Том 22 Глава 3

Дверь с грохотом закрылась. Последние из героев удалились, присоединились к сотрудникам СКП и Стражам, собравшимся возле лифта, предоставив мне и моему адвокату возможность побеседовать наедине.

Должно было стать тише, но всё стало даже более сумбурно. Как только дверь закрылась, и прошло несколько секунд, все начали говорить. Мистер Калле что-то говорил мне, директор Тагг общался со своим заместителем и Мисс Ополчение, Стояк вводил в курс дела товарищей.

— Это то, чего мы более-менее ожидали… — говорил мистер Калле.

— Позвоните ему. И дайте знать, когда он появится, — сказал директор Тагг о моём отце.

— Она хотела переметнуться на нашу сторону, — сказал Стояк, подходя к ждущим Стражам, — Присоединиться к Отступнику и Дракону, отправиться на охоту за Бойней номер Девять…

— Вы оказали давление, установив лимит времени, он пытается использовать его против вас… — сказал мистер Калле.

— Я знаю, что он пытается использовать его против меня, — сказала я, скользнула по стулу вперёд, поставила локти на стол и упёрлась лбом в ладони. — Не думала, что он поведёт себя так глупо. Я, в общем-то, надеялась, что кто-нибудь заговорит, поддержит что-то из того, что я предлагала.

— Люди ведут себя глупо, — сказал мистер Калле, — вопрос в том, как мы можем это использовать. Если мы…

Некоторые герои начали озвучивать свои мысли, настолько одновременно, что я перестала понимать, что они говорят. Их было слишком много. Я не могла следить за всеми, слишком много потоков информации. Я закрыла глаза.

— Сделаете мне одолжение?

— Вы моя клиентка.

— Пять минут, — сказала я. — Мне нужно подумать в тишине.

— Будет ли вам мешать скрип моей ручки?

Я покачала головой.

Мистер Калле не ответил. Вместо этого он начал писать в блокноте с жёлтой разлинованной бумагой, явно не переживая о том, что я только что осадила его.

— …спусковой крючок для неё, — говорила мисс Ямада директору. — Это шаблон, с учётом установленного нами временного интервала. Что-то случится с её отцом, и она начнёт обострять конфликт.

— Да, — ответил директор. — Но не будем здесь об этом говорить. Здесь она может нас подслушать. Дадим шанс дронам Крутыша проверить нас, прежде чем что-либо обсуждать.

— Охотиться на Бойню номер Девять? — спросила Виста. Стражи несколько отстали от взрослых членов СКП и Протектората.

— Да. Получается, она бросила достигнутое положение, чтобы остановить тех, кто собирается начать конец света, — сказал Стояк.

— Но ведь она никого из них не убила? — спросил Крутыш.

— Вероятно, Мрак убил Ожог, Суинки убила Краулера и Манекена, Девятка сама расправилась с Душечкой, Виста прикончила Птицу-Хрусталь, когда их завалило во время боя с Ехидной… нет, Рой, кажется, никого не убила. Но она была там. Должен признаться, она серьёзно помогла в последнем бою с Краулером и Манекеном.

— Что совершенно не важно, — сказал Тагг, который, кажется, услышал последнюю фразу из открытого лифта. — Поскольку она также хочет, чтоб мы потворствовали криминальной деятельности в этом городе. Подумайте о том, что это на самом деле означает. Как только люди поймут, что вы не преследуете преступников, ваши карьеры пойдут коту под хвост. Вас заклеймят как подкупленных героев. Действия Флешетты и так угрожают запятнать эту организацию…

— Стойте, стойте, — сказал Крутыш, — Флешетты?

— Вы это официально? — спросил Стояк. — Это подтверждено? Это не уловка?

— Это не Регент, — сказала Мисс Ополчение. — Время не сходится. Нет, это не похоже на уловку. Она прислала нам электронное письмо, в котором содержится информация, которую знает только она. Кажется, всё действительно так.

Наступила тишина.

— Что случилось? — спросил Горн.

— Флешетта бросила программу Стражей. Она собирается в будущем оказывать содействие Неформалам, помогать Кукле, — сказала Мисс Ополчение.

— Нет, — громко воскликнула Виста. — Нет! Она стала злодейкой? Что… какого чёрта?!

— Виста, — сказал Стояк. — Она просто влюблена.

— Она ведь была одной из нас. Вы что-нибудь сделали?

Я не поняла, к кому она обратилась, пока не ответил Тагг:

— Нет. Мы не делали ничего, что могло бы её подтолкнуть. Все, кто был в Броктон-Бей последние несколько недель или месяцев, пережили многое, и я думаю, она борется со своими собственными проблемами. Я глубоко уважаю Флешетту, и единственное, что я, то есть что мы можем сделать — это надеяться, что она одумается.

— А как же её родители? Её семья? — спросила Виста.

— Я не могу говорить ни о чём из того, что мы обсуждали в моём кабинете с пациентами, — ответила мисс Ямада. — Прошу прощения.

— Она живёт в расколотой семье, — пояснила Мисс Ополчение. — Она разрывается между матерью, отцом и суррогатной матерью, которая пытается отменить когда-то заключённую сделку и вернуть её. Судя по числу раз, когда она переезжала то к одним, то к другой, не могу представить, чтобы у неё были крепкие связи с домом. Даже в Стражах… в Нью-Йорке пять небольших команд, и вместе со сменой места жительства она меняла и команду.

— Она ничего об этом не говорила.

— В тот момент это было неважно. Её целью были школа и карьера в Стражах. Её мало что связывало, но у неё было направление. Думаю, все события после кризиса с Ехидной намного сильнее ударили по ней, чем она это показывала.

— Могу я ей позвонить? — спросила Виста.

— Не знаю, будет ли это разумно, — сказала Мисс Ополчение.

— Позвони, — сказал Тагг. — Напомни ей о том, что она оставила, скажи ей, что ты чувствуешь, затем дай возможность подумать. Но, если приложить слишком большое давление, она проявит упрямство. Дай ей время подумать — возможно, она передумает.

— Ладно, — сказала Виста.

— Когда закончишь, подключайся к обсуждению стратегии сражения. Я бы предпочёл не ждать нападения команды Рой. Если всё в итоге закончится этим, мы выдвинемся первыми.

— Мы будем драться с Флешеттой? — сказала Виста.

Тагг кивнул:

— Вполне возможно. Если ты не уверена, что сможешь с чистой совестью сражаться, я не буду тебя заставлять. В настоящее время я вызываю кейпов из соседних городов. Если дойдёт до боя, я хочу быть к нему готов.

— А если они не дадут нам такого шанса? — спросила Мисс Ополчение.

Я не поняла ответ Тагга, но он был односложным.

— Что если Неформалы попытаются избежать прямого конфликта и попытаются достать нас с другой стороны? СМИ? Раскрытие неприятных фактов? С финансовой стороны? Через наши семьи?

— Вот дерьмо, — сказал Стояк.

— Но они же не станут, а? — спросил Горн.

— Станут, — сказал Крутыш. — Наверняка.

— Они могут, — согласился директор Тагг. — И у меня уже есть идеи. Эту ситуацию вполне можно взять под контроль. Будьте уверены. Мне нужно сделать несколько звонков. Мисс Ополчение, вы не против ещё раз прогуляться?

— Да.

Тагг зашёл в лифт и придержал дверь открытой. Кабина была слишком маленькой, чтобы влезли все, к нему присоединились только Мисс Ополчение, его заместитель и Стояк.

Мисс Ямада сделала пару шагов, затем остановилась в дверях.

— Я буду весь день в своём кабинете. Если кто-то из вас захочет поговорить о Флешетте, или о чём-то ещё из происходящего, заходите.

Ответа не последовало. Возможно, кто-то кивнул, но у меня не было насекомых на голове ни у одного из Стражей.

Двери закрылись, прошла пара секунд, Крутыш, Горн и Виста стояли в коридоре с кучей офицеров СКП.

— Блядь, — сказала Виста. — Нахуй это всё. Иди на хуй, Рой, если ты меня слышишь.

Я подождала, не будет ли ещё разговоров, но ни она, ни её товарищи по отряду больше ничего не сказали. Дроны, сделанные Крутышом, принялись за моих насекомых, застав меня врасплох внезапными выстрелами лазера с противоположной стороны комнаты. Полностью избегать их внимания было нелегко, так как на открытом пространстве любое насекомое могло погибнуть, а пряча насекомых, я теряла возможность отслеживать сами дроны.

Мисс Ополчение пешком вышла из здания. Она ещё не покинула область действия моей силы, когда сделала первый звонок.

— Мистер Эберт?

Я вздохнула, затем сменила позу.

— Все в порядке? — спросил меня мистер Калле. — Вам нужно было время сосредоточиться?

— Я подслушивала, — сказала я.

— Подслушивали?

— Я могу слышать то, что слышит мой рой. Тагг ведёт себя уверенно. Он созывает больше кейпов, готовится к бою. Видимо, его не слишком беспокоит перспектива косвенной атаки Неформалов, он готовится только к прямому нападению, но я не знаю, что у него на уме, и какие козыри он прячет в рукаве. Мисс Ополчение, похоже, звонит моему отцу, чтобы Тагг мог с ним поговорить.

— Замечательно, — сказал мистер Калле. — Что-нибудь ещё?

— Стражей расстроил уход Флешетты.

— Ладно. Будем иметь это ввиду. А сейчас, непросто об этом говорить, но…

Мистер Калле сделал выразительную паузу.

— Что?

— Я бы никогда не стал советовать своим клиентам делать что-то незаконное… — сказал он.

— Но, возможно, вы предполагаете, что если у меня есть кое-какие рычаги воздействия, стоит ими воспользоваться?

— Я бы никогда не сказал ничего подобного, — сказал мистер Калле и улыбнулся. — Но теперь, когда вы об этом упомянули…

— Есть варианты, — сказала я. Мне пришли в голову варианты атаки, названные Мисс Ополчение. Вовлечение в конфликт близких — это уже за чертой. Тем не менее, нужно что-то, что пошатнёт их уверенность в предстоящем конфликте. — Вы не передадите одно сообщение?

— Мне кажется, это будет ошибкой. Я и так хожу по грани и не стану непосредственно участвовать в таких делах.

Я нахмурилась.

— Давайте поговорим о том, что же я могу. Во-первых, я думаю, нам нужно сменить тактику. Ситуация такова, что по инициативе Северо-Восточного отделения Протектората Броктон-Бей находится в состоянии чрезвычайного положения. В плане законов это настоящий дикий запад, где всё держится на мизерном количестве прецедентов. Директор Тагг отвечает перед своим начальством, которое отвечает перед правительством Соединённых Штатов. Такая система обходит большинство обычных сдержек и противовесов. Тех самых сдержек и противовесов, которые, по моему мнению, нам стоит задействовать.

— Как?

— Выход на связь с окружным прокурором и её участие в дальнейшей дискуссии свяжет руки Таггу, хотя также свяжет и ваши. Нам придётся действовать строго в рамках закона, некоторые действия станут нам недоступны. Например, вы не сможете просить смотреть на злодеев сквозь пальцы. Против вас неминуемо будут выдвинуты обвинения, но это также ограничит и его возможность управлять ситуацией.

— Кажется, оно того не стоит.

— Как посмотреть. Это… давление. Директор сосредоточен на множестве вещей сразу. Добавить к его заботам ещё одну, причём изрядную — это совсем не мало. Мне известно, что он не владеет тонкостями законодательства. Он будет вынужден действовать за пределами своих знаний, консультироваться с другими, загружать голову непривычными ему терминами. Будет установлено, что рядом с вами, как с несовершеннолетней, должен находиться представитель опекуна. Если это не сработает, есть ещё множество других проблем, которые им придётся решать. Он солдат. Пока наше противодействие будет представлять собой какую-то форму поля боя, у него будет преимущество. Мы можем всё изменить.

— Ладно, — сказала я. — Мы увеличим давление, сменим тактику, выбьем почву из-под его ног. Я всё ещё не уверена, что оно того стоит. Другие варианты?

— Средства массовой информации.

— Он не переживает за свой имидж, — сказала я. — Он говорил несколько дней назад, что с течением времени пиар-машина всё исправит.

— Значит, его это не слишком сильно заденет, однако даже в этом случае, он будет более склонен допустить ошибку.

— Один из вариантов, — сказала я. — Но это произведёт плохое впечатление. Я ведь и в самом деле рассчитываю на взаимодействие. Я всё поставила на карту в расчёте на это. Я не хочу, чтобы они были моими врагами, ну, хотя бы не больше, чем сейчас. И мне не кажется, что простого обращения к журналистам будет достаточно, чтобы получить нужные мне результаты.

— Честно говоря, нет. Существуют ли требования, в которых вы готовы пойти на компромисс?

— Это не имеет значения, — сказала я. — Поскольку он не хочет идти мне навстречу.

Мистер Калле потёр подбородок.

— Ладно.

— Значит, нам нужен рычаг, и он не может быть легальным. Обращение в прокуратуру или СМИ имеет свои побочные эффекты.

— Да.

— В таком случае надо, чтобы вы связались со Сплетницей. Будем разбираться с ситуацией по большей части законно. Она некоторое время что-то готовила. Пора узнать, чего она сумела достичь. И мы задействуем самый главный наш козырь. Сыграем на правах собственности на портал. Добьёмся мы успеха или нет, но это их точно отвлечёт.

— Тогда я сделаю всё возможное, чтобы выйти с ней на связь. Разумеется, все активы моей фирмы находятся в вашем распоряжении.

Я кивнула.

Он встал со своего стула, готовясь сделать звонок. Стул явно не показался ему удобным. Он расхаживал из стороны в сторону, дожидаясь, когда на том конце возьмут трубку.

— Цецилия? Надо, чтобы ты подёргала кое-какие ниточки. И связала меня с одной особой, в идеале по безопасному каналу.

Это не будет прямой телефонный звонок. Это было бы неразумно. Я сосредоточила внимание на других частях здания. Источник питания дронов Крутыша, убивающих насекомых… Я нашла проводку в стенах, и отдала тараканам приказ грызть её.

Может, это и мелочно, но при текущем развитии событий мне не хотелось оказаться обезоруженной.

Герои возвращались, в фойе вошли Суховей и Ласточкин Хвост. Я разместила насекомых на Ласточкином Хвосте, и, когда она подошла к ожидавшим Таггу и Мисс Ополчение, максимально незаметно переместила насекомых на них.

— Они в движении, — сказала Ласточкин Хвост, — … солдат. Раздают оружие гражданским. По всему городу расставляют отряды размерами до пяти человек.

— Хорошо, — сказал Тагг.

— Это всё.

— Сообщите остальным, — сказала Мисс Ополчение. — До того, как Адамант отправится в патруль, его мотоцикл переоборудуют для большей грузоподъёмности. Он возьмёт с собой Триумфа. Внесите эти данные в систему.

— Сделаю, — ответила Ласточкин Хвост, Мисс Ополчение похлопала её по плечу, и та пошла внутрь здания.

Мисс Ополчение и Тагг остались в фойе, возле коридора с лифтами. Они мало говорили. Пара слов о летальности применяемой силы, но никакого общения, никакой пустой болтовни.

Мои тараканы расправились с изоляцией и сразу же сдохли, коснувшись проводов под напряжением. Предохранитель перегорел, но Крутыш, по всей видимости, этого не заметил.

Можно надеяться, что дроны не смогут теперь подзаряжаться.

Прошло несколько минут, адвокат вышел с кем-то на связь и начал обсуждать контакты среди журналистов. Затем прибыл мой отец.

Я почувствовала его, когда он выбрался из грузовика на парковке и последовал внутрь здания.

— Мистер Эберт, — сказала Мисс Ополчение, протянув руку.

Папа ответил рукопожатием.