Глава 40

Королева Серсея Ланнистер

Серсее никогда не нравился Джон Сэнд. Долгое время эта неприязнь была, конечно, чисто гипотетической. Первые несколько лет жизни мальчика она лишь очень смутно осознавала его существование. Но потом Роберт узаконил его одним росчерком пера Джона Аррена и дал ему одно из самых важных мест в Королевстве. И это, как бы Серсея ни ненавидела признавать это, вселило в нее страх. Роберт, казалось, не думал о том, чтобы узаконить бастарда Эддарда Старка, и Серсея слишком хорошо знала, что у Роберта было много собственных бастардов.

Что будет, если у него появится одна из его странных политических идей или он просто решит, что ему нравится один из них, и он захочет передать ему свое имя?

Ее Король-муж создал опасный прецедент с Джоном Сэндом, который заставил ее опасаться за положение собственных детей. Ох, она сомневалась, что Роберт действительно настолько глуп, чтобы втянуть даже своего узаконенного бастарда в линию наследования, он слишком многим обязан ее отцу. Но с именем Баратеон и незначительным лордством в их руках, любой из его бастардов мужского пола был в гораздо лучшем положении, чтобы претендовать на трон.

Восстание Блэкфайра должно было научить чему-то Роберта, научить все королевство. Ни один ублюдок не может стать больше, чем просто ублюдком. И поэтому она ненавидела мальчика, даже если это было только абстрактно. Она отказалась присутствовать на его свадьбе, отказалась присутствовать на турнире, который Роберт устроил в честь именин щенка Сэнда. У нее не было никакого желания смотреть на него или удостаивать своим присутствием его пустую легитимацию.