашен и поражён, – оскорбился Сириус. – О чём думали эти магглы, когда воспитывали тебя?

– Я уверен, нечто вроде «хотелось бы, чтобы Служба по Защите Детей работала не так активно, чтобы мы могли выбить всю эту магическую дурь из нашего уродского племянника», – съехидничал Гарри.

– Ты понял, что я имел в виду, – нетерпеливо отмахнулся Сириус.

Гарри кивнул.

– Разумеется. Именно поэтому я ответил на твой вопрос так хорошо, как только смог.

– Не прикидывайся дурачком, Гарри, тебе это не идёт, – съязвил Сириус.

– Эй, хочешь продолжать в том же духе – пожалуйста. Где мой рождественский подарок? – потребовал Гарри, скрещивая руки на груди. – Нельзя жаловаться на то, что подарил тебе я, когда сам не подарил мне вообще ничего.

– Я беглый преступник! У меня нет возможности покупать подарки, – взбунтовался Сириус.

– Чушь, – заявил Гарри. – У тебя же есть палочка, разве не так?

– Всё, что я могу сделать с помощью палочки, ты можешь сделать и сам, – заметил Сириус. – А учитывая моё небольшое тюремное заключение, у тебя технически было больше лет на использование магии, чем у меня.

– Отговорки, отговорки, – Гарри нетерпеливо взмахнул рукой. – И я говорил о том, что ты мог использовать маскировку, и даже не пытайся тут изобразить, что гоблинам не плевать на то, что ты в бегах. Ты легко мог купить мне что-нибудь.

– Ну, может быть, я был бы более восприимчив, если бы ты согласился встретиться. В конце концов, я не видел тебя несколько месяцев, – надулся Сириус.

– Это потому – несмотря на твой статус беглеца – что я в частной школе. Таковы правила. Тебе придётся свыкнуться с этим.

– Я и так привык, – пробормотал Сириус, – но ты единственный, кто вообще понимает, что произойдёт в будущем, знает о крестражах и что я невиновен. Мне приходится накладывать грёбаную маскировку всякий раз, когда я куда-то иду.

– О, так ты используешь маскировку, чтобы куда-то ходить, но не чтобы мне что-то купить? Как обычно. Ты, без сомнения, худший крёстный на свете, – объявил Гарри драматично.

– Эй, я ем крыс ради тебя, – напомнил ему Сириус.

Гарри скорчил гримасу.

– Чёрт, тут ты меня поймал. Но серьёзно, Сириус, – и помоги мне Бог, если ты посмеешь хоть ещё раз скаламбурить по этому поводу: я сказал так совершенно случайно – я хотел встретиться, но это трудноосуществимо. Не нужно, чтобы тебя кто-то видел. Мы не можем встретиться даже в Визжащей Хижине, коль скоро ты её уничтожил, – сказал ему Гарри.

– Это был несчастный случай! – возмутился Сириус.

– Но её всё равно больше нет. Очень символично, если об этом подумать. И, кроме того, тебе бы даже не пришлось находиться в бегах, если бы ты просто согласился…

– Мы уже говорили об этом, Гарри, – перебил его Сириус. – Этому не бывать. Я перешагну порог этого богом забытого дома вновь только в том случае, если ты затащишь мой хладный, мёртвый труп через дверной проём.

– Не чересчур ли говорить и «труп», и «мёртвый»? – спросил Гарри. – Раз уж эти слова означают одно и то же.

– Я знаю, просто описываю полноту картины, – уверил его Сириус. – И, кроме того, всё, что я могу купить тебе…

– Знаю, знаю, – устало закончил за него Гарри. – Я могу купить себе и сам. Ты действительно не улавливаешь суть «духа Рождества», да?

– Проведи двенадцать лет в грёбаном Азкабане – посмотрим, сколько рождественского духа останется у тебя, – пробурчал Сириус.

– У тебя было достаточно рождественского духа до того, как ты свалился в Арку, – заметил Гарри.

– Ты упал в Арку и… – Сириус замер. – Ох, ну, может, я просто расстроен, что Римус всё ещё считает меня злодеем.

– У тебя есть я, – подбодрил его Гарри.

Со стороны Сириуса повисла тишина.

– Сириус!

– Что? – невинно спросил он. – Конечно, ты у меня есть. Хм… Как насчёт: взамен подарка я научу тебя анимагии? Как единственный потомок Мародёров…

– Вообще-то, у Римуса тоже есть сын, – вмешался Гарри. – Его зовут Тедди.

Сириус немного выпал.

– Хорошо, – он взял себя в руки. – Тогда действительно жаль, что ты, как первый потомок Мародёров, умудрился прожить столько лет, так по-настоящему и не став одним из них.

– Это очень мило с твоей стороны, – весело сообщил Гарри, – но я справился с этим к двадцати одному году.